Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына!

Глава 17

Кучер щелкает вожжами, лошади срываются в бег и меня снова вжимает в бархатную обивку.

Блондин внимательно всматривается в окно, после чего снова обращается к извозчику:

– Еще быстрее! Такими темпами, они нас скоро нагонят! – Извините, господин… – доносится с улицы через небольшое окошко в верхней части экипажа, расстроенный голос извозчика, – Лошади уже немолодые, это все на что они способны.

Слова извозчика настолько сильно отдаются в моей голове, что я инстинктивно, прижимаю к себе сына. Он хочет сказать, что у нас не получится оторваться? Неужели, все мои старания пойдут прахом?

Видимо, блондина мучают похожие вопросы. Выражение его лица мрачно-сосредоточенное, но глаза бегают туда-сюда, будто он читает невидимую книгу.

В какой-то момент, глаза блондина расширяются и он резко притягивает к себе свой саквояж, который все это лежал в углу сидения. Первое, на что я обратила внимание – это то, что саквояж довольно старый, потертый, но при этом ухоженный. Скорее всего, чей-то подарок, раз о нем так заботятся.

Так или иначе, блондин копается в саквояже, звенит какими-то склянками, после чего вытаскивает на свет небольшой пузырек с ярко-синим содержимым и кидается к окошку кучера.

– Вот! – он сует пузырек прямо в окошко, – Выплесни это на лошадей!

– Но господин…

– Не бойся, ничего с ними не будет. Разве что, отдых потребуется более долгий, но я доплачу! – блондин уверенно перебивает робкий протест извозчика и тому не остается ничего другого, как забрать пузырек с неизвестным содержимым.

Даже предположить не могу что в нем было, но как только до меня доносится приглушенный звук разбившегося стекла, меня еще сильнее вжимает в сидение, а пейзаж за окном превращается в смазанное пятно.

– Только внимательней там! Не угробь нас! – прикрикивает блондин, усаживаясь обратно.

На этот раз в его глазах, все так же пристально смотрящих в окно, читается удовлетворение.

– Спасибо вам… – облизав пересохшие губы, решаю поблагодарить его, – Спасибо что спасли нас с сыном. Опять.

– Пока благодарить меня слишком опрометчиво, – отзывается блондин, кидая на меня быстрый взгляд, – Лучше сделать это, если нам удастся выбраться из города.

Я хочу сказать, что его стоит поблагодарить хотя бы за то, что не остался в стороне. Сомневаюсь, что нашелся бы кто-то еще, кто в здравом уме решился бы пойти против отряда Бьёрна. Но в этот момент обращаю внимание, что блондин явно не из Фростланда. До этого у меня не было ни времени, ни возможности, чтобы рассмотреть его более внимательно, но сейчас его бронзовая кожа бросается в глаза особенно сильно.

На секунду, сердце сжимается от пугающей мысли. Возможно ли, что этот человек просто не понимает во что он ввязался и кому бросил вызов? Возможно ли, что для него даже имя Бьёрна Дракенберга лишь пустой звук?

Я искренне ему благодарна, но самое последнее что я хотела бы – чтобы он поплатился за свою неосведомленность жизнью.

– Знаете… я не обижусь, если вы высадите меня у ворот. Дальше я как-нибудь справлюсь сама. В конце концов, деньги у меня есть, а против вас сейчас лучший отряд Фростланда, под командованием Бьёрна Дракенберга. Будет лучше, если вы сделаете вид, что никогда меня не встречали.

– Да хоть самого драконьего владыки, – глаза блондина блестят словно лезвия, – Высокое положение для меня ничего не значит. Так что, не переживайте на этот счет.

Судя по твердому и решительному голосу, блондин прекрасно все понимает, более того, он давно для себя все решил. Вот только, у меня на душе все равно не становится легче от этого.

Карета резко тормозит и меня швыряет вперед. От неожиданности я цепенею и, если бы не блондин, который бережно и уверенно подхватывает меня, я бы точно растянулась бы на полу.

– Я же просил повнимательней! – повышает голос блондин, обращайся к извозчику.

– Простите… просто, мы уже приехали… – доносится с улицы вымотанный голос извозчика.

Приехали? Но как это возможно? Мы ехали от силы минут десять.

Я кидаю ошарашенный взгляд в окно и вижу грубые серые стены. Судя по всему, мы действительно уже стоим около ворот.

Настороженно кошусь на блондина – похоже, он далеко не простой богатенький чужестранец, каким он мне показался вначале. Вспомнить хотя бы странные зелья, которыми он кидался в людей Бьёрна, теперь еще и это, благодаря которому лошади домчали нас до ворот в два раза быстрее, чем обычно.

Даже если он алхимик, я никогда не слышала про кого-то с такими поразительными способностями.

Тем временем, блондин встает со своего места и оборачивается ко мне.

– Накиньте капюшон и сделайте вид, что спите. Я все улажу сам.

