Не в его списке желаний

14

Дженна

Сад моего отца сиял в полном праздничном безумии: белые гирлянды оплетали голые ветви, между живыми изгородями прятались огромные шары, а у патио светилась надпись: «Кто дома на праздники?»

Я замедлила шаг, выходя на дорожку, и меня кольнуло чувство вины — в этом году я едва не пропустила все это.

Повесив на «дерево семейных отметок» свой шарик с надписью «Дженна», я взяла пиво и оглядела остальные украшения, уже занявшие свои места.

— Ну что… каково это — снова быть дома, Дженна? — Брэндон вышел из-за угла, и у меня ухнуло в животе.

Я надеялась, что он не появится раньше Рождества, а даже если и появится, то схватит еду навынос, поздоровается и уйдет.

— Хорошо, Брэндон, — выдавила я. — Как ты?

— Чертовски хорошо, но сейчас я, признаться, в замешательстве…

Я отвела взгляд, отказываясь спрашивать — почему.

— Теперь я все понял. — Он шагнул прямо передо мной. — Ну и как там жизнь в большом городе?

— Потрясающе. — Я улыбнулась. — Работа без остановки, но жаловаться грех.

— Тогда давай без ерунды. Ты правда с тем парнем из дома? — Он понизил голос. — С Николасом Сейнтом… твоим боссом?

— Да. — Я сделала глоток и кивнула, краем глаза прикидывая, не маячит ли где-нибудь мистер Ривз, готовый выскочить с блокнотом.

— Он хорошо к тебе относится?

— Да.

— Так же, как я раньше?

— Я… — Я наклонила голову. — Мы расстались много лет назад, Брэндон.

— Но ведь не на плохой ноте. — Он пристально смотрел на меня. — Просто разные работы и мечты.

— Мы все равно расстались.

— Ответь на вопрос.

— Я уже забыла, какой именно.

— Твой босс-и-парень относится к тебе так же хорошо, как я?

— Да. Даже лучше.

— И в чем это выражается?

— Не твое дело. — Я повернулась, собираясь вернуться в дом, но он схватил меня за локоть — сжал так крепко, что кожу будто укололо, — и развернул обратно.

— Позволь не согласиться. — Он понизил голос. — У нас был праздничный договор о помолвке, и мы обсуждали это четыре месяца назад, помнишь?

Он не стал ждать моего ответа.

— Если ни один из нас не будет женат к тридцати, мы женимся, — сказал он. — Еще несколько месяцев назад ты была свободна, а сегодня я слышал, как тетя Мэй говорила о твоей помолвке…

В животе скрутилось узлом.

— Брэндон…

— Ты сама говорила мне в прошлый раз, что ненавидишь этого типа, — продолжил он, — и каждый раз до этого единственное, что ты о нем говорила, — какой он ужасный босс.

— Он и правда ужасный босс.

— Но при этом достаточно хорош, чтобы ты захотела провести с ним всю жизнь? — Он фыркнул. — Да ладно, Дженна. Скажи, в чем игра. Это же для него игра, да?

— Нет. — Я поставила стакан. — Все вышло неожиданно. Я в него влюбилась, и на этом все.

— То есть это никак не связано с тем, что он получает наследство по пункту о консумации?

Откуда ты вообще это знаешь? Я сглотнула.

— Нет.

— Скажи это чуть убедительнее, и я подумаю, не отстать ли.

— Это не твое дело.

— Мое, если из-за него я больше не могу быть с тобой. — Его взгляд стал ледяным. — Ты же знаешь, я когда-то был чертовски хорошим журналистом, Дженна. Тебе следовало понимать, что со мной такие фокусы не проходят…

— Никто не пытается тебя обмануть, Брэндон. Твое мнение не имеет значения. — Я оттолкнула его и вернулась в дом.

В гостиной мои самые младшие кузены использовали Николаса как лестницу, чтобы дотянуться до тайного эльфа, спрятавшегося на потолочном вентиляторе.

— Николас? — прошептала я. — Николас?

