Игра в стиле баттерфляй

Глава 10

ГЛАВА 10

Традиция начинать рабочий день с чашечки чая сложилась очень давно и стала неотъемлемой частью советского уклада жизни. Этот простой моцион создает тёплую, дружескую обстановку среди сотрудников, снимает стресс после поездки в переполненном общественном транспорте и дарит бодрость, необходимую для продуктивного начала рабочего дня. Свежие сплетни или анекдот дополняют этот маленький праздник души, превращаясь в ритуальную привычку множества поколений наших соотечественников.

Ольга и Елена пили чай вместе только на пересменке, меняя друг друга. Поэтому трудящиеся получали физиолечение с самого утра и до восьми часов вечера. Традиционно, передавая дела, они чаёвничали со сладостями в небольшом закутке, прилегающем к процедурному кабинету. Тут же, за простенькими перегородками, располагались десять удобных кушеток в два ряда, где пациенты могли спокойно расслабиться и насладиться процедурой.

Сегодня клиентов пришло меньше, чем обычно — всего шестеро. Обычное дело в погожий летний день, когда люди забывали про свои болячки.

На столике перед девушками лежала коробка шоколадных конфет — благодарность за душевное обслуживание.

Смена Елены уже началась, люди молча лечились, натружено гудели приборы. Всё было под контролем, а ближайший звуковой сигнал таймера ожидался минут через семь.

У Елены с Ольгой, немного располневшей после замужества и рождения сына, не было проблем в плане взаимодействия. В случае нужды они могли легко договориться между собой и поменяться рабочими сменами.

Две другие подруги — Ирина со Светланой, служили в поликлинике по хозяйственной части.

Некоторое время назад эта четвёрка училась в одном училище, и успела поработать в разных медицинских учреждениях края. Однако судьба свела их вновь под одной крышей.

Сначала Светлана, обладая неотразимой внешностью, быстро завоевала доверие главного врача и успешно адаптировалась на новом рабочем месте. А вскоре помогла Ирине перебраться в свою поликлинику.

Не удивительно, что две оставшиеся подруги тоже смогли найти там работу. Должности для медсестёр небогатые, но вполне уютные, позволяющие сочетать непыльные обязанности с приятной человеческой атмосферой.

По возможности, каждый день, во время пересменки, они собирались вчетвером за чашкой чая, делились новостями и искали совета в делах сердечных.

Запретных тем почти не существовало — эта традиция тянулась ещё со времен студенческого общежития, когда они жили по соседству и грызли гранит науки на одном курсе. Секретов друг от друга было немного, а радость успеха одной, лишь слегка омрачалась тихой завистью остальных. Одним словом — всё как у всех!

Частенько на десерт кушали шоколадные конфеты, зефир в шоколаде, пили вино. Редко, но бывал и коньяк — привет от престарелой номенклатуры.

Благодарные пациенты, по старой советской традиции, несли в основном сладости.

В этот раз, обсудив местные новости, девушки обратили внимание на нервное поведение Елены.

— Ленка, колись, что случилось? Тебя явно что-то гложет и мешает жить! — спросила Ольга.

Её смена закончилась, и она с минуты на минуту собиралась домой.

— Да, не знаю, как сказать, — явно набивая цену и растягивая слова, ответила коллега.

— Ну, ёпта! Подруги мы или как? Не томи, докладай! — шутливо подключилась Ирина.

— Помните, я рассказывала про соседского мальчика? Который на глазах вымахал ростом выше меня, — вздохнув в предвкушении, начала свой рассказ Елена.

— Рыженький в веснушках? Который на тебя слюнки пускал? Помним, конечно! — уточнила белокурая Светлана.

— Ну так вот... — и Елена в красках рассказала историю о недавних эксцессах на балконе со своим участием, выдав их за сегодняшнее приключение. Благоразумно придержав на потом свой рассказ про невероятную развязку.

— Вот сучонок! — отреагировала раньше всех Ольга. — Извращенец маленький!

— Он-то здесь причём? — возмутилась Светлана. — Ленка выскакивает голая из квартиры на всеобщее обозрение! А виноват парень?

— И ты там трясла своими маракасами почти пять минут, а он со своего балкона разглядывал твои прелести? — уточнила Ирина с блеском в глазах. — Ой, девчонки, как меня это возбуждает! Представляете, молоденький красавчик смотрит на твои груди и мечтает о тебе! А больше свидетелей не было?

