Дарья
Застыв у зеркала, я посмотрела на своё опухшее лицо, осторожно дотронувшись пальцами до вздутой, красной щеки, потом до разбитой губы, после чего стала медленно приглаживать взлохмаченные волосы. Боли я больше не чувствовала, хотя голова была какой-то чугунной и непомерно тяжёлой, да и в целом меня сковала апатия. Мне и стоять не хотелось, так что я бы с большим удовольствием просто села на пол и посидела так какое-то время, пока бы мне не полегчало.
Матвей уже давно уехал тусить со своими дружками, забыв про меня. И я была уверена на все сто, что он снова снимет каких-то шлюх и вернётся только под утро, так что сейчас я могла вздохнуть с облегчением и побыть в тишине.
За что он избил меня в этот раз? Забавно, но я этого даже не помню. Наверное, я опять сказала что-то, что ему не понравилось. Матвей вообще не отличается особой сдержанностью и может вспылить всего за секунду. И я уже не раз повторяла себе, что с ним надо быть осторожной, нельзя его провоцировать и доводить ситуацию до конфликта. Но как же трудно было молчать!
Какая же он свинота! Матвей только и может, что распускать руки, думая, что раз он при бабле, то ему можно делать всё, что только вздумается. Я же для него даже не человек, а просто вещь, которую можно сломать и выкинуть.
Почувствовав на щеках тёплые слёзы, я удивилась, не думая, что снова буду плакать из-за этого ублюдка. Мне почему-то казалось, что все слёзы я уже выплакала, и вместо них у меня осталось только презрение.
Да пошло всё нахрен! Я так больше не могу! Надо собирать вещи и съезжать. Я ещё молодая, красивая и горячая, так что найду себе другого мужчину, из-за которого я не буду замазывать синяки тональным кремом.
Немного придя в себя, я завязала волосы в хвост и умылась, после чего поспешила в спальню, не обращая внимания на прислугу, провожавшую меня злорадными взглядами. Ещё одни ублюдки! Только и могут, что смотреть, как Матвей отрывается на мне, наверное, от этого получая какое-то больное удовольствие.
Быстро складывая вещи, я запихнула в сумку самое ценное, что у меня было, и выскочила из дома, найдя в пристройке водителя.
— Отвези меня в город!
Олег, что-то обсуждавший с садовником, медленно повернулся ко мне, оглядев сальным взглядом, после чего покачал головой.
— Не положено. Матвей Дмитриевич запретил мне куда-то вас отвозить.
— Ты прикалываешься? Мне в город надо! Предлагаешь идти пешком?
— Идите, но я не повезу.
Усмехнувшись, Олег отвернулся от меня, продолжив свой разговор.
Так, ладно Даша, спокойно, не горячись, всё хорошо. Сейчас я просто вызову такси, доеду до какой-то гостиницы и смогу отдохнуть. В жопу Матвея, и всех остальных мужчин. Я же сильная, так что не должна поддаваться эмоциям.
Подойдя к воротам, я нашла в интернете номер такси, но не успела его набрать. Телефон зазвонил и на экране высветилось «Котёнок». Вот только это никакой не котёнок, а жирный, полулысый садист, которому не мешало бы переломать руки за то, что он смел со мной делать. Никогда не думала, что жизнь свяжет меня с такой тварью, поначалу прикидывавшейся более менее адекватным человеком.
И вот что делать? Отвечать или нет?
Первым моим порывом было сбросить вызов, но в груди шевельнулся страх перед этим мужчиной и я представила себе, в какую ярость он может впасть, если я так нагло проигнорирую его звонок. Поэтому я поднесла телефон к уху, уже догадываясь, что кто-то из прислуги рассказал ему, что я собрала вещи.
— Надеюсь, ты звонишь мне, чтобы извиниться?
— А это смешно! Ты и правда думаешь, что я буду перед тобой извиняться? Куда это ты уже намылилась? — Голос Матвея, как и всегда, неприятно резанул по ушам, но на этот раз был не только какой-то гортанный, хрюкающий, но и пьяный.
Ну да, у него же нет совести, так что он запросто может избить меня и поехать в какое-нибудь заведение отдыхать, не заботясь, как я там и что со мной.
— Я ухожу от тебя и…
— О как! Ну вали. Всё равно ты меня уже заебала. Но посмотрим, как ты будешь выживать без моих денег.
