Каменное сердце королевы (СИ)

Глава шестая

Я уже давно поняла, что очнулась на диване в гостиной, и что Кай привёз меня в частный дом. Пока шла по заданному направлению в ванную комнату, размышляла о том, что дом явно обжитой. Точнее, это действительно дом, в котором постоянно живут.

Об этом свидетельствовали и обстановка, и уютная атмосфера, и даже воздух.

К счастью, это оказался не поражающий роскошью особняк, а вполне демократичный коттедж. Из элементов роскоши мне удалось заметить только камин. Хотя это сугубо моё восприятие, и вполне возможно, что для многих людей камин — вовсе не роскошь.

Также дом Генриха Юрьевича не вызвал у меня чувства вины или неполноценности из-за несовершенства моего собственного жилища: здесь не было давящей стерильной чистоты и удушающего перфекционизма.

Кухня вообще оказалась почти спартанской. Заметив, что я бегло рассматриваю всё вокруг, хозяин дома смешно прищурился.

— Каков вердикт, госпожа Пуаро?

— Пуаро не выносил вердиктов, — пожала плечами я, стараясь казаться беззаботной.

Всё же напряжение присутствовало, до конца не отпускало. Да это и неудивительно, если учесть то, как я оказалась в гостях у Кая.

— И всё же? — настаивал он.

— В целом у вас очень уютно. Чувствуется, что это дом. Понимаете, о чём я?

— Спасибо, понимаю, — кивнул Генрих Юрьевич. — Но?

Ничего-то от него не скроешь!

— Но кухня свидетельствует о том, что хозяин крайне редко принимает пищу дома. Ваш максимум — чашка кофе, бутерброд, йогурт и фрукты. Более основательное насыщение происходит за пределами дома.

— В точку, — кивнул Кай. — Мне очень импонирует ваша точность в формулировках, Эмма Константиновна. Всё же не зря вы стали тем, кем стали, и добились профессиональных высот. Я практически не готовлю дома, хотя умею делать это, пришлось научиться в студенческие годы. Но сегодня салат приготовил я сам.

Кай указал на средних размеров миску с ярким содержимым. Мне удалось различить огурцы, помидоры, болгарский перец и небольшие кубики сыра.

— А горячее заказал в ресторане, — рыбные стейки с овощами, запечённые в фольге.

У меня даже голова закружилась от щекочущих ноздри аппетитных ароматов, а сохранять невозмутимость и достоинство становилось всё труднее: очень уж разыгрался аппетит. К счастью, Кай отодвинул для меня стул, а после предложил мне первой выбрать стейк и положить себе салат.

Я отнеслась к этому с пониманием: он пытается показать мне, что я могу ему доверять. Во всяком случае, в отношении ужина точно. Я видела, как Генрих Юрьевич забрал оставшийся стейк, положил себе салат и начал есть.

— Подумал тут, — он вдруг улыбнулся, — мы с вами знакомы всего ничего, а ужинаем вместе уже второй раз. И мне это нравится.

Я хотела ответить, что оба раза ужинаю с ним против воли, но неожиданно мне расхотелось говорить резкости, язвить и занудствовать. Поняла вдруг, что мне хорошо, даже несмотря на продолжающийся звон в голове и сонливость. Кажется, мне тоже это нравится...

Так, надо собраться и хотя бы частично вернуться с небес на землю.

— Кстати, Генрих Юрьевич, — заговорила нарочито серьёзно, — хотела у вас спросить. Что за история произошла тогда на дороге? В тот вечер, когда мы впервые встретились?

Кай усмехнулся, а его щёки вдруг слегка порозовели. Да ладно? Смущён? Или талантливо разыгрывает смущение?

— Люди расстаются по-разному, — пожал плечами он. Голос звучал задумчиво, — а я расстался вот так. Эмоционально, на нерве. Поскольку в тот момент мы с моей бывшей девушкой ехали в её машине, дальше мне пришлось бы идти пешком... К счастью, мир не без добрых людей.