— Ирка! Извращенка подлая! Я-то не знала, что кто-то на меня смотрит вообще! Какое тут удовольствие? — слукавила Елена.

— Ну да, понимаю! Откуда тут удовольствие? — посочувствовала Ирина.

— Ну, он же мог не смотреть, отвернуться или спрятаться под одеяло! — не сдавала свою позицию Ольга.

— И как ты себе это представляешь, Оля? Пацан растёт, у него в организме самая настоящая гормональная буря! Делать из него маньяка как-то неправильно. Это как бы нормально, что подростку хочется смотреть на обнажённое женское тело. Где он ещё его может увидеть? На полотнах Рембрандта? Думаете только о себе! — с шутливым укором Светлана посмотрела на подруг.

— Делать-то что? Вдруг он пожалуется родителям? Пойдут разговоры среди соседей? — спросила задумчиво Елена. — Или всё похерить? Да и едрись всё конём?!

— Что делать …что делать! Сходи к его родителям, объясни…

— Оля! — перебила её Ирина. — Ты явно с головой не дружишь! Что она скажет родителям пацана? Пожалуется на себя, что регулярно выскакивает раздетой на балкон? А ты, Ленка, зря волну поднимаешь, от тебя не убудет!

Елена инстинктивно чувствовала необходимость разделить с подругами ответственность за случившееся происшествие на своём диване, втянув их в своеобразное коллективное соучастие. Ей хотелось вызвать у них сильные эмоции, пережить всё совместно, чтобы облегчить собственное чувство вины и обрести утешение в поддержке подруг. Понимала она и то, что требуется немного скорректировать ход событий, оттянув на какое-то время взрыв информационной бомбы.

Возникла недолгая пауза. Женщины призадумались. Светлана очнулась и первая обратилась к Елене:

— Ленка, задай себе такой вопрос! — сказала она.

— Какой ещё вопрос?

— А не дура ли я? То есть ты? — назидательно подняв вверх указательный палец, проговорила Светлана, оглядывая подруг. — Ну вот смотри, ты живёшь с Вовиком и забыла, когда с ним в последний раз трахалась. Смотришь на мужиков голодными глазами. Я же вижу! А у тебя под боком растёт красивый мальчик, на котором ещё муха не сидела! Который смотрит на тебя, как на богиню. Так подбери его, воспитай под себя! Молоденькие, они очень страстные, у-ух! Причём всё рядом, и ходить далеко не надо! Он тебе не откажет! Ха-ха-ха!

— Светка, тебе хорошо говорить, ты не замужем. Закадрила 50-летнего главврача, вот тебя и тянет на молоденьких! Мальчик же не совершеннолетний! — заступилась за подругу Ольга.

Прозвенел механический таймер, и медсестры вынужденно оторвались от стола и приступили к своим профессиональным обязанностям...

Вечером, прощаясь перед своим уходом, Ирина посоветовала Елене:

— Да ты не гони коней, подруга! В твоей ситуации нет большой проблемы, а вот поиметь что-нибудь с этого можно. Ты не горячись, подумай.

Елена думала, конечно, но о другом. О том, что через день расскажет девчонкам вторую часть своего приключения, предвкушая бурную реакцию слушательниц.

В ожидаемую строку ложился и Светкин совет завести роман по-соседски.

Елена периодически теряла нить своих размышлений, уносясь в какие-то эротические грёзы. Женское воображение не позволяло пока представить Николая в качестве постоянного сексуального партнёра, упираясь во внутреннее табу.

Вечером, вернувшись с работы и без особого удовольствия ужиная в одиночестве, Елена снова и снова возвращалась к событиям утра и советам подруг.

Она считала себя мудрой женщиной, живущей в своих интересах. В кругу подруг она старалась выглядеть проще, как привыкла со студенческих лет.

С возрастом до неё стали доходить увещевания матери, и она поняла, что в отношениях с окружающими необходимо блюсти свой гешефт, а не жить с душой нараспашку. Она с трудом научилась скрывать за нехитрой и даже искренней улыбкой истинные намерения и мысли. У неё получалось умело балансировать между открытостью и осторожностью, без труда выбирая, какую сторону показывать окружающим.

Но, несмотря на приобретённые качества, Елена оставалась отзывчивым человеком, готовым поддержать близких и в меру радоваться успехам подруг. Её умение держать дистанцию помогало избежать ненужных конфликтов и сохранить собственное пространство для личного спокойствия.

