Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына!

Глава 22

– В чем дело, Уго, ты же сам этого хотел. Разве нет?

– Да, но я не знал что ее ребенок – дракон.

– И что это меняет?

– А то, Брэндон, что если его дракон проявит себя, никакая иллюзия их не спасет. Дракенберг сразу все поймет.

Голоса стихают и о чем они говорят становится попросту не разобрать. Вот только, я не уверена, что даже если бы мы не ушли далеко от кабинета Брэндона, я была бы способна воспринимать их разговор и дальше. Потому что у меня в голове тут же отдается эхом последняя фраза Уго:

“Дракенберг сразу все поймет…”

Сама того не замечая, я изо всех сил стискиваю зубы. Неужели, даже того чуда, что сотворил Брэндон, недостаточно, чтобы скрыться от Бьёрна?

Что в таком случае нам надо сделать, чтобы он нас не нашел? Уехать на другую часть континента? А, может, вообще, мира?

Чувствую внутри уже даже не отчаяние, а расползающуюся пустоту и безразличие. Я слишком устала и вымоталась, чтобы думать об этом сейчас.

Наверно, пока будет лучше довериться Уго и Брэндону. В любом случае, в вопросах магии и драконах они явно разбираются лучше меня.

Тем временем, Ингрид проводит меня через вереницу сквозных комнат и залов, после чего мы поднимается по винтовой лестнице на второй этаж. Мы проходим по длинному коридору, устланному мягким бежевым ковром и останавливаемся возле двери в задней части здания.

Стоит только войти внутрь, как я едва сдерживаюсь, чтобы не издать восторженного вздоха. По сравнению с моими покоями в замке Бьёрна, эта комната выглядела как просторная и чистая гостиная по сравнению с тесным чуланом. Но больше всего меня впечатлили широкая кровать возле громадного, во всю стену, окна и умопомрачительный вид, который открывался из него.

Из окна виден прекрасный заснеженный сад, при взгляде на который кажется, что ты очутилась в месте, где время замерло под мерцающим светом зимнего солнца, где каждый уголок наполнен волшебством и вдохновением.

Величественные деревья, раскинувшиеся на фоне на фоне белоснежного покрывала из снега и покрытые легким слоем инея, словно драгоценные кристаллы, мерцают на солнце. Каждый контур выглядит так, словно он вырезан из бархатной ткани.

Вдоль дорожек, усыпанным снегом, стоят изящные статуи и фонтаны. Их очертания теряются в светящемся снегу, создавая впечатление, будто они оживут в следующем мгновении, чтобы рассказать вам свои истории.

Сердце сада – это восхитительная уютная красная беседка, от которой до ближайших деревьев раскиданы яркие гирлянды и светящиеся фонарики. Глядя на эту красоту, хочется прямо сейчас кинуться в эту беседку с чашечкой горячего напитка, чтобы насладиться непередаваемым волшебством этого места.

Я настолько заворожена этим чарующим зрелищем, что не сразу прихожу в себя. Зато, когда у меня все-таки получается оторвать глаз от окна, я чувствую что пожирающая меня пустота отступила. Скорее всего она вернется, но сейчас ее место заняла приятная безмятежность.

И уже за одно только это я благодарна Уго и Брэндону.

После того как я покормила сына, Ингрид проводила меня в ванну, которая уже была готова. С огромным беспокойством оставив ей малыша, я быстро моюсь и переодеваюсь в принесенное мне легкое домашнее платье. Мою грязную одежду уносят в стирку.

Не смотря на то, что Ингрид уже распорядилась приготовить мне завтрак, я отказываюсь. После ванны я особенно сильно понимаю насколько я выжата и не способна даже на то, чтобы просто поесть.

Я отправляюсь обратно в комнату, где сплю до самого глубокого вечера. Но даже будучи уверенной в том, что на Уго и Брэндона можно положиться, я то и дело просыпаюсь. Рывком приподнимаюсь на локте и напряженно вслушиваюсь, с ужасом ожидая уловить в отдалении знакомые голоса кого-то из отряда Бьёрна.

Лишь когда я окончательно просыпаюсь и встаю сама, кидая очередной взгляд на восхитительный сад, который в свете гирлянд и фонарей выглядит еще более волшебно, мои навязчивые страхи отступают.

Ингрид, которая будто бы дежурила за моей дверью, приглашает меня на ужин, к столу, за которым уже сидят Уго и Брэндон. Я с благодарностью усаживаюсь рядом и едва сдерживаю слюну от вида умопомрачительных блюд. Тут был и хрустящий цыпленок в медово-имбирном маринаде, и фаршированные помидоры, и яркие салаты, и… целая куча всего.

Надо ли говорить, что на вкус все это было еще более восхитительно, чем на вид?