— И как, после помирились?

Спросила и замерла, прислушиваясь к себе. Почему вдруг для меня так важен ответ?!

— С Ликой? Нет, что вы. Я же сказал: расстались.

— И вам... не жаль?

— Нет, — абсолютно спокойно и буднично сообщил собеседник. — Анжелика — очень красивая девушка, молодая, энергичная, с активной жизненной позицией, и где-то наверняка есть человек, который всё это богатство оценит, но...

— Но вы не оценили? Этот человек не вы?

— Совершенно верно. Меня немного утомили эти отношения. А может и не немного. Видите ли, я крайне негативно отношусь к сторонним попыткам распоряжаться моим временем и манипулировать мной.

Ишь ты, какой избалованный! Не каждый бы утомился от отношений с женщиной, разъезжающей на спортивном «мерсе»... Даже если она покушается на его время.

И хотя я пыталась думать отвлечённо, скептически и критически, всё сказанное Каем почему-то свидетельствовало в моих глазах в его пользу. Чем дольше мы общались, тем больше мне хотелось продолжать это общение.

— А вы, Эмма Константиновна?

— Что я?

— Простите за наглость, но я навёл справки и выяснил, что вы в данный момент тоже не состоите в отношениях. То есть, свободны. Что вас так рассмешило, если не секрет?

Последнюю фразу он произнёс даже с некоторой обидой.

— То, что «данный момент» длится уже несколько лет, Генрих Юрьевич, и это мой принципиальный выбор. Я не состою в отношениях и не собираюсь ничего менять в этой сфере своей жизни.

— Ну зачем вы так категоричны? — с мягкой укоризной покачал головой Кай.

— Зато правдива, — твёрдо ответила я, на всякий случай отсекая для самой себя пути к отступлению. — Если меня действительно за глаза называют Снежной королевой, то мне грех обижаться на данную характеристику. Она максимально близка к реальности.

— И всё же я попытаюсь растопить ваше сердце, Эмма Константиновна.

— Хозяин — барин, Генрих Юрьевич, — развела руками я. — Вы уже большой мальчик, и отговаривать вас я не вправе, а тем более, запрещать. Каждый волен распоряжаться своим временем, совершать собственные ошибки и превращать их в опыт.

Да, это прозвучало несколько напыщенно и высокомерно, но именно такого эффекта я и добивалась, не гнушаясь ничем, чтобы заставить Кая передумать.

— Вы мне очень понравились, Эмма. Сразу. Мне даже кажется, что я влюблён.

— Ничего страшного, это пройдёт, — небрежно отмахнулась я, но он опять не обиделся. — Главное, не совершайте безумств, чтобы потом не жалеть и не стыдиться самого себя.

— Уже совершил, похитив вас.

— Кстати, вы так и не рассказали о главном: что произошло сегодня на парковке? Кто эти люди? Что вы с ними сделали? И как вы вывезли меня, ведь всё зафиксировано видеокамерами?

— Начну с конца, — Кай опять моментально стал серьёзным и собранным. — Моё лицо было скрыто так же, как лица тех двух перцев. Увёз я вас на каршеринговом автомобиле, арендованном через подставных лиц. Оставил его в укромном месте, и некоторое время нёс вас на руках дворами.

Я живо представила себе эту картину, и дыхание перехватило. Ну и ну!

— А тех двоих я просто временно успокоил электрошокером. Они уже давно должны прийти в себя.

— Но... Что им было нужно от меня? Если это грабители, то зачем вы меня увезли, а не вызвали полицию?

— Это не грабители, Эмма. Если бы вас не увёз я, увезли бы они. Как бы это объяснить? Вас заказали. Точнее, ваше похищение.

— Но кто?! Кому это нужно?!

Сказать, что я была в шоке, значит, ничего не сказать!