Нашей жизни танец

Глава 8

Седов скрылся в лифте и сразу нажал кнопку. При желании Шестаков мог бы успеть заскочить в кабину следом, однако желания-то как раз не было. Пожав плечами, мужчина начал медленно и задумчиво спускаться по лестнице.

Влад стоял у подъезда. Многострадальный букет торчал из урны, а его место в руке незадачливого дарителя заняла дымящаяся сигарета.

— Чувствуешь себя победителем? — невесело усмехнулся Седов. — О чём говорила Лиля? Что за чемпионат, в котором она согласилась участвовать?

— Не думаешь же ты, что я тебе сейчас вот так всё и выложу? Чемпионат и чемпионат. К вашим с Лилией делам он не имеет никакого отношения.

— Ведёшь свою игру? Не знал, что ты такой интриган, Шестаков, да ещё и трусоватый.

— В любом случае мои так называемые игры не представляют ни для кого реальной угрозы, и подлости в них нет. А ты не пытайся спровоцировать меня, Седов, ничего у тебя не выйдет. Марать руки о твою холёную физиономию не стану, ты ведь только этого и ждёшь, мечтаешь меня прижать.

— Ещё раз говорю: не обольщайся, — раздражённо ответил Влад. — Работа для Лильки всегда будет на первом месте.

— Если ты считаешь Лилу настолько плохой женой, то почему так стремишься вернуть её?

Игорю не хотелось вступать в дискуссию с Седовым, и последний вопрос вырвался почти против воли, из подсознания. Влад был противен Шестакову, и вовсе не потому что когда-то давно Лилу влюбилась в Седова. Влюбилась и была счастлива, Игорь видел это в Петергофе, чувствовал. Он тогда испытывал досаду, огромную боль... Но негатива по отношению конкретно к Седову не было, Шестаков уважал выбор Лилу.

Только вот сейчас... её муж так и не понял, какую боль ей причинил. А ведь кто, если не Влад, должен лучше всех знать и чувствовать, чем стало для жены его предательство? А то, что танцы так и остались для Лилу главным в жизни, — так это минус тому же Седову. Танец — это единственное, что всегда было у неё из «своего», из «собственного», а значит, ничего и никого важнее и ближе так и не появилось. Но не объяснять же всё это сейчас Владу? У него было столько лет, а он так ничего и не понял.

— Не особо торжествуй, — проигнорировав вопрос Шестакова, Влад достал вторую сигарету. — Лилька согласилась на твой чемпионат только чтобы мне насолить.

Игорь ни за что бы не признался, но такая мысль у него тоже мелькала, хоть и в самом-самом дальнем уголке сознания. Он боялся развивать её, по-настоящему боялся. Взяв себя в руки, Шестаков холодно взглянул на соперника.

— Вот что я тебе скажу, Седов. Слушай внимательно, повторять не буду. Лилия хочет развестись с тобой, и в данной ситуации её желание — закон. Оспаривать это подло и безжалостно с твоей стороны. Будь человеком хоть сейчас, постарайся понять. Но если не поймёшь и попытаешься затянуть судебное разбирательство или устроить ещё какой-нибудь фокус, то учти: твои похождения будут обнародованы прямо там, в зале суда, с неопровержимыми доказательствами. Лилия придёт на заседание не одна, а с адвокатом.

Игорь не лгал и не блефовал, он говорил чистую правду. Одна из подруг Анны Аркадьевны, адвокат с большим опытом работы, прониклась ситуацией Лилу и сама решила ей помочь.

Не дожидаясь ответа, Шестаков быстро пошёл к машине. Он мечтал о том, чтобы как можно быстрее настал завтрашний вечер. Тогда не нужно будет мучиться от ожидания: вдруг Лилу позвонит и скажет, что передумала участвовать в чемпионате...

Лилия и вправду позвонила, и в течение нескольких секунд Шестаков смотрел на дисплей смартфона, чувствуя себя последним трусом.

— Да, Лилу, — обречённо выдохнул он наконец. — Слушаю.

— Здравствуй, Игорь! Что с голосом? У тебя всё хорошо?

— Просто замечательно, — нарочито бодро ответил мужчина, закрыв глаза и радуясь, что Лилу не видит его явно позеленевшую физиономию.

— А я звоню, чтобы напомнить: жду тебя сегодня в двадцать ноль-ноль на репетицию.

— Обязательно буду, — заверил Шестаков, даже не пытаясь измерить глубину и ширину обрушившегося на него облегчения. — Но хочу сразу предупредить, что два вечера на этой неделе всё же придётся пропустить. А начиная со следующей недели смогу приезжать ежедневно, поскольку отказался от ночных дежурств.

