(Не)нужная пара для "гада" (СИ)

Глава 16

Глава 16

— Ты уверена, Рина? — снова и снова Арни спрашивал меня, когда мы разместились втроем на кухне за чашечкой чая после того, как вернулись с объекта.

Да, да. Я не дала этим драконам кофе, чтобы не перебить им сон, искренне желая им отправиться спать и желательно в гостиницу, но… Когда они меня привезли обратно домой, уже начало светать, и я не стала их выгонять. Роман, правда, слинял в соседний домик, где я работаю, и сказал, что сам разберется и найдет там место для сна, поэтому о нем можно не беспокоиться. А вот остальные драконы напрочь отказались туда идти.

Сомневаюсь, что Геля не услышала наш приход. Но догадываюсь, что подслушав, что все нормально, и меня доставили в целостности и сохранности, она приняла решение лишний раз не светиться.

— Да, Арни. Я уверена. Ту рану, что он получил, невозможно заработать после падения в карьер с метровой высоты. Да и кому? Оборотню-медведю? У него открытый перелом, плюс ко всему я не зря спросила у него, как долго он тут лежит. Не потому, что хотела удостовериться, в уме ли еще пострадавший. А потому, что, судя по краям раны и засохшим корочкам, он провел там намного больше времени, чем сообщил. Зачем врать об этом?

— Врать? Только если рану получил при других обстоятельствах, и у него есть что скрывать.

— И вообще почему у вас нет камер на объекте? — проворчала я.

— А со вторым что? — спросил Макс, затем встал, подошел к подоконнику и облокотился на него, сложив руки в карманы джинсов.

— Травма второго оборотня тоже не укладывается у меня в голове. Разве что мужчину могли толкнуть с лестницы, ведущей из карьера. Или же, что более правдоподобно, ударить по затылку. Травма головы слишком серьезная. Сомневаюсь, что, просто оступившись на темной лестнице и упав на песок, можно заработать такую черепно-мозговую травму. Более правдоподобно выглядело бы, если бы он упал на асфальт и приложился затылком. Песок же рыхлый и мягкий.

— Камер нет, потому что мы их еще не успели установить. Да и на нынешней стадии строительства там еще нечего красть. Предполагалось, что охрана справится, — ответил Арнольд.

— Да и компания, отвечающая за камеры, сообщила, что возникли какие-то проблемы с оборудованием. Но они обещали решить их в течение недели, — дополнил Макс.

— Очень удачное стечение обстоятельств, — Арни потер глаза и покачал головой.

Я была с ним солидарна. Мне тоже это не нравилось.

— Согласен, — задумчиво проговорил Макс. — А то, что говорит Рина, намекает на то, что нас хотят вытеснить с рынка и не дать построить гостиницу. Кто-то тоже имеет виды на этот участок земли, — хмурая складка образовалась на лбу Макса.

Я отпила чай.

— Кому же это может быть выгодно? — спросила я.

— Пока не знаю. Здесь с властями у нас не было проблем, даже наоборот. Они тоже будут получать немалый доход в казну от нашего бизнеса. К тому же мы обязались обустроить приличную прибрежную территорию для общественного пользования. Выгода со всех сторон, — ответил Макс.

— А кто этот Пролецкий, о котором вы говорили? — задала я вопрос и снова отпила из чашки ароматный травяной чай.

Макс скривился, и сразу стало ясно, что они не друзья.

— Так, давний знакомый моего отца. Они начинали вместе совместный гостиничный бизнес. Одна небольшая гостиница со временем переросла в целую сеть разного уровня. А из-за того, что количество рабочих мест стало расти, пришлось даже открывать собственные курсы для персонала. Там, кстати, моя мать, прошедшая обучение за границей, объясняла, как именно нужно вести себя с посетителями, что входит в обязанности и компетенцию того или иного работника, как правильно построить и организовать свою работу. Вскоре стало ясно, что придется расширяться. И отец на тот момент решил выкупить долю Пролецкого, чтобы дальше заниматься бизнесом, который впоследствии превратился в небольшой городок с собственным кланом. Каждому оборотню, желающему трудиться на нашей земле, был дан стартовый капитал для собственного дела. Все-таки там, где живет много существ, нужны продуктовые магазинчики, парикмахерские и прочие услуги. Благо территория, выкупленная лично моим отцом, была огромной. В итоге одним из основных доходов семьи стал налог с жителей, но небольшой, в пределах допустимого. А за тридцать лет, что родители работали, можешь представить, как там всё развилось и превратилось в целую империю. Вскоре на нашу территорию стали стягиваться все желающие спокойно жить и работать. А для молодого поколения, кто не мог оплатить обучение, был придуман грант с последующей отработкой в клане.

