Мои две половинки

Глава 3

«Какие планы на вечер пятницы-развратницы?»

«Сонечка, заезжай в гости. Целую, Ба.»

«Систер, забуримся вечерком в Синюю Яму?»

«Вам звонил +77746277807 в 16:26. Сообщения не оставлено. Детали: t2.ru/vap»

Последнее сообщение смахивала дрожащей рукой. А молитвы-то действуют. Рома пытался позвонить.

И что мне с этим знанием делать?

Предыдущие сообщения просто проигнорировала, как поступала весь предыдущий месяц. Нет у меня настроения на гулянки и вечеринки. Лучшая компания для меня сейчас – это море подушек, тёплый плед, тарелка орешек и обе части фильма «Супер Майк», которые помогали выдрать себя за волосья со дна озера депрессии.

К бабушке я решила наведаться в субботу, о чем написала в ответе. Но что делать с этой лазером бьющей по глазам надписью:

вам звонил +77746277807 в 16:26

?

Перезвонить? Записать короткое голосовое сообщение, содержащее брань и ругательства? Назначить встречу и явиться к месту с топором наперевес?

Похоже, я начинаю невольно сочувствовать серийным убийцам, поскольку понимаю, что в особо опасные моменты жизни в душе может созреть безотчётное желание убивать.

Я всё же набрала номер, но не Ромкин, а тот, что получила сегодня на работе от бывшего ученика нашей директрисы – Ильи Зарубина.

Он явился сегодня с утра, не спросясь развалился на стуле возле моего стола и передал взволнованной Олечке личное дело своего сына и все необходимые копии.

– Привет, – поздоровался как со старой знакомой.

– Доброе утро, – вежливо пожелала, не поворачивая головы от монитора.

– Как настроение?

– Как у жаворонка в полночь – недосуг чирикать.

Олечка почти бесшумно перелистывала бумаги и слишком уж въедливо прислушивалась к разговору.

– Колючая такая, – ухмыльнулся Илья и добавил: – Такой тебя и запомнил. Сколько должен за химчистку?

Я, наконец, снизошла до открытого взгляда. Нахмурила брови, соображая, о какой химчистке речь.

– Суббота, серебристый «Лексус». Ты воевала с «Крузаком», я предложил помочь – припоминаешь?

– А, так это тебя усыновила семья гамадрил и забыла научить хорошим манерам?

– Каюсь, повинен, – он широко улыбнулся и чуть склонил голову набок. – Я тебя ещё вчера узнал. Так сколько за испорченное пальто?

Какой удивительный экземпляр. Вначале по-хамски окатил из лужи, зачем-то запомнил аж на целый месяц, потом отыскал и горит потребностью возместить убытки. Может, у него биполярка?

– Не утруждайтесь, я в состоянии оплатить химчистку. А вам могу посоветовать курсы, где прививают зачатки воспитания.

– Вот здесь заполните, пожалуйста, – Олечка сунула родителю под нос несколько бланков, глянула на меня чуть ли не с завистью и отвернулась к своему экрану.

– И снова на «вы», – Илья вздохнул раздосадовано и взял с моего стола ручку, чтобы вписать данные в графы. – Насчёт курсов идея неплохая. Подыщи для меня что-нибудь, потом позвонишь и скажешь, когда и куда подъехать.

Не особо заморачиваясь, он оторвал от стопки цветной стикер, размашисто вывел на нём цепочку цифр и приклеил к нижнему краю монитора.

– Боюсь, тут одними курсами ситуацию не выправить. Как насчёт полной профессиональной переподготовки? – я потихоньку начала втягиваться в игру, хотя и чувствовала затаённую угрозу.

Пикапер же, как пить дать. Все эти обезоруживающие улыбочки, пулемётная стрельба глазами, расслабленная поза, призванная подчеркнуть его статус хозяина вселенной – тут и не пахло ювелирной тонкостью.

– Ради тебя готов хоть завтра записаться в институт благородных джентльменов, – он вывел затейливый росчерк внизу бланка и приступил к следующему опроснику.

– Какие жертвы ради незнакомки. Наверняка ты дико занят большую часть времени, раз исполняешь повеление каждой первой встречной.

