Незакрытые счета

Глава 15. Там была война

Майю разрывали на кусочки бурлящие внутри эмоции. Сначала она хотела крадучись проследовать за загадочной парочкой, но вскоре поняла, что они направляются на могилу. Следить за ними можно и с большого расстояния — вряд ли они скажут что-то интересное. Она вспомнила предупреждения Максима, когда он был у них в квартире: встречаться с ними очень опасно! Кто они такие? Скорее всего, бандиты.

— Зато узнаю, где могилка папы... тьфу ты, где стоит ему памятник, — подумала она.

Следуя за мужчинами на приличном расстоянии, Майя запомнила место, а затем поспешила к ожидавшему её такси. Первая мысль — позвонить бабушке и рассказать о подслушанном разговоре. Но она вспомнила, как болезненно та реагирует на любые упоминания о своём сыне. Тем более, рассказывать было особо нечего. Один из мужчин уверенно предположил, что папа жив, и что дальше? Интересно, почему они называют его "Сирота"? У него же есть мама, а папа тоже был, только умер очень давно. Кстати, он погиб на войне, только в Афганистане. Почему мужчины всегда воюют? Почему им не сидится дома, рядом с женами и детьми? Глупые. Лично я никогда не буду дружить с парнем, который мечтает о войне. Чтобы потом, как баба, бегать на могилку и плакать? Да никогда в жизни!

Она подъехала к автовокзалу и как раз успела на отходящий в Москву автобус. Устроившись на пустом заднем сиденье, Майя прикрыла глаза и неожиданно уснула, погрузившись в параллельную реальность...

... Там была война! Непонятно почему, но Майя это поняла сразу. Группа людей в полевых камуфляжах осторожно пробиралась между полуразрушенными зданиями на выход из города. Они цепочкой проскользнули между двумя усиленными блокпостами и скрылись в остатках одного из домов, фасад которого удачно выходил в сторону предгорья. Собравшись и переведя дыхание, они быстро проверили амуницию и молча уставились на командира.

— Близнецы, проверьте здание, — начал тот негромко раздавать команды. — Якут и Бродяга, проверьте маршрут, только недалеко, потом сами сообразим, куда дальше. Остальным — пятнадцатиминутный отдых. Похоже, мы проскочили, но лучше уйти подальше, поэтому до темноты привалов не будет.

Все мгновенно упали практически там же, где и стояли. Но отдохнуть им не удалось: со стороны города раздались звуки подъезжающих машин. Бойцы сразу переместились в левый угол здания и прильнули к многочисленным проемам и дыркам в стене.

Перед огромным заброшенным ангаром началась непонятная суета. Сначала подъехало несколько Хаммеров, из которых выпрыгнули так называемые Белые Каски, затем площадь заполнили боевики антиправительственного движения с белыми повязками на рукавах.

— Какого хера им тут надо? — тихо озвучил очевидный вопрос высокий боец с прозвищем "Лилипут".

Ответ стал ясен всего через несколько минут, когда подъехало больше десятка крупных туристических автобусов, и из них начали выходить гражданские, которых под конвоем направили в ангар.

— Чёрт возьми, вот сволочи! Тут же всё затопит! — снова прошипел поражённый Лилипут.

Несколько часов назад по всем телеканалам и новостным лентам интернета прошла информация о том, что «Белые каски», рискуя собственными жизнями, вывозят мирное население из близлежащих районов, находящихся вблизи разрушающейся плотины, которая вот-вот обрушится после интенсивных бомбёжек союзных войск. Интернет пестрил роликами, где разукрашенные флагами Евросоюза Хаммеры сопровождали автобусы с счастливыми спасёнными людьми.

— Твари! — раздался ещё чей-то голос. — Потом скажут, что мы своих вывезли, а русские их утопили.

— Да плевать, что они скажут! Они всегда много говорят, а людей жалко! — вступил в разговор ещё один спорщик.

— Заткнитесь! — тихо, но твёрдо приказал командир.

— Слушай, ты же не планируешь их отбивать? — подозрительно поинтересовался жилистый парень, расширив свои раскосые глаза. — Их больше сотни, а нас всего шестнадцать. Да и силы у нас на исходе.

— Стой себе, думаю, а сам иду, — почти неслышно пробормотал командир, вспомнив любимую поговорку своего отмороженного друга Макса, и уверенно скомандовал: — Подбили боеприпасы на всякий случай, и всем тихо! Может, выгрузят народ, оставят охрану и свалят.

Но жизнь, как всегда, внесла свои коррективы.

Кто-то из пассажиров, почувствовав неладное, неожиданно рванул сквозь оцепление прямо в их сторону и тут же получил очередь в спину. Паника охватила толпу, люди бросились в разные стороны, а солдаты, стоявшие в оцеплении, начали стрелять без разбора по мечущимся в ужасе гражданским.

— Командир, надо уходить! Мы уже не сможем им помочь! — с надеждой произнёс кто-то из группы.

— Зато мы сможем помочь себе не стать такими же мразями! — уверенно уставился на своих бойцов с безумным блеском в глазах старший группы, капитан Супруненко, и вскинул на плечо гранатомёт. — Прости, доченька, у меня просто не было выбора! Надеюсь, когда-нибудь ты это поймёшь!