— Твои родители сделали многое. Даже не верится в такой масштаб. Так, а что же Стас? Согласился, полагаю?

— Да. На тот момент ему нужны были деньги, так как у него заболела жена. Поэтому проблем с выкупом доли не возникло.

— Но… — протянула я.

— Пролецкий захотел вернуться в долю. Но мой брат дураком не был и не пустил того в бизнес. Они с супругой, матерью Макса, сами справлялись. Бизнес был налажен. Пролецкий отступил, — добавил Арни.

— Тогда что же? — я ничего не понимала.

— Арни просто считает, что Пролецкий не так прост. Да и тот факт, что он пытался обанкротить сеть строительных магазинов внутри клана, о многом говорит. Мы в последний момент узнали о его махинациях и помешали выкупить разорившийся бизнес. Таким образом он думал влезть в наш клан. Сама понимаешь, нам не нужен настолько сильный конкурент, ведь именно так мы и расцениваем Пролецкого. А тут его прилет в этот город... Неужели не было других мест? Тем более мне донесли, что он присматривает участок в горах. Как ты думаешь, для чего? Для гостиницы, — закончил Макс.

— Странное совпадение, — кивнул Арнольд.

— Теперь я начинаю многое понимать. Не забудь еще про нападение на тебя и ту гадость, что тебе ввели, — посмотрела я на Макса. — По анализу крови я так и не поняла, что должна была вызвать та гадость. Но вряд ли что-то хорошее. И это жутко напрягает. Так, ладно, думаю, что сейчас мы все равно больше ничего не сможем сделать и решить. Давайте спать. Кроме того, раз ваш объект пока прикрыли до выяснений обстоятельств, то, Макс, нам нужно заняться твоим лечением. Думаю, у тебя теперь еще больший стимул вернуть себе контроль над драконом, — я стала подниматься из- за стола.

Макс следил за тем, как я отодвинула стул, за тем, как начала убирать кружки, мыть их, вытирать руки. Его глаза прожигали во мне дыру и волновали не на шутку. Сила и запах, что исходили от дракона, будоражили меня и мою драконицу. Хотелось подойти, прижаться к нему и почувствовать его руки на своем голом теле… Так, стоп! Что-то меня понесло не туда. Похоже, связь начинает усиливаться. Остается надеяться, что выдержка мне не откажет, и я не наброшусь на Макса. Хотя где-то в глубине души безумно хотелось цапнуть его, чтобы он тоже мучался желанием и тягой ко мне, но при этом не смел даже касаться.

Драконица довольно рыкнула на мое желание. Я поспешила убраться, потому что клыки уже начали чесаться от желания впиться в его плечо и обозначить, что этот самец — мой.

— Наверху есть одна комната. Еще одно спальное место есть в гостиной. Я оставлю одеяло и подушку. Решайте сами, кто и где будет спать.

— Я на втором этаже. Моим костям слишком жестко будет на диване, — Арни хлопнул Макса по плечу и пошел наверх.

— Не такой уж ты и старый, — бросил тот ему вслед и усмехнулся.

А потом Макс развернулся, и снова я попала в плен его темных глаз. Быстро отвернувшись, я поспешила к себе в комнату. Надеюсь, мой уход не походил на бегство.

Я спала, как убитая, и наутро чувствовала себя отдохнувшей. Однако проснулась я не от будильника, а от того, что дом сотрясало драконье рычание.

О, крылья! Это Геля и Макс сошлись в словесной перебранке!