Тем не менее, существовал один важный нюанс: столкнувшись внезапно с критической ситуацией, Елена терялась, мгновенно забывая заранее подготовленные стратегии и решения. Импровизация давалась ей тяжело, и в моменты растерянности девушка замыкалась в себе.

Сегодня утром был как раз такой случай. Ей надо было решить, как дальше жить с этим: стоит ли глушить отношения с дерзким пацаном или пустить ситуацию на самотёк.

Получилась своеобразная интерпретация извечного шекспировского вопроса: «Быть или не быть?».

Размышляя в силу своих интеллектуальных способностей, Елена догадывалась, что не сможет себе отказать и фатально войдёт в приоткрытую дверь неведомых доселе удовольствий. Оставалось одно: если "ящик Пандоры” уже открыт, то надо хотя бы соблюсти видимость приличий.

Целый час отрешенно Елена смотрела в телевизор, а затем, расправив диван, стала готовиться ко сну.

Елену удивила реакция Светланы, она оказалась более решительной в своих советах. Было немного обидно выглядеть в глазах авторитетной подруги сексуально озабоченной. Светка слыла прагматичной и жесткой, когда дело касалось собственных интересов, и на её месте, даже бы не задавала таких вопросов, а пользовалась бы по-тихому.

Светлана считалась душой девичьей компании и главным источником рабочих новостей в их коллективе.

Эта, в меру раскованная и уверенная в себе девушка, притягивала взгляды окружающих яркой внешностью: помимо высокого роста и спортивной фигуры, её отличали выразительные серые глаза в обрамлении роскошных светло-русых волос и утончённые черты лица. Привлекая мужчин своей природной красотой и женственностью, она слыла негласным символом сексуальности в отдельно взятом учреждении. Её элегантность и харизма делали её чуть ли не иконой стиля в поликлинике, вдохновляя коллег обоих полов. Впрочем, без завистливых взглядов и шепотков за спиной тоже не обходилось.

Свою юность Светлана посвятила спорту, закаливая характер в лыжных состязаниях. Она неоднократно добивалась успехов в гонках, однако серьёзная травма колена вкупе с накопившейся моральной усталостью вынудили её завершить карьеру к двадцати годам.

Именно тогда, едва перешагнув свой сорокалетний рубеж, Сергей Петрович Пузанов, нынешний главный врач поликлиники, заинтересовался молоденькой медсестрой.

На пороге кризиса среднего возраста, когда мир вокруг казался безутешно серым, он нашёл поддержку и вдохновение рядом со Светланой, чья помощь оказалась своевременной и эффективной.

И хотя он продолжал играть роль примерного семьянина, общение с этой бывшей спортсменкой не прерывалось, оставаясь тайным и ограниченным рамками разумного.

В целях соблюдения конфиденциальности, Сергей Петрович обеспечил девушке отдельное жильё и финансовую независимость, позволившие им сохранить условную приватность.

Даже подруги Светланы, несмотря на дружбу, имели доступ лишь к той части информации, которую можно было обозначить: “в общих чертах”.

Работники медицинского учреждения, естественно, догадывались об этой связи. Но Главный умел создавать ложные цели в глазах любопытствующих, а удалённость жилища девушки надежно охраняла интригу от излишнего внимания.

В медицинских кабинетах ходили разные слухи, даже о том, что Сергей Петрович скоро пойдет на повышение. Девчонки боялись, что шефа переведут в Барнаул, а за ним последует их подруга. Без неё их дружба рухнет как карточный домик, от чего они заранее паниковали.

Сон пока не приходил, а вот сладкие воспоминания нахлынули под знакомый скрип пружин, и девушка, положив ногу на ногу, сжала ими промежность…

“Так будет лучше”, — подумала она с еле заметным чувством вины, улетая в мир эротических фантазий...

На следующий день к приходу Елены в их закутке был штатно накрыт стол.

Её ждал ароматный цейлонский чай, тортик, порезанный на ровные дольки, и любопытные глаза подруг.

Пациенты пока отсутствовали, можно было не шептаться. Эта предупредительность подруг не могла не нравиться Елене, а загадочная атмосфера подталкивала её рассказать о вчерашних пережитых впечатлениях, выдав их за сегодняшнее продолжение.