Майя испуганно распахнула глаза и, увидев мелькающие за окном знакомые улицы Москвы, облегчённо выдохнула. Что это было? Несомненно, ей только что приснился её отец, и, скорее всего, в тот момент, когда он принял свой последний бой. Но его друг уверенно заявил, что он жив. Я сама слышала собственными ушами! И во сне я не видела, что папу убили, ведь так? Значит, он жив, и точка!

С этой ясной мыслью она окончательно пришла в себя и решила спланировать своё сегодняшнее время до вечера. Хотя чего там планировать? На сегодня была намечена только одна сверхзадача — четвертовать мутного тренера, а заодно, научиться правильно дышать при максимальных нагрузках.

Она глянула на часы — начало второго. Ей вчера сказали, что будут ждать после часа дня. То, что надо!

— Алло, здравствуйте, — излишне бодрым голосом начала она, — я в течение часа могу подъехать, вас это устроит?

В трубке немного помолчали, заставив её немного понервничать, но потом вполне дружелюбно ответили:

— Здравствуйте, очень хорошо, подъезжайте, я буду вас ждать. На ресепшене будет пропуск на ваше имя, там подскажут, куда идти.

— А откуда вы знаете моё..., — начала Майя, но потом сообразила:

— Ах, ну да, я же тесты проходила, и вообще...

Она начала вспоминать, как её приняли в военном реабилитационном центре. Доктор упоминал какую-то квоту от Министерства обороны, про установочные данные... Кстати, откуда у Министерства обороны взялись её установочные данные?

Так, быстрая казнь откладывается, сначала будет допрос с пристрастием, иголки там разные под ногтями и все дела. Девушка кровожадно ухмыльнулась и начала прихорашиваться, потому что автобус подъезжал к автовокзалу, и надо было пересаживаться на метро.

Оздоровительный комплекс "Олимп" являл собой компактное, но функционально продуманное здание, созданное для поклонников разнообразных физических нагрузок. На ресепшене Майю действительно ожидали, оперативно оформив пропуск и предоставив чёткие указания. Пройдя мимо нескольких залов, где спортсмены увлечённо занимались на невиданных тренажёрах, она, наконец, увидела дверь с надписью: "Функциональная терапия". Майя осторожно постучала и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь. Помещение скорее напоминало научную лабораторию, чем врачебный кабинет. Окинув взглядом комнату, она заметила девушку, протиравшую странное приспособление, не то лежанку, не то полукресло.

— Извините, — обратилась Майя, — Мне нужен Иван Сергеевич, у нас назначена встреча.

Девушка взглянула на неё, кивнула и с улыбкой ответила:

— Он сейчас подойдёт, присаживайтесь, пожалуйста.

Майя расположилась на небольшом диванчике, положив на колени пакет с медицинскими документами, и расслабилась, с любопытством рассматривая незнакомые предметы и оборудование. Вскоре дверь отворилась, пропуская двух мужчин. Один из них, несомненно врач, был одет в медицинский халат, а второй, чуть ниже ростом, но поджарый и жилистый, несмотря на жару, был в водолазке с высоким воротом и длинными рукавами. У обоих на лицах виднелась полуборода, или лёгкая небритость, вошедшая в моду. Однако на носу у доктора красовались маленькие круглые очки в стиле ретро, а у второго, наоборот, большие, модные очки с градиентным затемнением.

Майя, на мгновение забыв о заранее обдуманной стратегии, неожиданно вскочила и прижала к груди пакет с документами, словно защищаясь им.

— Ну что вы, голубушка, присаживайтесь, — тут же успокоил её доктор, аккуратно забирая пакет, — Мы сейчас быстро оценим ваш функционал и определим оптимальный уровень нагрузки. А затем уважаемый Иван Сергеевич ознакомит вас с методикой тренировок.

Загадочный Иван Сергеевич хранил молчание. Внутри у Майи нарастало необъяснимое беспокойство, непонятные чувства и эмоции поднимались волной, предвещая что-то важное. Она часто заморгала, пытаясь сосредоточиться и понять причину дискомфорта. Мужчины, тем временем, разложив на столе анализы, негромко общались, не обращая на неё внимания. Затем доктор, пожелав Майе успехов, поднялся и поспешно вышел.

— Судя по результатам, у вас практически нет ограничений, — улыбнулся Иван Сергеевич, — Опишите ваши ощущения во время заплывов. И почему вы считаете, что у вас проблемы с дыханием?

От неожиданного перехода к делу, без предварительных объяснений, Майя немного растерялась, но быстро взяла себя в руки и, избегая смотреть в глаза мужчине, подробно описала функциональные сбои, возникающие при максимальных нагрузках. После получасовой беседы и множества уточняющих вопросов, он мягко улыбнулся и произнёс:

— Мне всё ясно. Я вижу перед собой будущую чемпионку! Если, конечно, не будете лениться.

— Этого точно не будет! — воскликнула она, — Я папе обещала, и я не могу его подвести!

Мужчина едва заметно замер, затем поинтересовался:

— А кто ваш папа?

— Человек, который сделал очень много добрых дел, — не задумываясь ответила Майя.

— Обещание — это серьёзный стимул для достижения цели, — серьёзно ответил мужчина, — И я с удовольствием вам в этом помогу.

— Спасибо, — широко улыбнулась Майя и неожиданно успокоилась, почувствовав, что всё делает правильно, — Не сомневайтесь, я ответственная девочка.