Я посмотрела на часы и чертыхнулась — забыла поставить будильник. Ребёнку через час надо быть на занятиях. Я забежала в душ, наскоро привела себя в порядок и уже через пятнадцать минут спускалась в зону боевых действий.

— Что у вас происходит? — спросила я и прошла на кухню, кивнула невыспавшемуся Арни с черной щетиной на лице, который пил черный кофе и не спускал глаз со своей пары.

Геля тем временем трясла наманикюренным пальцем перед лицом Макса и шипела, а мой сын просто улыбался и ел завтрак. Его я поцеловала в щеку и прошла к кофеварке. Время еще было для чашечки капучино.

— Что происходит? И ты еще спрашиваешь? А то, что этот дракон, — она ткнула в грудь невозмутимого Макса пальцем и повернулась ко мне.

Макс при этом сложил руки на груди, упрямо прожигая Гелю темными глазами. Возникло впечатление, что о чем бы они ни спорили, он совершенно точно не уступит.

— …сказал, что сам отвезет Лео. Куда? Куда он собрался его везти, если ни черта тут не знает?! И вообще я не доверю этому… дракону ребенка! Да я тебя даже толком не знаю! — она снова вернула всё свое внимание Максу.

— Я — отец, — весомо, как думал, сообщил он.

— И?.. Пришел на всё готовое и решил показать, какой ты тут отец? Конечно, с уже взрослым ребенком ведь интереснее. А знаешь, что? Ладно! Посмотрим, как ты запоёшь спустя неделю. Отец! — моя тетя вылетела из кухни.

Если бы там была дверь, то она ею хлопнула бы от всей души. Правда, Геля быстро вернулась и уже обратилась ко мне:

— Проконтролируй этого, — она гневно сверкнула глазами, кивнула в сторону Макса и снова удалилась.

— Вот это женщина! Такая строптивая и непримиримая. Огонь так и чувствуется. Хорошо, что не драконица, а то, боюсь, подпалила бы моего племянника, — протянул Арни и, улыбаясь, сделал глоток черного кофе.

Я закатила глаза. Просто Геля виртуозно себя контролирует, хотя, полагаю, подпалить чье-то мягкое место она была бы не прочь. А еще я сделала вывод, что Геля не сообщила Арни о том, кем является. Я ее понимала — не та степень доверия между ними.

— Смотри, осторожнее с ней. А то прижмет тебе хвост, несмотря на то, что человек, — проворчал Макс. — Ну что? Пора ехать, наверное. Арина, покажешь, где сын учится?

— Ура! Я сам тебе покажу и расскажу! — Лео вскочил из-за стола, убрал за собой посуду в раковину и вприпрыжку побежал обуваться.

Макс проводил его заботливым взглядом, а я глубоко вздохнула, ловя себя на том, что из Макса может получиться хороший отец. Но долго мечтать об этом не стала, потому что время поджимало, и нам стоило поторопиться.

— Эм-м-м. Твоя машина явно не предназначена для ребенка, — я окинула его спортивную машину внимательным взглядом. — Сзади совершенно нет места. Лео даже ноги не сможет свесить. Про установку кресла я вообще молчу.

— И что ты предлагаешь? — скривился Макс от того, что сам осознал, насколько его спорткар не подходит для семейного человека.

— Поедем на моей? — пожала я плечами.

— Хм. На «Купере»? Вот уж нет, — засмеялся дракон.

— Очень зря. Между прочим, внутри он очень вместительный, — обиделась я за свою машину.

— Не сомневаюсь. В скором времени я решу этот вопрос. А пока, думаю, Арни обойдется без машины. Если нужно будет, то возьмет мою, — Макс щёлкнул по носу сына и пошел домой за ключами.

И вот уже спустя полчаса мы провожали Лео в школу, как нормальная, заботливая и любящая семья. Меня даже… повело от такого образа в голове.

Я развернулась и поспешила скрыться в темном салоне автомобиля. Но Макс поймал меня за руку и не дал совершить бегство:

— Постой.