— Ты... отказался от дежурств ради чемпионата? — Лилия ни секунды не надеялась на положительный ответ, — настолько невероятным он казался.

— Да, конечно, — Игорь произнёс это как нечто само собой разумеющееся, буднично и спокойно. — Ты полностью права по поводу того, что нужно тренироваться ежедневно, иначе вся затея теряет смысл.

— Спасибо, Игорь! Понимаю, что обычные слова не способны выразить мою благодарность, но всё же. Спасибо, что делаешь это для меня.

«И для самого себя», — пронеслось в голове Шестакова, но он счёл: одно другому не мешает.

Это так прекрасно, что им с Лилу нужно в данный момент одно и то же!

— А ещё я хотела попросить прощения за то, что из-за меня тебе пришлось выслушивать странные измышления Влада, — смущённо продолжила Лилия. — Постарайся не обращать внимания на его слова.

— Должен признать, — с замиранием сердца возразил Игорь, — что местами Седов был не так уж далёк от истины в своих измышлениях.

— Жду тебя вечером, Игорь, — помолчав, ответила Лилу и нажала отбой.

...Раньше, в их прежнем тандеме ведущую роль всегда играл Шестаков, а теперь ему довелось узнать, каково это — когда командует маленькая и хрупкая Лилу. Через пару часов наряжённой тренировки Игорь был выжат как лимон и готов просить пощады, но Лилия отпустила его сама.

— Жду тебя в машине, — пытаясь выглядеть непринуждённо, мужчина повернулся и пошёл к выходу из студии (изо всех сил стараясь не ковылять и высоко держать голову).

Но оказалось, что испытания на сегодня ещё не закончились. Во всяком случае, для него.

— Игорь, — раздалось вслед.

Голос Лилу прозвучал как-то странно. Не испуганно, не устало. В нём не было ни укора, ни боли. И всё же он заставил Шестакова замереть на месте. Только вот обернуться почему-то не получалось, — Игорь так и стоял лицом к выходу.

— Что, Лилу?

— Почему ты отдал меня ему? Тогда, много лет назад?

Шестаков немного помолчал, потом всё же повернулся и медленно пошёл обратно, вглубь студии. Сел на скамью, растянувшуюся вдоль всей стены, и только тогда задумчиво посмотрел на Лилию.

— Как можно отдать или не отдать человека, Лилу? Только ты сама имеешь право решать, с кем хочешь быть.

Лилия вдруг испугалась: кажется, Игорь воспринял её вопрос как обвинение. Быстро и легко подошла, села рядом, заглянула в лицо мужчины.

— Игорь, извини меня, это просто вопрос. Боюсь, ты подумаешь, что я пытаюсь тебя обвинить в своих проблемах. Это не так! Как будто всё могло сложиться по-другому, если бы ты не промолчал тогда! С огромной вероятностью — нет, даже сейчас я это понимаю. Не стану лгать: скорее всего, всё сложилось бы так, как сложилось, ведь я обычный человек, предпочитающий набивать собственные шишки.

— Вот потому и молчал, — кивнул Шестаков. — И рад, что ты смотришь на ситуацию именно под этим углом. Мои откровения поставили бы тебя в неловкое положение, внушили ложное чувство вины, а может, даже напугали бы. Но тогда я так не размышлял, конечно.

Игорь улыбнулся и осторожно обхватил ладони Лилии. Женщина внимательно смотрела на него, руки не убирала.

— А как ты размышлял?

— Просто панически боялся своих чувств и желаний, а ещё больше боялся, что ты узнаешь о них. В юности даже мелочь может превратиться в трагедию вселенского масштаба, а тут такое! Но я хотел вернуться в секцию, было дело.

— Это тогда, когда ты ушёл из-за учёбы, в потом однажды будто случайно забежал на тренировку?

— Именно так.

— Ты тогда заставил Влада по-другому смотреть на меня, относиться к занятиям серьёзно.

— Ага. И собственными руками перекрыл себе кислород, — горько усмехнулся Шестаков.

— Игорь! — будто вспомнив ещё что-то, воскликнула Лиля. — А ведь это был не первый раз, когда ты по-настоящему помог мне! Помнишь, ты ударился коленом, и из-за этого мы не стали участвовать в конкурсе?

— Ещё бы не помнить!

— Ты тогда реально спас меня, а я это поняла уже намного позднее. Спасибо! За мной должок.

— Не придумывай, Лилу!

— А что? Должны же мы когда-то вместе покорить первую ступень пьедестала?

— О-о-о, это да! Тогда согласен, за тобой должок!