– На самом деле действительно занят – работой, но готов посвятить всё свободное время самообразованию. Меня ведь чуть совесть живьём не сожрала за тот инцидент.

– Бедняжка, – присвистнула в пылу азарта. – Могу и здесь посоветовать делать на ночь йодную сетку. Отлично помогает от мук заторможенной совести.

– Из личного опыта знаешь? – он покрутил между пальцами авторучку и, не дожидаясь ответа, проговорил: – То, что окатил тебя из лужи, заметил сразу, но остановиться не мог – срочно вызвали на работу. Потом несколько раз приезжал в тот двор, пару раз заставал на том же месте «Крузак», но тебя отчего-то так и не встретил.

Правильно, потому что я навсегда покинула тот злополучный дом и прокляла владельца внедорожника.

Я опять уплыла мыслями в тот траурный день и отключилась от происходящего.

Олечка сумела перетянуть внимание Ильи на себя, они быстро закончили с оформлением документов, а я так и продолжала водить курсором по рабочему столу, отдаваясь арктическим водам воспоминаний.

На прощание Илья постучал пальцем по жёлтому стикеру со своим номером телефона и бросил:

– Непременно позвони насчёт учёбы. Хочу стать лучшей версией себя.

И я, дурёха, набрала номер тем же вечером, когда стрелки часов перевалили за отметку «10».

– Да, – ответил неандерталец почти мгновенно, будто только и ждал входящего вызова.

– Московский гуманитарный институт имени Патриса Лумумбы ведёт набор на факультет диагностики девиантного поведения, – понесла я откровенную околесицу.

– Так-так, погоди, я записываю, – сквозь короткий смешок отозвался Илья. – Как пишется слово «девиантный»?

– Через тире, – уверенно брякнула и закусила губу, сдерживая рвущийся смех.

– Записал: «факультет диагностики девиантного через тире поведения». Сонь, телефончик приёмной комиссии не подскажешь?

Веселье вмиг улетучилось.

– Откуда имя моё знаешь?

– Так на сайте школы нашёл. Фото, кстати, отличное. Тебе идёт загадочная полуулыбка.

– В курсе, что подобное явление нынче называется сталкерством?

– В мою молодость это именовалось заинтересованностью, но уверен, что ты способна подыскать универ, в котором меня отучат любопытничать. Какой-нибудь жутко модный бакалавриат по специальности Небельмеса Коляды.

– В тебе сейчас говорят «Смешарики»?

– А ты сведуща во всех темах. Признаю, смотрел с сыном на ночь, кое-что отложилось в лексиконе. У тебя тоже есть дети?

– Племянники, они обожают этих колобков, да и мне иногда интересно поглядеть на зайца с ёжиком.

– Что есть, то есть. Почему ты в тишине в вечер пятницы?

– А ты?

– Кир ещё не дорос до развратных вечеринок, – Илья добавил в голос веселья. – Вот через пару годиков зажжём с ним по полной. Блэкджек, океан продажной любви и всё такое прочее.

Меня передёрнуло от упоминания продажной любви и совсем не к месту вспомнилась Ромкина соседка с голыми сиськами.

– Дети сейчас рано взрослеют, – изрекла без тени улыбки.

– Да я шучу. Так почему ты дома, Соня?

– Потому что домосед.

– Значит, я нашёл твою фейковую страницу во ВКонтакте. Жаль.

Чёрт! Мне захотелось хлопнуть себя по лбу. Проклятая цифровизация. Теперь всякий человек лишён права на личное пространство. Всюду объективы камер и гигабайты беспечно разбросанных данных.

– Меня начинают пугать твои наклонности.

– «Знай своего врага, как самого себя, и выйдешь победителем из многих битв», – процитировал он и хотел добавить: – Это...

– Сунь-цзы из трактата «Искусство войны», я знаю, – похвастала умом и расслабленно откинулась на спинку кровати. – Так я для тебя враг?

– А сама как думаешь? Я потерял сон и покой с тех пор, как тебя увидел.

– Уверенно, это что сезонное, вроде авитаминоза или скарлатины. Что ещё поведал обо мне интернет?

– Я позже пришлю тебе видео, которое откопал в даркнете. Ты наверняка удивишься.

– Надеюсь, без моего участия. Ты и даркнет шерстил?

– Я очень дотошный.