Весь путь до работы она находилась в сомнениях: стоит ли быть настолько откровенной с подругами и рассказать всё без утайки.

И всё-таки она решилась поведать о шокирующих событиях вчерашнего дня и подать свои переживания в виде шикарного сексуального приключения. Пусть завидуют! Хотя предугадать реакцию подруг непросто!

От пытливых взглядов товарок не укрылись внутренние метания Елены. Девушки не торопили её взрывать информационную бомбу, с трудом укрощая своё любопытство. Сегодня пустых разговоров не предвиделось.

Потянув какое-то время и сделав пару глотков свежезаваренного чая, блондинка широко раскрыла глаза, набрала в лёгкие воздух и...!

На рассказ ушло минут пять-семь, а девчонки уже минуту сидели в ступоре, беззвучно открыв рты.

Наконец наступило время вопросов.

— То есть, пришёл сам, и трахнул тебя прямо на супружеском диване!? — еле слышно пролепетала Ирина, втягивая ртом воздух.

— Да, Ирина! Представляешь, в каком я шоке!?

— Невероятно!!!

— Пообещал сообщить на работу, если не дашь?

— Вот кабель малолетний! Шантажист! Я бы ему...

— Пришел со своими презервативами? И разложил соседку на диване! М-да-а!

— Девочки, да не просто разложил! А впердолил так, что “у меня на лбу шнурки завязались”…

— Не может быть, ему точно шестнадцать лет?…

— Ленка, ты правда кончила с ним?

— Не то слово! Это было как полёт в космос…!

Еще минут двадцать Елена собирала жирные дивиденды с подруг…

Ирину больше всего интересовали подробности соития — как ноги закинул, что шептал на ушко и прочие подобные мелочи.

Ольга больше возмущалась вероломством юного сластолюбца, желая его наказать неизвестно чем...

Светлана сначала подумала, что это розыгрыш, но, присмотревшись, напрочь отказалась от первоначальных подозрений.

— Ленка! Если честно, я тебе завидую! Как всё закрутила… сюр какой-то!

— Ленчик! Это отдаёт каким-то бытовым блядством!

— Тогда твоя коллега, Оля, — блядь! — вступила в разговор Светлана.

— Ну, я не это имела ввиду!

— Лучше так, чем в ванной себя ублажать!

— Ленка, как ты теперь Вовке будешь в глаза смотреть!

— Как-как! С чувством разочарования, как ещё! Если за восемь лет не проёб жену по-настоящему! — возмущенно встряла Ирина.

— Точно! Бедная Ленусик! Жила столько лет в неведении...бедняжка!

— Да, девочки! Столько прожила и не знала, что бывает такой “космос” в постели!

— Хватит, девки, издеваться! Может, и у меня тоже самое? Ну, с оргазмом. Что-то у меня тоже подкрались сомнения! — Может, и у меня было всё не то! Вот блядь, жисть — век живи и век удивляйся!

… Да, тут каждая женщина начнет копаться в себе. Такие сомнения легко пустят корни в глубины любой женской натуры, тем более, “пострадавшая” вела себя как обладательница выигрышной облигации, с удовольствием отвечая на бесконечные вопросы репортёров.

— Лена, золотко, ты нас держи в курсе, советуйся! — неожиданно чужим голосом Ирина поставила точку в бурном обсуждении.

…Подошло время разбегаться. Убрали со стола продукты и приступили к исполнению своих обязанностей.

Ольга в небольшой прострации от услышанного засобиралась домой, сняла халат за ширмой, облачилась в привычное "цивильное" и, попрощавшись с Еленой, направилась на выход.

Предвкушая тихий вечер, она свернула к гастроному. В этот час здесь не было толкотни, и она надеялась по-быстрому купить всё необходимое для ужина. Сегодня в меню — курица в красном соусе с гречкой, любимое блюдо Толика.

Анатолий, заботливый муж и отец её сына, по дороге с работы заберёт ребёнка из детского сада.

У них в семье с распределением обязанностей полный порядок. Анатолий имеет рабочую специальность фрезеровщика на тракторном заводе, уже выполняет операции по пятому разряду. Он профорг цеха — ударник коммунистического труда! Надежный муж и правильный товарищ.

Есть одна слабость у него, да и слабостью её не назовёшь — он рыбак! Хоть зима, хоть лето, Толик думает о своей рыбалке.

С выпивкой у него всё ровно. Может выпить на праздник со всеми пару рюмок, не больше. Если выпьет третью — заснёт за столом. Такая особенность у его организма.

