Нашей жизни танец

Глава 3

Как выяснилось впоследствии, по поводу характера Игорь не соврал и предупреждал не зря. Первые месяцы в секции стали для Лилии самыми трудными, можно сказать без преувеличения — настоящим испытанием. Сколько раз девочка с трудом сдерживала слёзы, а также желание бежать без оглядки из студии и никогда больше туда не возвращаться.

Шестаков был до тошноты техничен, педантичен и безжалостен. Он подмечал каждую оплошность, совершаемую Лилией, каждый промах, даже самый незначительный, и тут же вслух делал замечание. Кроме того, он сразу начал называть девочку «Лилу», и прозвище прилипло к ней намертво. Даже тренер иногда так обращалась к Лиле.

Только спустя годы Лилия поняла, что в самом-то деле своим мастерством Игорю она обязана даже больше, чем Анне Аркадьевне. У него были проблемы с артистичностью, он танцевал с непроницаемым выражением лица и не пытался вдохнуть эмоции в танец, но тренер из него получился бы идеальный.

Тем временем Лилия росла не только как танцовщица, но и просто росла, превращаясь из маленькой и тощей девочки в очаровательную девушку. Разумеется, сама она этого даже не замечала, поскольку её интересы всегда лежали в другой плоскости. А в тот период времени ей нужно было не только удержаться в секции спортивного бального танца, но и привыкнуть к жизни в большом городе, а также адаптироваться к новой школе.

Испытательный срок Лилия прошла, хотя на основном чемпионате в марте они с Игорем не взяли ни одной награды. Зато самая яркая пара из секции, Влад Седов и Маша Пономарёва, завоевали золото.

В следующем сентябре, в начале нового сезона, Игорь предупредил, что останется в секции только до марта, то есть, до очередного чемпионата, а после ему нужно будет сосредоточиться на экзаменах, ведь он начал учиться в девятом классе.

Лилия же за прошедший год успела настолько привыкнуть к своему чёрствому, высокомерному и суровому партнёру по танцам, что впадала в настоящую панику от одной только мысли об его уходе из секции. А как же она? С кем её поставят? Девочка была уверена, что не сможет танцевать с другим партнёром, которого ещё нужно было найти. Она привыкла во всём полагаться на Игоря, и, как бы парадоксально это ни звучало, полностью доверяла ему, несмотря на страх перед ним.

Оставшиеся полгода они с Игорем очень напряжённо работали, готовились к чемпионату: Шестакову хотелось уйти не просто так, а хоть с каким-нибудь титулом. Лилия ужасно боялась его подвести.

Чемпионат продолжался три дня, и на этот раз в финал вышла не только пара Пономарёва — Седов, но и пара Гордеева — Шестаков. Однако утром в день финала Лилия почувствовала какое-то непривычное недомогание. Мама подтвердила её догадки.

Конечно, данный этап взросления — совсем не повод не явиться на финал важных и ответственных соревнований... Так абсолютно справедливо рассудила Лиля и отправилась во дворец спорта, где проводился чемпионат. Однако состояние её всё ухудшалось: началась слабость, заболел живот и закружилась голова.

До начала состязаний оставалось буквально полчаса, и Лиля, спрятавшись в одном из коридоров дворца, присела на пуфик, чтобы немного отдышаться. Её мутило, потому она на всякий случай не выпускала из поля зрения белую дверь с изображённой на ней фигуркой в треугольном подобии платья.

Как же быть? Ей не простят, если по её вине сорвётся такое важное выступление... Анна Аркадьевна выгонит её из секции без права на возвращение, хоть испытательный срок и закончился ещё год назад. Никто в секции не позволяет себе срывать ответственные выступления.

Лилия отёрла ладошкой со лба холодный пот и вздрогнула: откуда ни возьмись перед ней появился Шестаков. Он уже переоделся в сценический костюм. Если бы Лиля так не боялась Игоря, и если бы ей не было настолько плохо, она бы смогла заметить, что за прошедшие полтора года он тоже вырос, возмужал и превратился в очень привлекательного парня. А ещё заметила бы то, что чёрная рубашка и идеальные брюки сидят на нём потрясающе.

— Лилу, тебе плохо? — с ходу спросил он, оценив её позеленевшее лицо и измученный взгляд. — Что у тебя болит?

Вместо ответа девочка вскочила и, зажав рот ладонью, бросилась к той самой белой двери...

Когда она вышла спустя десять минут, Игоря уже, разумеется, не было. Лиле стало чуть-чуть легче, но слабость не проходила. На ватных ногах страдалица пошла по коридору в поисках своей группы.

Внимание девочки привлекла непонятная суета. Шестаков сидел на диванчике у стены, а Анна Аркадьевна ощупывала его колено и тихо чертыхалась.

— Безобразие! — воскликнула она, выпрямившись. — Почему такие скользкие лестницы! А ты куда смотрел? Прямо на ощупь чувствуется ушиб! С коленом шутки плохи! Очень больно?

Сдвинув брови, она гневно посмотрела на сына. Тот пожал плечами. Потом тренер заметила Лилию и устало махнула рукой.

— Отдыхай на сегодня, Гордеева, вы своё на этот раз оттанцевали, — Анна Аркадьевна посмотрела на Влада с Машей и добавила: — А вам собраться! Опять вся надежда на вас!