— Подожди секунду, — сказал он, дожидаясь, пока последний малыш слезет у него со спины. — Что случилось?

— Нам нужно поговорить наедине, — сказала я. — Срочно.

— Время для «Факт или вымысел», народ! — объявила мачеха. — Рождественский выпуск!

— Мы с Николасом сейчас вернемся и сыграем, — сказала я. — Оставьте нам раунд.

— Еще чего. — Она фыркнула. — Садись попой за обеденный стол и играй первый раунд вместе со всеми.

Николас улыбнулся, сжал мою руку и потянул за собой к столу.

— О чем мы хотели поговорить? — прошептал он, когда остальные расселись.

— Это насчет…

— Кузина Дженна и ее парень жульничают! — завизжала Элизабет, моя семилетняя кузина, мимо которой ничего никогда не проходило. — Им нельзя разговаривать!

— Именно. — Мачеха улыбнулась, выкладывая карточки. — Ты же знаешь правила, Дженна.

— Еще как. — Брэндон сел прямо напротив меня, ухмыляясь. — Без жульничества.

Отлично. Просто прикончите меня уже…

— Кто-нибудь хочет объяснить правила нашему новому другу Николасу? — спросил папа.

— Да. — Я выпрямилась. — Я могу объяснить ему это на улице, буквально минутку.

— Думаю, мне тоже не помешает напоминание, как в это играют, — сказал Брэндон. — Объясни нам обоим.

Я закатила глаза, но прежде чем успела открыть рот, Элизабет решила взять роль миротворца на себя.

— Мы по очереди говорим про друг друга факт или вымысел, а отвечать нужно очень быстро.

— Ага! — Мачеха чмокнула ее в мизинец. — Так, подождите все. Поболтайте пока, а я схожу за пластырем. Элизабет, ты следишь, чтобы никто не жульничал.

Элизабет кивнула, обводя взглядом стол.

Все засмеялись.

Все, кроме меня.

Я по-прежнему была как на иголках.

— Итак, вопрос, Николас. Я могу тебя так называть, да?

— Только на праздники.

— Забавно. Так почему бы тебе не рассказать всем, как ты понял, что Дженна — та самая? — спросил Брэндон. — Ну, то есть… она ведь работала на тебя много лет, а встречаться вы начали совсем недавно, верно?

— Это больше одного вопроса. — Николас положил руку мне на дрожащую ногу, останавливая меня, и только потом продолжил. — Дженна действительно работала у меня много лет, но то, как мы стали парой, — довольно длинная история.

— Думаю, нам всем сегодня не помешает добрая история, — Брэндон откинулся на спинку стула. — Есть возражения?

— Нет, я бы с удовольствием послушала.

— Я тоже.

— Да, не торопитесь.

Брэндон закатил глаза.

— Так, я вернулась. — Мачеха улыбнулась. — Давайте пару разминочных примеров для Николаса. Все, что мы будем есть на Рождество в этом году, на сто процентов домашнего приготовления.

— Вымысел, — хором сказали все за столом.

— Ладно, слишком легко. — Она рассмеялась. — Тогда так: под елкой для Дженны ровно пять подарков. — Она закрыла Элизабет рот, прежде чем та успела выкрикнуть ответ, и протянула ей карточку. — Запиши. А потом возьмем Брэндона следующим — просто для разминки.

— С удовольствием. — Его взгляд впился в меня. — Дженна не просто встречается или спит со своим боссом, — прошипел Брэндон. — Судя по всему, она тайно с ним помолвлена, и ради жениха я очень надеюсь, что там готовится адски жесткий брачный договор.

По комнате прокатился общий вздох, и Николас отложил ручку.

— Я настоятельно советую тебе забрать эти слова обратно в ближайшие пять секунд, — холодно сказал Николас.

— Какую часть? — Брэндон выглядел безумным. — Ту, где ты признаешься, что спишь с сотрудницей, или ту, где я предостерегаю тебя от брака с охотницей за деньгами?

— Обе.

