Месть бывшему. Мы теперь с тобой соседи (СИ)

Глава 17

— Не обязательно хватать меня за задницу, — бурчу я в район шеи Родиона, пока он нагло лапает меня на виду у бывшего мужа.

— Я погладил тебя по бедру, — вздергивает бровь мужчина и смотрит сверху вниз с легкой насмешкой.

— Слишком низко бедро у меня расположено, по-твоему?

— Поверь, если бы я хотел схватить тебя за… кхм… ягодицы, ты бы сразу это поняла.

Вздыхаю и делаю шаг назад, увеличивая между нами дистанцию. Даже выставляю ладонь вперед, чтобы со стороны казалось, что я от него отбиваюсь.

— Если бы ты правильно умел изъясняться, люди бы не шугались тебя, — язвлю я, не сдержавшись. Краем глаза вижу при этом, как на нас несется Виктор.

— Зато это отлично отсеивает ненужных людей, — отзывается Родион, а я закатываю глаза.

Помню, когда он сказал, что хочет меня, я минут пять сидела с открытым ртом и тупо пялилась на него молча, не зная, что сказать. Хорошо еще, что уточнила, что он имеет в виду.

— Свидание. Ты пойдешь со мной на свидание, — ответил он тогда и посмотрел так покровительственно, словно я его подопытная мышь.

Я тогда прищурилась и долго рассматривала его, пытаясь понять, издевается он надо мной или и правда не понимает, насколько двусмысленно звучат его слова.

И вот спустя пару дней, когда наш план начинает работать и я вижу его провокационный насмешливый взгляд, до меня доходит, что он делает это специально. Ну не может офицер не понимать, как его воспринимают окружающие.

Я не успеваю возмутиться и сказать ему, что думаю о нем и его тактике, как меня от него оттаскивает Виктор.

— Ты кто такой? — бычит бывший муж, загораживая меня собой. — Что тебе надо от моей жены?

— Бывшей, — шепчу я сзади, поправляя Виктора.

Он на меня не оборачивается, но я слышу, как он скрежещет зубами и напрягается от моего уточнения.

— Мужик, тебе чего надо? — наседает на него Родион, и я смотрю на него в упор, вытаращив глаза. — Иди, куда шел, и не лезь в чужие дела. Проблем захотел?

Тон Родиона, который он использует для общения с Виктором, сильно отличается от того, каким он разговаривал со мной. Довольно жесткий, циничный и хищный. У меня даже мурашки по коже идут, хотя наезжает он вроде бы не на меня.

Но Виктора это не волнует, так что он сжимает ладони в кулаки и делает шаг вперед, и они сталкиваются лбами. Родион немного крупнее его и шире в плечах, но рост у них одинаковый, так что противостояние фактически равное.

— Это, видимо, ты захотел себе проблем, — отвечает таким же тоном Виктор, а я делаю шаг назад, предчувствуя драку или еще какие-нибудь неприятности.

Они немного толкаются, аи я смотрю на это с ужасом. Глазами пытаюсь сигнализировать Родиону, чтобы не перебарщивал с актерской игрой.

Мы же вообще не договаривались, что он станет провоцировать Виктора махать кулаками. Родион должен был молча отступить и не отсвечивать, а вместо этого он активно подзуживает Виктора.

Они рычат друг на друга, пускают в ход кулаки, а я отступаю всё дальше. Не хотелось бы попасть под это месиво и получить их пудовыми кулачищами по голове или лицу. Один такой удар по хрупкой мне, и меня увезут отсюда только на скорой.

— Еще раз увижу тебя возле своей женщины, кровью плеваться будешь! — рычит на Родиона Виктор, а затем сплевывает в сторону. Кажется, Родион разбил ему губу.

— Угомонись, мужик, — хмыкает Родион, закатывая рукава рубашки обратно. — Никто на твою женщину не покушался.

Виктор тяжело дышит, его грудная клетка ходит ходуном, а сам он какое-то время буравит взглядом Родиона. Но тот взгляда не отводит и смотрит в ответ с вызовом. А я наконец отмираю и решаю вмешаться, пока не случилось чего похуже.