Рассмеявшись, Матвей скинул вызов, оставив после этого короткого разговора только неприятный вкус ненависти. Мразь! Он ещё и смеётся надо мной. Но я и без его денег неплохо жила, так что как-нибудь справлюсь.
Вызвав такси, я онлайн забронировала номер в гостинице. Точнее, я попыталась его забронировать, но моя карточка, подаренная мне Матвеем оказалась заблокированной, а налички у меня не было. Ещё сильнее разозлившись, чувствуя, что глаза защипало от слёз, вызванных ненавистью к жирному ублюдку, я собралась с духом и позвонила маме.
Но родители что-то не особо были рады моему звонку, отчитав меня как девчонку, за то что я игнорировала их несколько месяцев. И ещё сильнее они разозлились, когда поняли, что я звоню им не просто так, чтобы узнать, как они там поживают, а с просьбой о помощи.
А ведь вначале отношений с Матвеем, когда он ещё не вёл себя как мразь, я думала, что больше никогда не буду нуждаться в приёмных родителях, но этот день всё равно настал.
Выслушав, какая я плохая дочка, я унизилась ещё сильнее и позвонила Тане. Она и перевела мне деньги на старую карточку. Понимая, что без работы и мужчины я не потяну съёмное жильё, я напросилась к сестре, решив перекантоваться пару недель у неё, пока не получится помириться с родителями.
Дальше меня ждала хоть и недолгая, но утомительная поездка в родной город, который теперь вызывал во мне некое отторжение. Можно сказать, что я вернулась к тому с чего начала, и мне придётся снова стать «хорошей» девочкой, чтобы со всеми помириться. А то одной будет очень тяжело.
Но стало ещё хуже, когда я оказалась на автовокзале. Все люди куда-то спешили, кто отдыхать, кто в командировку или погулять в другом городе с друзьями. Одна я, как мне казалось, была не удел, выбившись из привычного ритма жизни.
Таня встретила меня у своего дома, так что стоило мне расплатиться с таксистом и выйти из машины, как она тут же подбежала ко мне, бросившись на шею. И её объятья, как и раньше, не вызвали во мне ничего, кроме отвращения. За эти несколько месяцев, что мы не виделись, Таня чуть поправилась, сильнее осветлила волосы и поменяла форму бровей. И выглядела она не так уж и плохо, в отличие от меня, что раздражало. Даже лишние килограммы ушли куда надо, красиво округлив её формы.
— Боже, Даша, что у тебя с лицом? Это сделал Матвей?
— Да, я же тебе говорила, что мы поссорились. — Я отстранилась от сестры, почему-то избегая встречаться с ней взглядоми.
— Но ты не говорила, что он подымал на тебя руку. И это же не первый раз, да? Посмотри на меня? Даша, да что с тобой? Ты написала на него заявление? Сняла побои?
— Давай не сейчас, ладно?
Таня, наконец-то догадавшись, что я не горю желанием отвечать на её вопросы, снова меня обняла, этим делая только хуже, после чего взяла одну из моих сумок с вещами и повела к себе домой.
А она неплохо так живёт. Четырёхкомнатная квартира, новый крутой ремонт, современная техника, явно никаких проблем на работе, судя по цветущему виду Тани, как и проблем в семье.
Вспомнив Андрея, я невольно усмехнулась. В голове особо ярко пронеслись его признания в любви и клятвы сделать меня самой счастливой. Знала бы сестрёнка, что её муж без сомнений променял бы её на меня, она бы так не улыбалась.
Уверена, она сейчас начнёт жалеть меня и утешать, а сама будет думать о том, как ей повезло в жизни, хотя Андрей её даже не любит. И он получил хорошую должность только благодаря нашему с ней отцу.
Таня кудахтала вокруг меня как наседка, сама разложила мои вещи в гостевой спальне, накормила и стала забрасывать меня ненужными словами поддержки. Ещё и свою дочку позвала, чтобы она со мной поздоровалась и поговорила. И до чего же меня взбесила её мелкая! Она же была такой же, как и её маманя, те же жесты, та же внешность и тот же взгляд.
Ну а вечером с работы вернулся Андрей. И сразу заметив, с каким обожанием он на меня смотрит, я ощутила своё превосходство над сестрой.
Какой бы идеальной ни пыталась показаться Таня, но даже её муж спустя столько лет отдаёт своё предпочтение мне. И с этим ничего не смог сделать их общий ребёнок и мой категоричный отказ от его любви.