— Отлично, тогда перейдем к правде. — Его взгляд стал ледяным. — Это не настоящая помолвка. Это афера, все устроено ради того, чтобы он получил наследство. Он и так чертовски богат, но до статуса миллиардера не дотянет, пока не заполучит его, — а для этого ему нужно быть женатым.

Сердце колотилось так громко, что заглушало все остальное.

У мистера Ривза отвисла челюсть.

— Ничего личного, — сказал он. — Но я обязан проверять каждое заявление о мошенничестве.

— Хватит, Брэндон. Хватит, черт возьми. — Мой отец поднялся из-за стола. — Никто не будет говорить о моей дочери и моем будущем зяте в таком тоне.

— Но, мистер Доусон, послушайте…

— Ты не говоришь ничего, что стоило бы слушать. — Его низкий голос заставил замолчать всю комнату, и Брэндон откинулся назад.

— И хотя это никого не касается, — продолжил отец, глядя на меня, — мистер Сейнт действительно звонил и просил моего разрешения. Он даже прилетел сюда в прошлые выходные, чтобы пожать мне руку лично, как настоящий мужчина, и я с гордостью дал ему свое благословение и сказал, что сохраню это в тайне, пока они не будут готовы объявить.

— Дженна помолвлена?

— Правда?

— Почему она ничего не сказала? — зашептались кузены.

— Это все не по-настоящему, сэр, — не унимался Брэндон. — Я могу это доказать.

— Что значит «не по-настоящему»? Что он вообще говорит? Зачем им притворяться? — загалдели вокруг.

— Думаю, ты уже отнял у этого ужина куда больше минут, чем заслуживал. — Отец скрестил руки на груди. — Тебе нужно уйти и смириться с тем, что Дженна выросла, улучшила свою жизнь и пошла дальше.

— Пошел ты нахрен, — прошипел он, а потом ткнул пальцем в Николаса. — И ты тоже. За то, что используешь Дженну ради своего наследства.

Он посмотрел на меня.

— И ты тоже, Дженна. Пошла ты к черту за то, что водила меня за нос и…

Фраза оборвалась на кулаке Николаса, и прежде чем я успела осознать происходящее, Николас, мой отец, дяди и кузены по очереди избивали Брэндона до полусмерти.

Ошеломленная тем, что он вот так вытащил все наружу, я ускользнула от стола и пошла по коридору.

— Ну что ж… — мистер Ривз встал у меня на пути, держа в руке наполовину съеденную карамельную трость. — Даже не знаю, что сказать о том, чему я только что стал свидетелем, миссис Сейнт.

— Зовите меня мисс Доусон.

Он нахмурился.

— Ничего личного, но я обязан проверить каждое заявление о мошенничестве — каким бы нелепым оно ни казалось, если речь идет о наследстве.

— Я в курсе, — сказала я. — Пожалуйста, отойдите с дороги.

— Но…

— Сейчас же. — Я сверкнула на него взглядом. — Просто оставьте меня в покое.

Он молча шагнул в сторону, и когда я уже была на полпути к гостевому крылу, ко мне подбежала Элизабет.

— Они реально сейчас навешивают Брэндону люлей, — улыбнулась она. — Я уже собираюсь взять кастет и присоединиться!

— Что?

— Но прежде чем я его достану, — заговорщически продолжила она, — если помолвка настоящая, можно посмотреть на кольцо, которое тебе подарил кузен Николас?

Он тебе не кузен…

— Конечно. — Я вытащила его из кармана и вложила ей в ладонь.

Ее челюсть отвисла, когда караты вспыхнули в тусклом свете коридора.

— О. БОЖЕ. МОЙ…

— Сделай мне одолжение, ладно? — В глазах защипало от слез.

— Что угодно.

— Отдай его Николасу, хорошо? — сказала я. — Скажи, пусть он подержит его у себя до конца нашей поездки.

— Ладно! — Она умчалась, так и не поняв, как что-то внутри меня окончательно рассыпалось.

ИГРА ОКОНЧЕНА…