Наёмница: любовь и две личины Элоизы

Глава 56

Элоиза

Мы с Леонардом решили инсценировать его недомогание, чтобы у отравителя появился повод встретиться с лекарем Фансом. Лекарка теперь была нашей союзницей и поклялась сделать все, чтобы найти предполагаемого убийцу.

- Джина, ты останешься в моих покоях, чтобы якобы ухаживать за мной, - давал распоряжение Леонард, глядя в утонченные черты… лекаря Луиджи. – Мое недомогание должно выглядеть естественным…

Она смутилась.

- Ваше Высочество! Пока я… в мужском облике, будет целесообразнее называть меня Луиджи, а не Джиной… - пробормотала она, виновато опуская взгляд, а принц замер в нерешительности.

Я зло скрипнула зубами: ну какой же он щепетильный с ней – все козни – вольные и невольные – ей простил, обогрел, утешил, а теперь еще и проникся ее истинным полом так сильно, что даже не замечает ее прежней личины!

- Ах да, - поправился Леонард, - все верно! Итак, Луиджи…

Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться в очередной раз. В начале нашего знакомства с Леонардом он показал мне свой хлесткий характер: следил за мной, подозревал, испытывал… Но тогда я была парнем, и, наверное, в этом всё дело. А вот с женщинами он просто нечто! Какая-то чрезмерная мягкотелость!

Я фыркнула. И как принцу с таким отношением к противоположному полу отмахаться от навязанной невесты? Что-то я стала сомневаться в том, что у него это вообще выйдет!..

В общем, из мрачного состояния меня вывел голос Леонарда, обращённый ко мне.

- Пойдем, Эл! Нам пора!

Мы быстро скрылись в смежной комнате, собираясь натянуть на себя темные костюмы, которые скроют нас в ночи от посторонних глаз: сегодня вечером главный лекарь дворца будет под серьезной слежкой.

Я собиралась одеть черную рубашку поверх своего камзола, но она оказалась тесновата, и я удивилась. Ее с ребенка сняли, что ли?

Принц же уверенно сбрасывал с себя одежду, и оставшись в одном белье, посмотрел на меня.

По лицу скользнула лукавая улыбка.

- Ты специально прикрылся присутствием Джины, чтобы прийти сюда со мной? – запоздало догадалась я, а потом притворно возмутилась. – Леон! Сейчас не время для таких… игр!

- А когда будет время? – прошептал он, хватая меня в объятия. – Когда мы состаримся?

Я попыталась его оттолкнуть.

- Когда мы разгребём нависшие проблемы, - упрямо заявила я, упираясь руками в его грудь.

Леонард печально вздохнул.

- Проблемы будут всегда, любимая, - пробормотал он, касаясь губами моего виска. – Именно поэтому я не хочу терять ни малейшего шанса просто побыть с тобой хотя бы минутку…

И я сразу сдалась. А ведь он прав! Мы ведь понятия не имеем, как закончится даже сегодняшний вечер!

Сердце заныло, и веселость Леонарда показалась слишком уж беспечной.

Он начал расстегивать мой камзол – типа, поможет переодеться – а я сжалась.

Мои комплексы по-прежнему никуда не делись. Я вся исполосана шрамами, и вряд ли он смог хорошо рассмотреть их той ночью. Я страшна, как всемирная война! С меня портрет Лика Смерти писать можно!

Но… не пришло ли время посмотреть своему страху в лицо? Когда еще у меня будет подобный шанс перешагнуть через свое прошлое? Тем более, что я совершенно не уверена в своем будущем…

Именно после этих мыслей я позволила Леонарду снять с себя камзол. А потом и рубашку.

Грудь была тщательно перебинтована, но, кроме этих лент, на верхней части моего тела больше не осталось совершенно ничего.

Я напряглась, увидев, что взгляд принца скользит по множеству уродливых полос, опоясывающих мои руки, спину, живот… Сердце заколотилось, внутренность сжалась от страха увидеть в его глазах… отвращение.

Но он вдруг печально улыбнулся и посмотрел мне в глаза.

- Ты удивительна, - прошептал он, и потянулся рукой к особенно глубокой вмятине у меня под ребром. Погладил уродливые бугры, заставляя нервно сглотнуть и дернуться.

- Не уговори ерунды, - прошептала я, вдруг исполнившись неожиданного недоверия и стыда, - я… уродлива…

Но Леонард неожиданно упал на колени и прижался губами к коже около пупка. Я ахнула, но потом испуганно зажала рот руками: лекарка ведь сейчас в соседней комнате!

Чувствовать, как губы принца скользят по моему животу и перебрасываются на сгиб локтя, было так волнительно, что у меня все внутри скрутилось от неконтролируемой вспышки желания. Несмотря на стыд.