Кроме них, в двухкомнатной квартире живет мама — Клавдия Степановна, главная квартиросъемщица, впустившая к себе жить молодых. Мама у Ольги — опытный педагог, школьный учитель, уехала в отпуск отдыхать к родной сестре на Азовское море.

Одним словом — живут хорошо, как все!

Есть, конечно, шероховатости в семейных отношениях, но далеко не критичные.

Например, женщин раздражают некоторые дурацкие привычки мужа: ящик под ногами в прихожей с рыбацкими принадлежностями, носки, разбросанные под кроватью, постоянно незакрытый тюбик с зубной пастой или забрызганное зеркало над умывальником. Мелочи, казалось бы, но сколько можно терпеть одно и то же из раза в раз?

Ольга, впитавшая любовь к порядку ещё с юных лет, когда слыла активной комсомолкой и организатором школьных, а потом и училищных мероприятий, с трудом находит оправдания для Толика. Ей сложно мириться с хаосом вокруг себя, особенно когда идёт речь о домашнем комфорте. Для нее уют — это порядок, гармония, но, несмотря на все попытки, искоренить эти бытовые несовершенства мужа пока не удается.

Подруги, прекрасно осведомленные о «пунктике» Ольги, о ее болезненной страсти к чистоте и порядку, нет-нет да и подтрунивали над ней, вызывая в женской компании взрывы добродушного смеха. Вместе они препарировали эти мелочи семейной жизни, признавая, что подобные «изюминки» встречаются практически в каждой паре. И в этом хоре женской солидарности Ольга находила утешение, позволяя себе взглянуть на ситуацию с легкой ироничной усмешкой, понимая, что в этом забавном танце бытовых компромиссов кружится каждая семья.

Но это далеко не самое большое беспокойство в её жизни. Гораздо сильнее Ольгу тревожат перемены в собственной внешности после родов. Набранные килограммы, потерявшие форму бёдра, отсутствие талии, грудь, выглядящая привлекательной исключительно в правильно подобранном бюстгальтере, — всё это становится причиной постоянных переживаний каждый раз, когда она смотрит на своё отражение в зеркале.

Особенно остро эта проблема ощущается в минуты, когда хочется почувствовать себя привлекательной и желанной, а вместо уверенности приходит ощущение неудовлетворённости собственным телом.

Ольга мечтает вернуть утраченные формы, однако борьба с лишним весом кажется бесконечной борьбой против собственного организма, отказывающегося расставаться с набранными килограммами.

Подруги стараются поддерживать её, говоря, что красота — это внутреннее состояние, которое отражается на лице, но Ольге трудно принять это утверждение от тех, на кого безотказно реагируют мужчины всех возрастов. Такие попытки поддержки воспринимаются Ольгой скорее как пустые слова, неспособные облегчить её ощущение ущербности.

Более того, с годами Ольга начала стесняться демонстрировать своё тело даже мужу, предпочитая избегать ситуаций, когда необходимо раздеться. Это привело к постепенному сокращению интимных моментов в браке, ставших редкими и почти формальными.

Таким образом, она бессознательно наказывала мужа за его бытовые грешки, перекладывая на него вину за собственную неуверенность и комплекс неполноценности.

Сегодня что-то в ней изменилось после шокирующего рассказа Ленки. После того, как подруга подробно рассказала историю, наполненную запретными подробностями и, как ей казалось, элементами насилия, Ольга ощутила странное, сильное возбуждение.

Остановившись возле дверей гастронома, она осознала, что именно сцены сексуального принуждения и шантажа пробудили в ней ранее неопознанные фантазии. Не став дальше углубляться в свою психологию, она твёрдо решила, что если не забудет это ощущение, то сегодня ночью порадует Анатолия…

Вернувшись домой, Ольга постаралась сохранить игривый настрой до вечера, готовясь приятно удивить супруга.

Не сразу, но этот поздний вечер оказался особенным: он наполнился яркими эмоциями и пылкостью, которых давно не хватало их семейным отношениям.

Раскрепощенное состояние приоткрыло для Ольги новые грани близости, позволяя преодолевать старые комплексы и повысить интерес к личной жизни.

Утром, одеваясь, она смотрела на проблемы своей фигуры проще, осознавая, что желание любить и быть любимой важнее любых несовершенств внешнего вида.