Молчание затягивалось, толпа родителей и детей огибала нас, словно бурная река огромный камень. Мы стояли и, не шевелясь, замерли. Время остановилось. Были только взгляды глаза в глаза и моя рука в его руке. Ощущение, что так и должно быть, что так правильно, накрыло с головой. Я затаила дыхание, чтобы не сорваться, не прижаться к нему и не исследовать все доступное мне сильное и крепкое тело дракона.

— Дыши, Рина, — одна фраза, которая заставила снова впустить кислород в лёгкие. — Мне кажется, я потерял несоизмеримо много… — проговорил он и, не глядя, погладил бешено бьющеюся венку на запястье, а другой рукой заложил мою выбившуюся прядь волос за ухо и наклонился чуть ближе, так, чтобы его слышала только я.

А я затаилась, даже спешащие вокруг люди перестали меня волновать. Я их просто не замечала, они были лишь фоном — неважным и нестоящем моего внимания.

— Но самое ужасное, что даже не знал об этом. Смогу ли когда-нибудь узнать и почувствовать то, чего меня лишили, отобрали и сделали неполноценным драконом?.. — казалось, в его словах был скрытый смысл, но я не решилась уточнить.

Вдруг я ошибаюсь и вижу то, чего нет на самом деле? Его слова — намек на прошлое или обещание на будущее? И будет ли оно у нас? Я запуталась.

— Мы же справимся со всем? — задал вопрос Макс, от которого у меня сотни мелких электрических молний побежали вниз по позвоночнику, вызывая при этом чувственное томление внизу живота.

Я отстранилась, не желая демонстрировать дракону свою… жажду, и кивнула ему. Макс снова взял меня за руку и настойчиво потянул в сторону припаркованной машины. Затем он помог разместиться и даже пристегнул меня. Нежность и забота порядком меня обескуражили. Не желая показывать растерянность, я достала из сумочки телефон и зашла в расписание, уточнить во сколько сегодня забирать Лео.

— Что у нас по расписанию и во сколько его забирать? — Макс спросил это так, будто у нас и не было странного мимолетного разговора на улице.

Он повернулся ко мне и снова отвернулся, следя за дорогой. Я вздохнула, необходимо было отвлечься.

— Через три часа его нужно забрать. Потом короткий отдых и у него спортивная гимнастика. Потом снова в школу и забирать черед два часа — проговорила я.

— Хм. А когда же работать с таким расписанием? — немного удивленно спросил Макс. — Вернее, как ты успевала?

— У меня была Геля, — улыбнулась я. — Мы делили с ней дни. Но сейчас уже не так сложно, как было тогда, когда я училась. А потом… мы специально выкупили соседний дом, чтобы открыть частную практику и быть как можно ближе к Лео. Сложно было, когда я училась и практически не появлялась дома. Лео тогда только родился, а Геля взяла на себя заботу о нем.

— Хм. Стоит поблагодарить Ангелину за это. Думаю, Арни подскажет, как лучше стоит это сделать, — задумчиво проговорил Макс.

— Смотрите только, чтобы вас вашим подарком не убили, — рассмеялась я и покачала головой.

Поблагодарить. Геля столько вложила в ребенка, любовь, заботу. А тут просто подарок и благодарность. Боюсь, будут биты эти драконы с особой жестокостью.

— Не надо ничего. Просто общайся с сыном и все. Геля оттает, увидев твое отношение к сыну.

— А ты? — хрипло спросил он.

— Что я?

— Ты оттаешь и перестанешь сторониться меня?

— Я не избегаю тебя. Тем более я твой врач. Так что ты не прав. Что касается Лео, то я здесь не при чём. Ты его отец, и это ваши взаимоотношения. Только от тебя зависит, как ты будешь их выстраивать. Я не буду мешать вам. Наоборот, дам вам время и не буду вмешиваться.

Макс наградил меня непроницаемым взглядом и заглушил мотор. Мы вернулись домой. Но прежде чем шагнуть во двор, я сказала:

— Макс, вечерами будем выпускать дракона на волю.

— Почему вечером?

— Потому что вряд ли спустя час он захочет отдать тебе контроль и вернуться к человеческому облику. А ночи ему хватит на это.