— Я его верну, — серьёзно и немного торжественно кивнула Лилия.

Если Влад и лелеял какие-то надежды на то, что ему удастся затянуть процедуру развода, пришлось расстаться с этими мечтами: Шестаков не обманул по поводу адвоката Лилии.

Седовых развели с первого раза, и Лилия вернула себе девичью фамилию. Узнав о том, что дочь не отказалась от его фамилии, хотя имела возможность, отец прислал ей благодарность в виде корзины цветов и явно дорогого золотого браслета.

Сначала женщина хотела вернуть украшение, а потом подумала и приняла. Отец не превратился для неё чудесным образом в близкого человека, но и эфемерной тенью быть перестал. Игорь, с которым Лилия с некоторых пор делилась всеми новостями и переживаниями, полностью одобрил её решение.

Во второй половине января, несмотря на скептический настрой Анны Аркадьевны (слишком мало времени было на подготовку и на то, чтобы спустя годы вновь «станцеваться»), Игорь и Лилия отправились на чемпионат в столицу. С номером, который полностью придумала и поставила Лилия, пара Гордеева — Шестаков получила Гран-при и автоматически вошла в состав сборной международных соревнований.

Игорь видел, в каком состоянии находится Лилия, когда они возвращались в отель на такси. Женщину словно отпустило огромное напряжение прошедших недель, и его место грозила занять апатия. Так часто бывает, когда достигнешь цели, к которой пришлось идти долго и упорно.

— Ты уверена, что хочешь пойти на торжественное закрытие и банкет? — осторожно поинтересовался Шестаков.

Лилия вздохнула и вдруг положила голову на его плечо. Мужчина замер, боясь спугнуть её и расплескать волшебство момента.

— Знаешь, в чём я наверняка уверена? В том, что хочу так вот ехать целую вечность. А на торжественное закрытие и на банкет вообще не хочу.

— Тогда давай сбежим, — прошептал Игорь в макушку Лили. — Вечность, к сожалению, обещать не могу, но свою бессмертную душу и свою свободу готов отдать насовсем. Лишь бы они были тебе нужны.

— Ты мне сейчас сделал предложение, Игорь? — Лилия подняла голову и близко заглянула в глаза Шестакова.

И почему они всегда казались ей холодными? То, что сейчас выражал взгляд мужчины, не имело ничего общего с холодом и льдом.

— Да, Лилу.

... — Приехали, — деликатно кашлянув, сообщил водитель такси некоторое время спустя.

Игорь и Лилия нехотя разомкнули объятия.

— Извините, — пролепетала женщина.

Впрочем, её раскаяние вряд ли было искренним.

— Бывает, дело-то молодое, — понимающе кивнул пожилой таксист.

Игорь выбрался из машины первым, открыл двери и подал руку Лилии.

— Как январь может быть таким промозглым? — проворчал он, поправляя воротник и шарф спутницы. — Бежим скорее!

— Подожди, Игорь! Что-то хочу сказать, — Лилия остановилась, хотя Шестаков пытался увлечь её в сторону крыльца.

— Скажи, — улыбнулся мужчина, моментально забыв о капризах природы.

В конце концов, какое значение имеет погода, если Лилу хочет что-то ему сказать?

— Давай откажемся от участия в международном чемпионате? — выпалила Лилия, снизу вверх заглядывая в лицо Шестакова.

— Ты уверена? — Игорь надеялся, что ему удалось хоть немного скрыть удивление.

— На подготовку и непосредственно соревнования уйдёт почти полгода! Мне очень жаль этого времени. Извини, если разочаровала, Игорь.

— Нет, не разочаровала. А... для чего тебе нужны эти полгода? На что ты хочешь их потратить, Лилу?

— Как на что? Ты же пообещал мне свою свободу и свою бессмертную душу. И да, они мне очень нужны, насовсем. Пришла пора распорядиться этим богатством.

— Ты сейчас ответила согласием на моё предложение, Гордеева?

— Да, Игорь!

Через три месяца Лилия и Игорь поженились. К тому моменту Лилия уже носила под сердцем их первенца Никиту, а ещё через пару лет у Никиты появился младший брат Алексей. Игорь продолжает совмещать работу практикующего врача и научную деятельность, защитил кандидатскую диссертацию. Лилия по-прежнему работает в частной танцевальной студии.

Влад Седов официально признал сына, которого от него родила единокровная сестра Лилии, однако настоящим отцом для мальчика так и не стал. Воспитанием Глеба в основном занимается дед, Михаил Анатольевич Гордеев, для которого это является своего рода искуплением.

Конец. Благодарю за внимание!

Ваша Мира Айрон