Я послушно киваю, опускаю капюшон и еще сильнее стискиваю сына. Мне кое как удалось его успокоить, но ребеночек до сих пор нервно возится и вздрагивает.

Блондин выходит из экипажа, прикрыв дверь, но сквозь щель я замечаю как к нему подходит стража.

– О, мое почтение, герр Ортега, – почтительно склоняет перед ним голову один из стражников, – Уже уезжаете? Не хотите остаться на празднование Йоля?

Ортега? Как-будто я раньше слышала эту фамилию, но совершенно точно не в контексте Фростланда.

– Я бы очень хотел остаться, но, к сожалению, у меня возникли срочные дела.

– Печально слышать. Нынешний праздник обещает быть грандиозным. Ну, что тут поделать, раз надо так… постойте, а кто у вас в карете?

Заискивающий тон стражника моментально меняется. В его голосе сквозит настороженность и подозрение. Я даже вздрагивают от такой резкой смены настроения и натурально забываю как дышать. Зажмуриваю глаза и сжимаюсь в комок, стараясь стать как можно более незаметной.

– Моя супруга, – все таким же уверенным голосом отвечает блондин.

– Суп… руга? – стражник оказывается настолько сбит с толку, что некоторое время я слышу только его растерянное пыхтение, – Но вы же въезжали один. Как… супруга?

– Все верно, – откликается блондин, – Моя супруга приехала сюда раньше. Потом мы встретились, а назад едем уже вместе. Разве это запрещено?

– Н-нет, но…

– Тогда, полагаю, это вас не должно смущать. Давайте я заплачу взнос и мы поедем дальше.

У меня на глазах проступают слезы, а сердце сдавливает тисками. Я изо всех сил надеюсь, что стражники пропустят нас без проблем. Но после того что наговорила Фрея, после того, через какой ад я прошла за последние пару дней… я уже ни в чем не уверена.

– Извините, – с тяжелым вздохом откликается стражник, – Но мы должны удостовериться в том, что вы говорите.

Дверца экипажа скрипит и мне кажется, будто я вот-вот потеряю сознание. Если люди Бьёрна предупредили стражу, что ищут беглую жену Дракенберга, мне уже ничего не поможет.

– То есть, вы хотите сказать, что я лгу? – внезапно бьет по ушам грозный голос блондина.

– Д… н… я… – блеет стражник, теряясь под напором моего заступника, – Я всего лишь хочу сказать, что такова процедура. Простите великодушно, мы ни в коем случае не хотели оскорбить вас, но иначе мы просто не сможем вас пропустить.

– Я бы очень не хотел… – с нажимом на слово “не хотел” отвечает ему блондин, – Чтобы вы беспокоили мою супругу. Она очень вымоталась и ей требуется отдых.

Слова блондина сопровождаются характерным звоном монет и я закусываю губу.

С одной стороны, меня обжигает чувство стыда. Передо мной живо встает воспоминание как меня продают Бьёрну. На протянутую ладонь отца с таким же звуком опускается тяжелый мешочек с золотом, а Бьёрн, не слушая моих мольб и не обращая внимания на слезы, грубо хватает меня за руку и тянет за собой.

А с другой… я чувствую еще более острую неловкость перед блондином. Который, помогая мне, рискует не только своей жизнью, но и деньгами. Из-за этого, у меня еще больше крепнет ощущение, будто ему что-то от меня нужно.

“Я обязательно все верну… я верну ему все до монетки…” – шепчу про себя, лишь бы заглушить это гнетущее чувство.

– Хм… – в голосе стражника слышится сомнение и в тот же момент, звон монет повторяется, – Думаю, мы можем войти в ваше положение, – наконец, отзывается стражник, – Пусть ваша супруга набирается сил.

Я с огромным трудом сдерживаю слезы, не веря в то, что все получилось.

– Я рад, что мы пришли к пониманию, – говорит блондин, – Желаю вам счастливого Йоля. А теперь, простите, мы поедем дальше.

– Да, конечно-конечно, – в голосе стражника снова появляется первоначальное раболепие.

Стражник приказывает открыть ворота, а блондин залезает обратно в экипаж, плотно закрывая за собой дверь. Я моментально скидываю капюшон и перевожу на него глаза, в которых стоят слезы. Но даже так, с расплывающимися чертами, я замечаю, насколько сильно блондин встревожен и обеспокоен.

Он часто дышит, его глаза прищурены и постоянно смотрят куда-то вдаль, за окно.

Хочу спросить его все ли в порядке, но в этот момент извозчик трогается с места.

Я тоже впиваюсь взглядом в окно, загипнотизированно наблюдая как перед каретой расступается отряд стражников, а вдали с натужным скрипом раскрываются тяжелые деревянные ворота.

До них уже остаются считанные метры, как позади внезапно раздается оглушительный рев.

– Опустите ворота! Не дайте им уйти! Схватите их!