— А если он… я…

Я сразу поняла его опасения и перебила, улыбнувшись.

— Все будет в порядке. Никуда он денется… — и хотела сказать «от меня», но вовремя прикусила язык.

Макс молчал, взвешивая за и против, и в конечном счете кивнул, полностью мне доверяя.

Стоило только зайти в дом, как у меня зазвонил телефон. Но зря я думала, что Макс проявит чувство такта и не будет интересоваться.

— Кто тебе звонил? — дракон снова подкрался ко мне со спины, а я быстро убрала телефон, чтобы он не лез не в свое дело.

— Пока отложим наш разговор. Мне нужно отъехать. Дела, — кратко проговорила я, не вдаваясь в подробности, и поспешила переодеться.

Пока я поднималась по лестнице на второй этаж, то чувствовала сверлящий взгляд недовольного дракона. Потом услышала, как у него зазвонил телефон, и он рявкнул в трубку:

— Понял. Скоро буду.

А когда я спустилась, облачённая в узкую юбку бежевого цвета и белую блузку, присутствие Макса уже не ощущалось в доме. Ну, что ж. Отлично. Может быть, он наконец-то займется работой, как и я своей.

Вскоре я уже входила в кафе, в котором была назначена встреча. Меня там уже ждал мой бывший пациент.

— Леандро, рада тебя видеть. Сколько прошло времени с нашей последней встречи. Кажется, пара лет точно, — я сдержанно улыбнулась и села напротив в удобное и мягкое кресло.

Леандро — черноволосый молодой мужчина с коротко стриженной бородкой — тут же махнул официанту, подзывая его к нашему столику.

— Да, именно так. Я тоже рад, что вы не забыли меня.

— С одной стороны я рада твоему звонку, но с другой — понимаю, что доктору просто так не звонят. Что случилось? — я заказала чашечку кофе и стакан воды.

— Все верно. Только помощь требуется не мне. Моя сестра получила травму на спортивных соревнованиях. А ведь я ей говорил, что игра в футбол — неженское дело. Но кто бы меня послушал! — он в негодовании всплеснул руками, а я мягко улыбнулась, вспоминая о чрезмерной эмоциональности бывшего пациента. — Она сломала ногу, чудом не заработав открытый перелом!

Слушая его рассказ, я покачала головой. Девочка-лисица, как и ее брат. Этот зверь очень активный и неугомонный. Так что ничего удивительного, что она выбрала такой вид спорта. Правда, молодой оборотнице такая травма может принести проблемы с оборотом. Ведь она будет испытывать боль каждый раз, если все плохо срастётся. Леандро подтвердил мои опасения. В этом плане чистокровным людям без примеси оборотнической крови намного легче. Пусть и заживают переломы долго в виду отсутствия повышенной регенерации, но неблагоприятные последствия минимизированы. Девочке придется оборачиваться в процессе лечения, поэтому важно понять: правильно ли срастётся берцовая кость, как она будет себя вести при трансформации. Не хотелось бы, чтобы она начала хромать, иначе придется заново ломать кость и снова пытаться срастить ее. В данном вопросе наша регенерация играет против нас, быстро сращивая место перелома. И ей все равно: правильно ли там стоит кость или нет.

— Я поняла тебя. Только нужно было приехать ко мне на практику сразу с сестрой. Когда была травма? Сколько прошло времени? — спросила я, при этом постукивая пальцами по столешнице стола и поглядывая за плечо Леандро.

Тот, кстати, заметил смену моего настроения и тоже обернулся. Но он не понял, что же меня так могло напрячь, и снова вернул ко мне свое внимание.

— Два дня назад. Мы думали, что не будет проблем. Но Офелия стала бояться оборота и сопротивляется, как может. Поэтому я решил обратиться к вам, — сказал он и неожиданно для меня положил свою ладонь на мою руку, которой я отбивала неровный ритм.