– Тогда прощаемся. С минуты на минуту к тебе нагрянут парни из кабинета номер девять.

– Что ещё за кабинет такой?

– По типу британской Ми-6, отслеживают пользователей запрещённых ресурсов и прочих киберпреступников.

– Как вовремя ты предупредила, пойду съём распечатку с секретными кодами для взлома Пентагона.

– Господи Иисусе, зачем ты упомянул Пентагон?! – я театрально всполошилась. – Теперь мы оба под колпаком спецслужб. Телефоны уже на прослушке, в вентиляционные шахты опущены жучки с видеокамерами.

– Боюсь предположить, какому воздействию подвергся мусоропровод. По нему небось пущен смертоносный отряд морских котиков?

– Которые замаскированы под ниндзя-ассасинов. Короче, нам кабзда.

– Я так понимаю, ты и компьютерными играми не гнушаешься?

– Могу залипнуть в игрушку на пару выходных дней. Предпочтение отдаю интерактивным фильмам вроде «Детройт» или «Хэви Рейн», хотя по настроению могу погонять «Сталкера» либо «Скайрим».

– Прости за пафос, но я искал тебя всю жизнь, о прекрасная! – патетически воскликнул Илья. – А если серьёзно, ты классная. Давно так не трепал языком обо всякой ерунде. Можно нескромный вопрос?

Градус лёгкости беседы просел. Я мысленно насторожилась.

– В рамках приличий.

– Само собой. Тот блондин, что рядом с тобой на большинстве последних фото – это бывший или нынешний?

– Это горькое прошлое, умершее в настоящем.

– Болезненное расставание?

– Жёсткий удар под дых, – отделалась бестолковым ответом и попыталась закруглить разговор. – Ты извини, время уже позднее. Завтра с утра на вокзал, электричка отходит в 7:25. Я, пожалуй, спать.

– Собираешься в гости к родителям?

– К бабушке.

– Тогда, может, я с утреца заеду в «Командор», наберу кулёк пирожков и в качестве злого серого волка доставлю тебя к бабушке?

– Мне лень стирать и гладить костюм Красной шапочки, инсценировка отменяется. А электричкам я доверяю больше, чем хакерам со сталкерскими наклонностями.

– Жестокосердная София.

– Доброй ночи, Илья.

– Повтори!

– Доброй ночи, – после небольшой паузы проговорила вновь.

– Нет, моё имя. В интерпретации твоего голоса звучит очень... интимно.

– Не выдумывай.

– Повтори, а я включу диктофон. Сама сможешь услышать, как томно ты произнесла моё имя.

– Ничего подобного! Я вежливо пожелала тебе приятных снов.

– А чмокнешь на прощание?

– С чего это?

– Хотя бы потому, что я добавил «пожалуйста».

– Ты уже просмотрел первую лекцию из университета Патриса Лумумбы?

– Пока что начал изучение словаря Даля. Все новые для себя слова обвожу красным цветом. Буду заучивать, – он вздохнул, якобы опасаясь предстоящего объёма работы.

– Какая самоотдача! Ты начинаешь меня восхищать...

И чуть было не ляпнула: «... Ромыч».

Осознание едва не свершившейся ошибки сдавило нутро.

– Я вообще могу перевернуть твоё восприятие мира с ног на голову, так что не смущайся сублимировать на мне свои тайные желания.

– Вот например сейчас я хочу спать. Только тс-с, никому!

– Если примешь от меня видео вызов, готов заклеить себе рот скотчем.

– Почему мне постоянно кажется, что ты втягиваешь меня в какие-то сомнительные провокации?

– М-м, потому что я и впрямь втягиваю?

– Ну хоть признался.

– Тогда давай ответную откровенность. Ты уже в пижаме?

– Что ты, как можно?! На мне флисовый комбинезон, термобельё, шерстяные носки до колен и сверху душегрейка.

– Звучит жарковато. Поблизости на полную мощь работает кондиционер?

– Нет, я остужаю твой пыл, торопыга.

– Что ж, ты промахнулась. Я вообразил тебя в прозрачной шерсти и малость завёлся.

– Шерсть не бывает прозрачной.

– Тебе самой бы обновить знания. Разве не в курсе, что шерсть полярных медведей не белая, а прозрачная?