О том, что Игорь тогда всё подстроил специально, Лиля догадалась много позднее. Возможно, страх перед ним помешал девочке сразу оценить ситуацию трезво и реально. Сначала она списывала всё на стечение обстоятельств, которое помогло ей избежать наказания.

Даже когда мысль о том, что Игорь спас её, подвергая себя риску и пожертвовав наградой, к которой так стремился, появилась, Лилия не сразу приняла её, долго не верила сама себе, логике и здравому смыслу. А когда поверила, не смогла себе объяснить причину поведения Шестакова. Или не захотела.

А он тогда, пятнадцать лет назад, вёл себя по-прежнему холодно и отстранённо, — так, будто ничего особенного не случилось.

После того, как Игорь покинул секцию, Лилия в течение нескольких месяцев занималась без пары. Но летом произошло то, чего никто не ожидал: семья Маши Пономарёвой переехала в другой город, и без пары остался самый сильный участник коллектива — Влад Седов.

Многие девушки из секции без раздумий оставили бы своих партнёров по танцу и встали бы в пару с Седовым, однако свободной оказалась именно Лилия. Она даже в самых смелых мечтах не могла себе представить, что будет танцевать в паре с Владом, но обстоятельства сложились именно так.

Зато Седов оказался явно не в восторге, хотя дело тут было даже не в самой Лиле: просто по сравнению с яркой, профессиональной и во всех отношениях идеальной Машей Пономарёвой все другие участницы секции казались парню скучными посредственностями.

И Лиля снова преодолевала... Его холодность, его неприятие, его уныние и отсутствие энтузиазма... Старалась не замечать кислое выражение его лица и не думать о том, что он может вообще покинуть секцию. Он даже не пытался оценить то, как старается его партнёрша, не хотел замечать её способностей, целеустремлённости и трудолюбия. Да ещё Анна Аркадьевна подливала масла в огонь, постоянно повторяя, что на следующий год их студия может забыть о финале чемпионата, и участие будет лишь номинальным, дежурным.

Переломный момент неожиданно наступил ближе к зиме, а импульсом послужило появление в студии Игоря. Он не приходил на занятия уже больше полугода. Сосредоточился на учёбе: успешно сдал экзамены и поступил в десятый класс на химико-биологическое направление.

Шестаков никогда не являлся соперником Седова, но и дружескими их отношения назвать было нельзя. Игорь молчаливо признавал тот факт, что Влад — лучший в их студии, а в целом парни просто относились друг к другу индифферентно.

В этот раз Шестаков, как и в первую их с Лилией встречу, сидел за пультом и наблюдал за тренировкой. Лилия отметила про себя тот факт, что Игорь ещё вырос и кажется совсем взрослым. Хотя Влад всё равно выше Игоря, шире в плечах и намного симпатичней. Почти все девочки в секции влюблены в Седова.

Настроение испортилось. Лилия, как и эти «многие девочки», тоже влюбилась в светловолосого синеглазого Влада. Да вот только он её вообще не замечает, не считает за человека. Они уже третий месяц занимаются в паре, а такое ощущение, что Лиля всё ещё танцует одна...

Пока в тренировке была передышка, Игорь вдруг громко спросил:

— Лилу, а что с тобой случилось? Ты как будто хуже стала танцевать.

Все замерли. Даже Анна Аркадьевна, которая разбирала у стойки какие-то документы, подняла голову и хмуро уставилась на сына.

Лилия побледнела, ноги противно ослабли. У неё и без того настроение теперь редко бывало хорошим, да и боевой дух угасал день ото дня, а тут ещё Шестаков решил опозорить её перед всеми. Девочки смотрели на неё кто с сочувствием, кто с усмешкой, а кто и со злорадством.

— Я стараюсь, тренируюсь как обычно. Так же, как и раньше, — она всё же собралась с силами и ответила так, чтобы голос не дрожал, звучал твёрдо и внятно.

— Возможно, дело не в тебе? — невозмутимо продолжал Шестаков. — Странно. Я был уверен, что вы с Владом идёте на победу в конкурсе, ведь у вас обоих всё для этого есть, но теперь вижу — до победы вам как до Луны пешком.

Седов отвернулся к окну. Лицо его стало мрачным и напряжённым.

— Может, мне вернуться в секцию, пока не поздно? — вслух размышлял Игорь, нарочито не обращая внимания на вскипающего Влада, щёки которого вспыхнули от возмущения. — Встанешь снова со мной, а, Лилу? Уверен, что в этот раз мы точно победим.

Седов, сузив красивые глаза, повернулся к Игорю.

— У Лилии (Влад нарочно сделал акцент на имени девочки) уже есть партнёр по танцу. Постоянный, в отличие от некоторых.

— Ну вот, по фактам, — развела руками Анна Аркадьевна.

Лилия стояла ни жива ни мертва, сердце готово было выскочить из груди. Она-то была уверена, что Влад только и ждёт подходящего момента, потому с радостью избавится от неё.

— Но если хочешь вернуться, — продолжила тренер, обращаясь к Игорю, — то быстро ищи партнёршу. Ещё успеваешь догнать остальных.

— Спасибо, не хочу, я просто пошутил, — холодно усмехнулся Шестаков. — И вообще мне пора, подготовка к зачёту сама себя не выполнит.

Набросив куртку и перекинув через плечо рюкзак, он, не прощаясь и ни на кого не глядя, быстро вышел из студии.