Я не сразу поняла, что случилось, ведь слушая его одни ухом, гипнотизировала весьма заметных мужчин, которые так же, как и я, пили кофе и смотрели в мою сторону. Сразу возникал вопрос: кто они и что хотят от меня? Практически одинаково крупные и мощные в плечах. Но я не успела удивиться руке Леандро, как один из мордоворотов поднялся и направился к нашему столику. Я вырвала руку из ладони бывшего пациента, который хотел мне что-то сказать…

— Вы переходите границы, — грозно, но весьма спокойно проговорил оборотень-волк.

Я не поняла, что за поборник морали свалился на мою голову, изумлённо вскинула бровь.

— Вы всё не так поняли? — переспросил Леандро. — Это кто? — он посмотрел на меня и тут же, видимо, решил извиниться за свое неподобающее поведение, явно думая, что мы знакомы с волком.

Только вот это было неправдой.

— Впредь прошу не допускать столь близкое общение с объектом, — пробасил волк и, прищурившись в сторону притихшего лиса, кивнул мне, удалился на свое место в паре столиков от нашего, разместился и продолжил буравить Леандро внимательным взглядом.

А я… вмиг осознала, что здесь происходит, но требовалось кое-что проверить. Если это действительно так, то одной наглой морде явно не поздоровится.

Вопрос Леандро так и повис в воздухе, потому что я махнула рукой официанту. Пока тот шел ко мне, я вернула внимание своему бывшему пациенту:

— Приводи девочку завтра утром. Я осмотрю ее.

— Арина, могу я… — он не закончил, потому что я встала и положила руку на плечо официанту, и, наклоняясь к нему, прошептала ему в ухо дополнительный заказ. Но вот только со стороны это выглядело совершенно иначе. Когда опешивший официант отошел от меня, при этом сверкая белозубой улыбкой, я наблюдала за тем, как другой волк встал и поймал парнишку недалеко от кухни.

Ну, всё! Я поспешила на выручку, при этом скомкано попрощавшись с Леандро.

— Что здесь происходит? — сложив руки на груди, я посмотрела на испуганного официанта и оборотня, который, по всей видимости, был моей охраной.

— Я объясняю молодому человеку, чья вы женщина. Чтобы он даже не думал «неправильно» смотреть в вашу сторону, — пробасил волк.

А я чуть не подавилась своими словами. Он объяснял «чья я женщина»? Серьезно? Теперь так это называется?

— Кто вы? — потребовала ответа я. — И отпустите парня. Заказ я отменяю, а это вам чаевые, — я положила деньги на его поднос, который он сжимал нервно подрагивающими пальцами.

Стоило только волку сделать шаг назад, как официанта, словно ветром сдуло.

— Мы — ваша охрана, — лаконично произнес волк.

— Я-я-ясно, — протянула я и почувствовала, как начинаю закипать и злиться. — И что же вам приказано?

— Охранять вас и следить, чтобы к вам не подходили непонятные и подозрительные личности.

— А под определение «подозрительных личностей», я полагаю, попадают все особи мужского пола? — я вздернула подбородок, ожидая ответа.

Волк стушевался лишь на миг, но затем кивнул. Я развернулась на каблуках и поспешила на выход, готовая убивать. И кому-то очень скоро не поздоровится. Когда я закрывала дверь своего автомобиля и выкручивала руль, чтобы развернуться, то заметила, как волки сели в машину неприметного серого цвета и последовали за мной. Разъяренная я стукнула по рулю и нажала на газ, сетуя на то, что превышение скорости может дорого мне обойтись. Все же испанские штрафы способны напугать и дисциплинировать даже русского человека. Поэтому я всю дорогу одергивала себя и смотрела в стекло заднего вида, где за мной следовала моя охрана!

Я ворвалась в офис Макса, словно фурия, готовая убить любого, кто станет на моем пути. Первой мне попалась под руку секретарша Макса. Хорошенькая такая девочка в неприлично короткой юбке и блузке, едва прикрывающей четвертый размер груди.

— Вы записаны? Максимилиан занят, — она решила остановить меня и чуть ли не грудью заслонила дверь босса.

— Для меня он всегда свободен! С дороги! — я непроизвольно вложила силу в слова и приоткрыла свою суть.

Секретарша отшатнулась, а я воспользовалась ее дезориентацией и распахнула дверь.