– По-твоему, я выпендрилась в шкуру полярного медведя?

– Вне всяких сомнений. И под моим углом зрения – это чистый секс.

– Ты неравнодушен к мишкам?

– А ты догадливая, раскусила мою мишкофилию на раз.

– Илья...

– Так что насчёт завтрашней совместной поездки к бабушке? Мне нестись с утреца за выпечкой?

– Тебе говорили, что ты ненормальный?

– Пытались намекнуть, но я не слишком легковерный. Так да или да?

– Осмелюсь предупредить, что моя бабушка – весьма крепкая пожилая женщина. В обиду себя не даст.

– А ты дашь?

– Так, мне стоит наведаться к окну и проверить, не полнолуние ли сегодня.

– Нет, глупенькая, я всего лишь спросил, дашь ли ты себя в обиду. Двусмысленно прозвучало, прости.

– Прощаю. Очередное незнакомое слово из томика Даля?

– Угадала. Я хоть правильно применил?

– Вне всяких сомнений. Самообразование тебе к лицу.

– Ты так активно хвалишь, что мне хочется урчать.

– Мы не закончим этот разговор. Я отключаюсь, Илья.

– Мы продолжим утром. Какой кофе ты любишь?

– Растворимый со сливками.

– Серьёзно?

– А ты ожидал услышать какой-нибудь «лавандовый флэт-уйат с халвой»?

– Скорее «зелёный чайный макиато с матча и шоколадом», хотя нет, лажанулся. Ты же не ешь сладкое.

– Вот именно. Отбой, Илюш.

– Чертовка. Так нежно лизнула меня в ушко и планируешь сбежать?

– У тебя пунктик на собственном имени?

– Скорее на твоём голосе. Он у тебя очень мягкий и глубокий, так бы и слушал всю ночь.

– Спешу тебя разочаровать, я громко и гулко храплю.

– Это из-за тяжести медвежьей шкуры. Она тебя душит. Готов предложить эквивалент: мои невесомые объятия. Они и согреют, и приласкают в нужный момент.

– Начинаю храпеть: хр-р-р.

– Приезжай ко мне, вместе почитаем Даля. У тебя явно наметились пробелы в вежливости.

– Продолжаю посвистывать...

– О, становится интереснее. А постанывать ты будешь?

– У-у-и-и...

– Это визжание, моя старательная храпунья. Я о настоящих стонах. Какая ты в момент удовольствия? Тихая или...

– Чао, развратник!

Я отключила телефон, убрала звук и бросила его на тумбочку. Заулыбалась от ощущения непередаваемого веселья. Давненько я так от души не потешалась над собеседником. И ведь вовсе не глуп оказался.

На этом моменте я закрыла глаза, натянула одеяло до самого подбородка и позволила воображению дорисовать рядом с собой тепло Ромкиного тела.

Как же его не хватает! До вспоротых нервных окончаний и надсадного ора.

Только додумалась до этого сравнения, как руки сами схватили телефон, а пальцы бегло прошлись по цифрам.

– Сонь? Случилось чего? – сонно прошептал в трубку голос, который окончательно затуманил воспалённый разум.

– Чего звонил? – спросила яростно, без грамма нежности или умиления, которые заливали изнутри.

– Услышать тебя хотел. И увидеть. Тоскую очень.

Он говорил отрывисто, словно взвешивал каждое слово. А я сопела в микрофон и до боли прижимала к лицу телефон, мысленно костеря себя за идиотизм. Ну зачем поддалась истерике? Для чего позвонила?

– У тебя всё хорошо? – с долей обеспокоенности спросил Рома.

– Чудесно. Завтра вот еду у бабушке с пирожками в компании серого волка.

Захлопнись! Прекрати!

– Познакомилась с мужчиной. Вроде ничего такой, – несла я откровенную чушь и не могла остановиться.

– Мне приятно слышать, что у тебя всё налаживается. Честно. Сонь?

– Надеюсь, у тебя тоже всё хорошо.

– Более-менее. Я люблю тебя. Сладких снов.

Я задохнулась от возмущения, а потом оборвала вызов и зарылась лицом в подушку, чтобы прокричаться.

Сукин сын! Да он никого кроме себя не любит. Чтоб ему пусто стало. Ненавижу.