Леонард поднялся обратно на ноги, схватился за мое лицо руками, заставляя смотреть себе прямо в глаза, и очень серьезно произнес:

- Твои шрамы – это твои ордена, моя прекрасная отважная девочка! Я глубоко польщен, что ты позволила мне любить тебя! Может ты не поверишь мне, но… каждый твой шрам заставляет меня восхищаться тобой еще сильнее! У меня просто голова идет кругом от того, какой великой и особенной я вижу тебя! Поэтому… просто поверь мне…

И я, глядя в его синие сияющие глаза, поверила. Поверила, что такое уродство действительно можно полюбить. Поверила, что его восхищение искреннее. Поверила, что я не хуже какой-нибудь ухоженной юной герцогини с гладкой и нежной кожей…

Леонард, внимательно всматривающийся в мое лицо, увидел, как слегка заблестели мои глаза, как предательски шморгнул нос, как расслабились напряженные плечи…

Он подарил мне нежный поцелуй, улыбнулся и прошептал, что нам уже давно пора…

Да, пора…

Я оделась со скоростью ветра, и, когда мы уже через пять минут ловко взбирались прямо по дворцовой крыше, я ощущала в душе невероятную и удивительную свободу. Словно у меня с плеч свалился камень, много лет прижимающий меня к земле. И теперь даже получалось глубже вздохнуть. Мир стал вдруг спокойнее, будущее замаячило неясной, но стойкой надеждой, а юноша около меня… я с удивлением начинала все больше допускать мысль, что мы сможем быть с ним вместе…

Но вот вдруг?

Вдруг сейчас уничтожим все преграды, раскроем все тайны, заговоры, опасности и… сможем быть счастливы?

Даже в этом сумасшедшем беге по крыше посреди ночи Леонард умудрялся посматривать на меня и весело помигивать. Я не подмигивала, но улыбалась. Как девчонка. Как будто мне снова двадцать, и я еще не пережила всего того, что пришлось… Словно жизнь можно начать заново…

Бесшумно добравшись в дворцовое крыло, где находились служебные помещения, мы с Леонардом улеглись прямо на черепицу и начали ждать. Джина сообщила, что дядя сегодня ночью уходит по анонимному вызову. Как она смогла это разузнать, мы так и не поняли, но даже я чувствовала, что ей можно доверять.

Бруно Фанс действительно заторопился прочь, как только на землю опустилась полночь. Он осторожно оглядывался по сторонам, но в руках нес лекарский саквояж: видимо, чтобы при любой нежелательной встрече можно было оправдать свое шастанье по ночам срочным вызовом.

Ожидаемо, он свернул к помещениям, откуда можно было попасть в потайные подземные ходы: Леонард знал их наизусть.

Мы бесшумно спрыгнули с крыши и рванули за ним.

Прежде, чем открыть старую деревянную дверь, спрятанную внутри незаметной ниши, принц капнул немного масла на железные петли, чтобы они не скрипели, и с важностью поднял указательный палец вверх. Я усмехнулась: прямо-таки профессор, учащий непутевого первокурсника основам шпионской слежки. Знал бы он, в скольких домах мне пришлось побывать за эти последние двенадцать лет! Ему и не снилось!

Когда же он дернул дверь, она оказалась… заперта!

И вот тут уже я блеснула своим мастерством: достала связку отмычек из кармана и меньше, чем за минуту, открыла старый механический замок.

Изумленные и восхищенные глаза Леонарда стали моей наградой, так что я снисходительно похлопала его по плечу и отправила идти по проходу первым.

Безошибочно пройти путем лекаря нам помогла магия: на Бруно стараниями Джины находился амулет слежения. Поэтому уже через несколько минут мы осторожно вынырнули в восточном крыле дворца.

Так как спина лекаря маячила вдалеке, мы уверенно поспешили вперед.

Вход в подсобные помещения, остановка перед почти незаметной дверью в дальнем углу…

Лицо принца удивленно вытянулось: а уже об этом проходе под землю не знал даже он!

Как только мы вошли в подземный тоннель вслед за Бруно, воздух вокруг мгновенно наполнился магией. Сильной, агрессивной, но… до боли знакомой. Леонард поежился, и я остро осознала: эта магия знакома только мне! Для него она чужеродная, неприятная…

Пять минут бесшумного следования вперед, и вдруг вдалеке послышались приглушенные голоса.

Леонард остановился и достал из ножен кинжал – на всякий случай, я же сконцентрировала в ладонях магию.

Мы осторожно двинулись вперед, стараясь почти не дышать, а потом при следующем повороте натолкнулись на дверь.

Нам повезло: лекарь закрыл ее неплотно, поэтому разговор был слышен довольно отчетливо. Хотя… возможно обычный человек не услышал бы всего, но мне со своей русалочьей кровью повезло иметь удивительный слух.

- Ты точно уверен, что на сей раз принц слег действительно серьезно? – прошипел низкий мужской голос, и что-то шевельнулось у меня в памяти: где-то я уже слышала эти противные скользкие нотки. Леонард тоже вздрогнул, но удивленным не казался.

«Кто это?» - спросила я у него беззвучно, но он лишь качнул головой и предложил слушать дальше.

Как мы и предполагали, «заказчик» требовал ускорить отравление Леонарда, а лекарь уверял, что с сегодняшнего дня Его Высочество будет принимать двойную дозу необходимых зелий.