— Рина? — Макс оторвался от бумаг, расположенных на его столе, и поднял на меня глаза.

Марго, которая разложилась на столе и чуть ли не лежала на нем, оттопыривая обтянутые кожаными штанами бедра, что-то показывая Максу, тоже встала и одернула свою блузку.

— Не помешала? А впрочем, нет! По какому праву ты приставил ко мне этих Лёлека и Болека? Они что, теперь должны всех распугивать от меня? Немедленно отзови их! — теперь уже я нависала над столом, не обращая внимание на Марго, которая начала аккуратно собирать из-под моих руки чертежи.

У Макса зазвонил телефон, и он, властно подняв руку, показал мне, чтобы я помолчала. Гад!

— Пожалуй, я пойду, — тихо проговорила Марго и поспешила на выход, цокая каблуками по каменному полу.

— Дверь закрой! — прорычала я ей вслед.

Макс, что-то выслушав, тоже изменился в лице, оборвал звонок и тоже навис надо мной, уперев ладони в стол. А тот, как назло, оказался длинным, но весьма узким, поэтому наши кончики пальцев соприкоснулись. Я сразу почувствовала томление от этого легкого прикосновения, возникло непреодолимое желание прогнуться, сдаться и прижаться к ящеру. От осознания, как этот гад влияет на меня, я разозлилась еще больше, вспомнив все «достоинства» секретарши и Марго, практически распластавшуюся по его столу, чтобы Максу был лучше понятен ее проект. Бешенство — вот что овладело мной. А Макс вместо того, чтобы внять моим словам, неконтролируемо зарычал, подстегивая мое желание разобраться с этим «боссом».

— С кем ты встречалась? И что говорила официанту?

— Как ты смеешь меня об этом спрашивать? Так эти амбалы тебе уже всё доложили! Ты мне никто, чтобы контролировать и лезть в мою жизнь. Убери немедленно своих псов! — взбесилась я и незаметно приблизила свое лицо к Максу.

— Нет. И ты мне не никто. Ты — мать моего ребенка. Если я считаю нужным нанять тебе охрану, то так и будет! — хрипло, но угрожающе проговорил он, тоже на миллиметр приблизившись ко мне.

Но я не обращала внимания на такой столь тесный контакт, потому что красная пелена ярости застилала мне глаза.

— Вот именно! Я всего лишь мать твоего ребенка. А ты решил ограничить все мои контакты с мужским полом! А ты вообще не забыл, что я — врач?! — прошипела я, словно гадюка, ему в лицо, а в ответ услышала только рычание.

— Помнится мне, у тебя был пунктик — не лечить драконов. Значит, добавишь к этому еще один. Я не потерплю рядом с тобой других мужчин.

— Каких мужчин? Это пациенты! Повторюсь, ты мне никто, чтобы решать, что мне делать! Как только я тебя вылечу, катись на все четыре стороны!

— Не дождешься, Ри-и-ина, — опасно протянул он, гневно сверкая глазами.

Его дыхание коснулось моих губ, и тогда я отпрянула от него. Потому что вопреки нарастающему эмоциональному фону, я стала заводиться. И последнее, что я хотела бы, чтобы Макс почувствовал мое желание. Чертова метка!

— Немедленно отзови охрану! — бросила я, как мне показалось, весомо и поспешила на выход.

Только вот этот гад настиг меня в мгновение ока. Не успела я дернуть ручку двери, как меня грубо развернули и придавили к дверному полотну.

— Что ты делаешь? — я дернулась, пытаясь избавиться от такого тесного контакта Макса, но тот явно не был настроен отвечать мне.

— Ты мне так и не ответила. Кто это был в кафе? О чем ты ворковала с официантом? — Макс прижал мои руки своими лапищами по обе стороны от моей головы и практически навалился на меня.

Гневно взглянув в его глаза, я увидела там узкий подрагивающий зрачок.

— Я не собираюсь тебе отвечать. Моя жизнь вне наших часов приема — не твое дело!

— Ах, не моё, — опасно пророкотал дракон и тут же хотел вклиниться своим коленом между моих ног.