— Виктор, я, кажется, ногу подвернула, не мог бы ты помочь мне дойти до квартиры? — говорю первое, что приходит в голову.

Виктор нехотя отвлекается от соперника, затем разворачивается и смотрит на меня так, чтобы параллельно держать в поле зрения и Родиона.

— Из-за него? — едва слышно цедит бывший муж сквозь зубы, я поспешно мотаю головой.

— Нет, я только что случайно оступилась, когда ты меня оттолкнул.

Такого не было, но я знаю, на что Виктор среагирует лучше всего. Как сильный и доминантный самец, он особенно чувствителен к женщинам в беде, тем более если в этом есть доля его вины, так что я не ошиблась, разыграв эту карту.

Он сразу же забывает о Родионе, подскакивает ко мне и подхватывает на руки, не слушая никаких протестов.

Я же кидаю предупреждающий и недовольный взгляд поверх плеча бывшего мужа на Родиона. Он продолжает стоять у своей машины, скрестив на груди руки, от чего бицепсы кажутся еще больше. Особенно в этой обтягивающей футболке, которую он зачем то напялил на себя.

Уголок его губ дергается, пока я ругаю его мысленно и взглядом пытаюсь донести, что он облажался. Мне кажется, что ему вообще безразлично, что я о нем сейчас думаю.

— Кто это такой и что он от тебя хотел, Катя? — хмурится и спрашивает у меня немного успокоившийся Виктор, когда заносит меня в подъезд.

— Это брат Светы, приехал за ней. Я попросила ее присмотреть за ребенком, вот и столкнулась неожиданно с ее братом у подъезда.

— Света — это та хабалистая девка, с которой ты постоянно на детской площадке гуляешь?

— Во-первых, не девка и не хабалистая, а во-вторых, Света — моя лучшая подруга и бывшая коллега. И да, мы часто общаемся, — отвечаю я немного с нажимом, уловив его посыл. В этот момент он явно думает о том, как бы запретить мне с ней общаться.

— Почему он тебя лапал? — злится Виктор, кажется, забыв в этот момент, что мы с ним разведены. Я вовремя об этом вспоминаю, чтобы совсем уж не заиграться.

— Он меня не лапал, просто придержал, чтобы я не упала. Сегодня я надела каблуки, давно на них не ходила, вот чуть и не поскользнулась.

— Чтобы я его здесь больше не видел! — цедит Виктор сквозь зубы, и я едва не закатываю глаза. У меня возникает чувство дежавю: в прошлом он был довольно ревнивый и сейчас совсем не изменился.

— Ты мой бывший муж, Витя, так что давай без этих сцен ревности, окей?

Я демонстративно закатываю глаза, всем видом показывая ему, что он не имеет права мне что-то выговаривать и что-то запрещать.

— Куда ты так вырядилась? И почему оставила ребенка неизвестно с кем? — игнорирует он мои слова и снова терроризирует меня допросом.

Не отпускает меня из рук даже в лифте, держит с такой легкостью, словно я пушинка, хотя я знаю, что после родов немного поправилась.

— Это что, допрос? Я еще раз повторяю, Виктор: ты мне не муж, чтобы я перед тобой отчитывалась.

С одной стороны, я ликую, увидев, что всё идет по плану и бывший муж ревнует, а это считай, выполнена уже половина дела, а с другой — чувствую, что хожу по грани, излишне провоцируя его.

— Я отец твоего ребенка, Катя, — ухмыляется Виктор и смотрит на меня чересчур собственническим взглядом.

Мне кажется, что он снова хочет повторить свое гнусное предложение, на которое я так и не дала положительного ответа, но створки кабины лифта в этот момент как раз раздвигаются, когда мы приезжаем на наш этаж.

А там мы сталкиваемся лоб в лоб с Ирой.

Наступает немая сцена, но она отмирает первой и кидается на меня, сильно хватая за волосы.

— Ты что, совсем охамела, Катя? Я же тебе сказала, чтобы ты не смела приближаться к моему мужчине!