Лев
Эта бука больше не желала со мной разговаривать, чем очень меня расстраивала.
— Я тебе уже говорил, что ты потрясающая, — я решил сгладить углы.
Ее насупившееся лицо точно мой день лучше не сделает.
— Нет, не говорил, — прошептала она.
Я притормозил на светофоре и развернулся к ней.
Сидит, руки на груди сложены.
— Значит скажу сейчас, ты прекрасна, даже сейчас, когда больше похожа на колючего ежа, — я улыбнулся, а она закусила губу, чтобы сдержать смешок, — давай, давай, сдерживайся, если ты покраснеешь, я все равно буду считать тебя красивой.
— Ты мне льстишь, — возразила она, уже не имея возможности не приподнять уголки губ.
— Ты же знаешь, я не умею, — я застыл, глядя на нее.
Да, эта женщина и недостаток секса творят со мной невозможное. Я не перестану об этом говорить.
— Все, я больше не обижаюсь, поехали, зеленый, — спокойно скомандовала она и я послушался.
Выжал ногой газ до упора и мы устремились в сторону ее дома. Доехали, я припарковался и открыл ей дверь.
Она взяла мою руку, вышла из машины.
Мы направились в сторону подъезда.
Да, я решил проводить ее прямо до квартиры. Когда привожу ее после работы, она поит меня чает и иногда кормит вкусным ужином. Мне нравилась ее еда. Но сейчас я рассчитывал не на еду.
Лестница, ох уж эта проклятая лестница. Как меня напрягает поднимается по ней каждый раз.
— Кстати, ты никогда не приглашал меня к себе, где ты живешь? — внезапно спросила она, перешагивая через ступеньки.
— Скоро я тебя отвезу. Доделаю ремонт и отвезу.
— У тебя ремонт? Ты думаешь, что я побоюсь запачкать одежду? Ты мою квартиру видел?
— Вполне себе приятная квартирка. Со своим шармом.
— Ты называешь мои скрипучие полы шармом, — она остановилась и пронзила меня подозрительным взглядом.
Я приподнял ее за талию и направил в сторону двери.
— Все равно, я хочу и у тебя дома побывать, а то все ты ко мне да ты ко мне, так не честно.
— Скоро отвезу, обещаю, — повторил я.
Оля, Оля. Почему ты спросила об этом только сейчас?
Ладно, пора заходить.
Она провернула дверь ключом, вошла внутрь, разулась.
Я последовал за ней.
— Ну что? Чай или ужин? Или и чай и ужин? — я повесил пальто на старый ржавый крючок, который еле еле уже держался.
Надо бы его перевесить, а то так скоро все рухнет.
— Для начала я помою руку, — она бросила в меня милой улыбкой и потопала в ванную.
Я не стал ждать ни минуты.
Дверь была приоткрыта. Я вошел за ней, встал прямо позади, пока она мыла руки.
Мои руки прилегли на ее талию, я слегка опустился и вдохнул приятный и свежий аромат ее волос.
Она дрогнула, выключила воду и взглянула на меня через зеркало.
Я аккуратным движением руки убрал ее волосы на одну сторону, отодвинул ворот ее голубой рубашки и прильнул губами прямо ей под ухо.
Тихий стон сорвался с уст и заставил меня возбудиться еще больше.
не могу больше ждать. Хочу ее. Хочу.
Мои жаркие и мокрые поцелуи покрывали ее шею.
Я дал волю рукам и вытянув из юбки ее рубашки, принялся расстегивать пуговицы.
Она не сопротивлялась, лишь слегка дрожала.
Как же она меня заводит... Как же она меня заводит.
Мой член уже был каменным и наровился скоро разорвать брюки. Я развернул ее к себе, скинул ее рубашку с плеч, оставив ее в одном бежевом бюстгалтере.
Ох... Какая у нее грудь... Какая нежная и приятная кожа...
Недолго думая, я подхватил ее на бедра так, что она повисла на мне и обхватила руками мою шею.
Я смотрел в ее глаза и видел там взаимность. Она готова. Она готова... Прекрасно.
Я принес ее на кровать и аккуратно положил на спину.
Расстегнул пуговицы своей рубашки. Как же меня, сука, бесят эти пуговицы уже.
В ход пошли брюки. Сразу же. Ремень, штаны и вот я уже нависаю над ней и смотрю в ее горящие от возбуждения глаза.
Ее юбка улетела в кучу с бельем так же как и ее колготки.
И вот она осталась передо мной... Почти голая и почти полностью моя.
Я не медлил, прильнул к ее шее, запуская руки ей за спину и освобождая ее вверх от последней одежды.
Она горела от смущения. Она дрожала, но это нчиего, скоро стеснение уйдет. Останется только одно — удовольствие.
Увидев ее грудь, я мгновенно облизнул ее сосок и сжал пальцами ее талию.
Она вздрогнула и взвизгнула от неожиданности.
Я поднял голову и улыбнулся.
— Оля, Оля, — прошептал я, возвращаясь к ласкам.
Ее пальцы погрузились в мои волосы и натянули их.
Я вел языком от ее груди до пупка и обратно, не прекращая ее целовать.
Наконец-то. Наконец-то она полностью моя.