Только вот моя узкая юбка помешала ему. Я снова дёрнула руки, желая, как никогда, открыть свою суть и вцепиться в его наглое лицо когтями. Но Макс перехватил мои руки и завел их над моей головой, крепко держа одной рукой. А другой — дернул тонкую ткань юбки вверх, открывая мои колени, и, наконец втискивая коленом между ними, чтобы как следует меня зафиксировать.

— Я покажу тебе, чья ты! — угрожающе проговорил он.

— Как покажешь? И с чего такая смена отношения? А-а-а… — больше мне не дали возмутиться, схватили за подбородок и впились в губы: жестко, властно и грубо.

Меня не целовали, а клеймили, метили, наказывали. Макс проталкивал свой язык, чтобы коснуться меня. Но я была слишком зла на него, поэтому укусила за губу и с наслаждением слизала капельку крови. Только ни за что не сознаюсь ему в этом.

— Признайся уже, что я тебя волную. Нравлюсь тебе.

— Ни за что! — плевать, что мой ответ прозвучал настолько лживо, но упрямство мне было не занимать. — С чего ты вообще это взял?

— Думала, не пойму, что это я изображён на твой руке? — самодовольно усмехнулся Макс и погладил «своё» изображение сквозь тонкий шёлк моей блузы в том месте, где была сделана татуировка.

— Ну ты наглый, самоуверенный… Что ты… делаешь?

Дракон переместил свои руки на мои плечи и слегка тряхнул, вглядываясь в мое лицо. Он нахмурился, желая вытрясти из меня признание. Но вскоре и этого не потребовалось…

Макс втянул воздух, расширяя ноздри: глаза потемнели, зрачки расширились и его лицо разгладилось. А когда появилась самодовольная улыбка, говорящая о том, что он учуял мое возбуждение, я, уже не церемонясь, провела запрещенный прием. В этот момент я была не врачом, а обиженной женщиной.

— Моя метка… —прошипел дракон, так и не закончив, потому что рухнул на колени передо мной. — Ты что сделала? Ты же врач! Где твое милосердие? Я теперь без детей могу остаться, — прохрипел он, держась за самое дорогое для мужчин место.

— У тебя уже есть наследник. Кроме того, не ты ли героически собирался помирать, совершив последнее благое дело для собственного клана? Пф, гостиницу построить, — издевательски протянула я. — Лучше санаторий построил бы, — упрекнула я, а моя драконица меня поддержала: мужика надо держать в строгости, раз у ее ящера такая наглая человеческая половина.

— Ты жестокая, — скривился Макс.

— А моё милосердие закончилось. Вышло всё. И вообще в следующий раз не будешь распускать конечности, — развела я руками, пряча злорадную улыбку.

— Я думал, ты меня вылечишь, но теперь уж сомневаюсь…

— Гад.

— Язва.

— Чао, — я фыркнула напоследок и, гордо вздёрнув подбородок, вышла из кабинета.

Только вот Макс явно отключил свой инстинкт самосохранения.

— Я вечером приеду… на приём.

— Приезжай, — великодушно разрешила я, чувствуя дикое удовлетворение от мести за мою хрупкую, ранимую девичью честь.

В дверях я столкнулась с Арнольдом, который, поздоровавшись, тоже сообщил, что вечером зайдёт в гости. Ну, разумеется, куда уж без него. Кивнув ему на прощание, я поспешила на выход, не забыв при этом бросить мстительный взгляд на обладательницу неприличного вида. Моя драконица снова усомнилась в умственных способностях человеческой части своего ящера. Если бы она могла, то обязательно покачала бы головой и раздосадованно прикрыла бы глаза лапой, при этом снова советуя, воспитывать мужика в строгости, иначе ничего путного из него не выйдет.

Даже не стала комментировать. Слова «воспитывать в строгости» почему-то вызвали у меня непристойную картинку перед глазами: накаченный зад дракона и плетку в моей руке. Вот же! Я мысленно выругалась, когда драконица шокированно замолчала и перестала транслировать мне свои желания. Видимо, тоже усомнилась в умственных способностях своей человеческой половины.