Хотя, может, так мне показалось из-за того, что я уже долгое время не ела ничего подобного. Ни во время моей жизни у Бьёрна, ни уж тем более после родов, меня не баловали такими блюдами. Я ела примерно тоже самое, что и слуги. А питались они у Бьёрна не сказать чтобы замечательно. Это была самая обычная пища, вроде каш, супов с небольшим количеством мяса, а так же вареные овощи и крупы.

Поэтому, восхитительный вкус блюд, которые приготовили повара Брэндона, едва не заставляет меня смахивать слезы восторга.

Наконец, поев, Брэндон обращается ко мне.

– Мы с Уго хорошенько подумали над тем, где будет лучше вас спрятать и пришли к выводу, что по крайней мере до тех пор, пока я не смогу сотворить более искусное заклинание, вам стоит укрыться на востоке страны. Думаю, Снежный Пик подойдет идеально. У меня там есть хороший знакомый, который поможет вам обустроиться. На первое время вы будете помогать ему в пекарне. Как вам такой вариант?

– Я согласна на все, что вы предложите, – с готовностью отвечаю я, – Только, думаете, это действительно поможет?

– В каком смысле? – трясет головой Брэндон, – Я вас не понимаю.

Меня снова окутывает волнение и я облизываю пересохшие губы.

– Когда Ингрид отводила меня в комнату, я слышала часть вашего разговора. Вы сказали, что Бьёрн все равно может нас найти, потому что мой сын дракон.

– Да, – с явным сожалением отзывается Уго, – У драконов есть такая способность, как зов крови. Они могут чувствовать соплеменников своего рода, но это сработает только в том случае, когда дракон вашего сына проявит себя.

– И когда это может случиться? – спрашиваю с замиранием сердца.

– В том то и дело, что у всех это происходит по-разному, – отзывается Брэндон, – У кого-то это происходит уже в три года, а у кого-то в десять-двенадцать. Я бы хотел сказать, что у нас есть как минимум пару лет, но у вашего сына сильные способности, поэтому здесь ничего нельзя сказать наверняка.

– Вот как… – опускаю взгляд, с сожалением отмечая что мне, похоже, не суждено вычеркнуть Бьёрна из своей жизни. Или, вернее, не так. Сама судьба, похоже, не хочет, чтобы я это сделала.

– В любом случае, – подается вперед Брэндон, – время на нашей стороне. Даже если что-то произойдет, Дракенбергу потребуется не один день и даже не одна неделя, чтобы отыскать вас в Снежном Пике. А за это время мы что-нибудь обязательно придумаем. Или я усовершенствую свою иллюзию или Уго сварит нам какое-нибудь зелье, решающее все проблемы.

Уго закатывает глаза и фыркает, а я не сразу замечаю, как на моих губах появляется легкая улыбка.

– Поэтому, лучше постарайтесь еще поспать. Мы выезжаем завтра с утра и дорога будет очень трудной.

***

Брэндон оказался прав – дорога и правда выдается очень трудной. И дело даже не в том, что мы втроем едем в одной карете, кутаясь в теплые одежды, в то время как на улице гуляет ледяной пронизывающий ветер. А в том, что из-за сильных снегопадов дороги оказываются завалены снегом, в некоторых местах который промерзает практически до состояния льда. Все это дело приходится расчищать магией, что сильно увеличивает время нашего путешествия.

Но даже когда мы добираемся до крупных городов, наши приключения не заканчиваются. В преддверии приближающихся праздников, в некоторых из них просто не находится места даже в самых дорогих гостиницах.

В итоге, наше путешествие превращается в череду совершенно одинаковых дней, наполненных снегом, прохладой и вялым ожиданием приезда в Снежный Пик. Все это сливается в такую безэмоциональную рутину, что в какой-то момент, когда все резко меняется, я даже не сразу понимаю что происходит.

Меня просто моментально выкидывает из дремы и замечаю, как нашу карету швыряет из одной стороны в другую. Лицо сидящего напротив Брэндона красное от гнева, а Уго стоит ко мне спиной, открыв окошко кучера.

Мотаю по сторонам головой и вижу, что по обе стороны от кареты скачут всадники в бело-голубых одеждах с обнаженным оружием в руках.

Меня тут же захлестывает ужас, внутри все леденеет, а в голове мечется одна-единственная мысль: “Неужели, Бьёрн все-таки нас нашел?!”

– Быстрее! – орет на кучера Уго.

– Господин, я не могу… они перекрыли дорогу… – с трудом различаю его голос, доносящийся с улицы.

– Это Бьёрн? – срывающимся на шепот голосом спрашиваю я у Брэндона, который продолжает сидеть на месте со скрещенными на груди руками.

Он обжигает меня разъяренным взглядом и, сцепив зубы, недовольно бросает:

– Хуже!