Мои руки гневно сжались: хотелось заскочить сейчас в комнату и открутить головы обоим. Леонард осторожно погладил меня по плечу, а потом резко схватил за руку и стремительно уволок за поворот.

И сделал это очень вовремя: дверь, около которой мы только что стояли, резко открылась, выпуская заговорщиков в коридор.

Лекарь проскользнул мимо нас, ничего не заметив полумраке. А вот аристократ стремительным и резким шагом отправился в противоположном направлении.

Я остро почувствовала влечение пойти вслед за ним и подала знак Леонарду. Он кивнул. Возможно, интуиция звала и его тоже.

Мужчина, одетый в длинный светлый плащ, смутно мне кого-то напоминал. Ах, если бы увидеть его лицо!

Вопреки ожиданиям, он свернул не в сторону выхода из тоннелей, а наоборот начал спускаться еще ниже.

Мое сердце стремительно заколотилось, странная магия в разы усилилась, и в ней стало все больше ощущаться... ненависть! Глубокая, яростная, застарелая ненависть, которая, казалось бы, пропитала собою уже даже эти вырубленные в скале стены…

Мне стало жутко. Здесь происходило что-то очень странное! Нехорошее. Опасное. Исполненное тьмы…

Леонард словно почувствовал мое смятение и схватил меня за руку. Удивительно, как тонко он ощущал все, что творилось в моей душе. Мне стало чуточку легче, но с каждым последующим шагом горло все сильнее сдавливало, как тисками.

И вдруг…

Видение. Явное молниеносное видение, и вижу я сейчас совершенно не своими глазами…

…Большая пещера – сырая, холодная, полутёмная. Факелы чадят наряду с магическими светильниками, но… магия – обычная человеческая – здесь почти не работает. Ее вытесняет другая – магия глубин, магия, принадлежащая сильному магическому существу – мне…

Мне больно. Болит голова. Отчаянно ломит все тело. Я умираю! А еще дико болит душа!!!

Я здесь долгие годы, я уже сошла с ума…

Ненавижу! Ненавижу людей!!!! Ненавижу короля!!!! Убить! Уничтожить – это всё, что мне нужно в этой жизни! Как бы я хотела разорвать те кандалы, которые держат меня!!!

НЕНАВИЖУ!!!!

Я вынырнула из видения и не смогла сделать вдох. Леонард схватил мое лицо руками и испуганно посмотрел мне в глаза.

Я вдохнула. Всё, жива…

Но… это было просто ужасно! И если все эти видения – жизнь моей матери, то… она окончила свои дни в настоящем аду!

Леонард знаком спросил у меня, не хочу ли я вернуться на поверхность? Но я отрицательно мотнула головой. Нам только вперед!

Мне пришлось сконцентрироваться особенно сильно, чтобы вообще дышать, как вдруг узкий проход разделился на целых пять, и мы растерялись. Однако интуиция безошибочно завопила: только вперед!

Через два поворота мы снова уперлись в дверь. Магически заблокированную дверь. В ноздри ударил тонких аромат мужского парфюма: наш «заказчик» точно вошел в эти двери совсем недавно. Значит, мы у цели!

Но как войти и остаться незамеченными???

Я прикидывала, смогу ли убрать магическую печать с этих дверей и не потревожить тех, кто сейчас внутри, как вдруг воздух прорезал истошный женский крик.

Я задрожала: этот вопль полоснул по моей внутренности, как острое лезвие по живой плоти. Я замерла, а сознание снова погрузилось в транс…

…Я сижу на холодном полу. На шее – магический ошейник, от которого тянется цепь к стене. Ни снять, ни уничтожить его я не могу. Тысячи раз я пыталась расплавить его, разорвать, согнуть, но… он не поддавался ни единому моему усилию!

Передо мной в нескольких шагах стоит один из моих обычных мучителей: молодой аристократ, снова принесший несколько амулетов, чтобы накачать их моей магией. Каждая такая выкачка лишает меня сил и урезает мне жизнь. А еще она доставляет жуткую боль.

- Убирайся! – рычу на него, но он лишь презрительно ухмыляется. – Прочь!!!

- Заткнись, ведьма! Я пришел взять то, что мне нужно…

И протягивает в мою сторону первый амулет. Меня тут же пронзает дикая боль во всем теле, и магия начинает бешеным потоком вырываться из моей груди, вливаясь в серебристую вещицу в его руках…

Я кричу от мук и агонии до дикой хрипоты. Ненавижу! НЕНАВИЖУ!!!!

Мужчина наполнил магией один амулет и быстро спрятал его за пазухой. Потом скинул капюшон с головы, блеснув вышитой на подкладке эмблемой в виде масличной ветви.

Он был молод, даже красив, но в глазах светились только жестокость и прожженная душонка существа, давно потерявшего свой моральный облик.

Он протянул вперед руку со вторым амулетом, и боль набросилась на меня вновь…

Я закричала…

…Пошатнувшись, я выскользнула из видения и в ужасе схватилась за руки Леонарда.

- Там, там… - я указывала на дверь, перед которой мы стояли, и руки мои тряслись, а дыхание все никак не приходило в норму - Леон… там сейчас…моя мать!..