Незакрытые счета

Глава 1. Восемнадцать лет спустя

— Максим Александрович, — раздался из селектора слегка дрожащий голос секретарши. — Вам что-нибудь нужно?

— Нет, — коротко ответил мужчина.— Можно я тогда на обед сбегаю? Сейчас как раз время…— Иди, — перебил он, нажав кнопку отбоя.— Спасибо, я быстро, — снова пискнул селектор, и наступила долгожданная тишина.

Максим подошел к высокому окну. С высоты птичьего полета, с которой открывался вид из кабинета директора, он окинул взглядом свое новое приобретение на севере Москвы — огромный бизнес-центр под названием "Мираж". Сделка длилась около полугода и вчера наконец была подписана. Сегодня утром он впервые поднялся в свой новый кабинет на последнем этаже этого гигантского офисного здания, входящего в общий комплекс.

"Мираж" был просто огромен, напоминая самодостаточный мини-город со своим правительством, инфраструктурой и населением. Здесь было всё: от торговых и спортивных центров до многочисленных ресторанов, мастерских и фабрик по обслуживанию. Единственное, чего здесь не было, — частного жилья. Зато имелась гостиница и несколько неплохих хостелов, где в основном жили те, кто здесь же и работал. В центре этого муравейника возвышалось офисное здание, блестящей стрелой устремленное в небо. Его верхние этажи были заняты сотрудниками, обслуживающими сам "Мираж".

Максим тяжело вздохнул и отошел от окна.

— Ну что же, основная часть работы проделана, — пробормотал он в тишине кабинета. — Теперь дело техники. Всё, как всегда.

Через некоторое время селектор снова пиликнул, сообщая, что девушка пообедала и вернулась на место. Охрана подняла его в этот кабинет ранним утром, поэтому он ее еще даже не видел, как и она его. Смешная ситуация. Еще бы вспомнить, как это делается, потому что смеяться он разучился очень давно. Только усмехаться. Как он и поступил, подумав, что вообще никого из наемных работников, обслуживающих "Мираж", пока не видел. Просто все были предупреждены, что с понедельника поменяется владелец здания. Вот он и поменялся.

Максим цинично усмехнулся, представляя суету персонала и их возможные разговоры. Люди везде одинаковы, и по своей глупости они очень боятся перемен, не понимая, что перемены — это сама жизнь. Глупцы! Копошатся, как навозные жуки в привычной навозной куче, боясь повернуть голову и увидеть другой мир. Что они видят здесь, утонув в однообразной работе и семейных склепах, воспитывая по своему образу и подобию жукообразное потомство? Трижды глупцы! Но это их выбор, и я им ни мама, ни папа. Поэтому мне их совершенно не жалко, пусть живут, как хотят. Единственное, что сейчас действительно напрягает, — это огромное количество будущих судебных оппонентов. Увидев воочию масштаб комплекса и объем предстоящей работы, он почувствовал некий дискомфорт. Это вам не триста затюканных периферийных акционеров, с которых начался его настоящий взлет на вершину пирамиды. Здесь их десятки тысяч!

Дело обстояло так, что у него была предварительная договоренность о продаже здания зарубежному конгломерату. Их интересовал объект целиком, в чистом виде, без арендаторов и каких-либо неисполненных обязательств. Предлагаемая цена была просто астрономической, подкрепленная письменными намерениями финансировать последовательный выкуп площадей. По сути, здание уже было продано, и все, кто в нем работал, должны были в панике искать новые места, но они, в неведении, пребывали в спокойствии, полагаясь на договоры о долгосрочной аренде. Как наивно! Будто это могло кого-то остановить. Глупцы!

На юридическое очищение площадей от обязательств он отводил себе год. Еще год был запланирован на окончательное оформление сделки, в течение которого здание должно было физически опустеть, а его карманы — раздуться от невероятного количества конвертируемой валюты. А дальше… Кто знает? Ему исполняется сорок, пора, как говорится, и о душе подумать. Но он не любил загадывать на столь долгий срок.

Может, попросить кофе, да заодно познакомиться с секретаршей? Она, наверное, уже вся извелась. Он хмыкнул, но тут же поморщился, потому что мог практически безошибочно предсказать, как она выглядит, как двигается и что говорит. Пришлось обслужить себя самому, благо на столе стояло несколько бутылок с минеральной водой.

— Матвей, ты где? — набрал он Тихого.

— В комнате охраны, — последовал незамедлительный ответ. — Разбираюсь с постами и работой камер.

Захват здания осуществлялся по отработанной годами схеме, с полной заменой охраны.

— Справляешься? — на всякий случай поинтересовался Максим. Объект такого масштаба им достался впервые.

— Да, работаем по плану, — хохотнул в трубку Тихий. — Пока без инцидентов.

— Добро, — ответил Максим и отключился, обдумывая свои следующие шаги.

В их компании повелось, что на захваченном объекте все знакомятся с Вадимом, его официальным и фактическим заместителем, а сам Шахов продолжительное время остается в тени, перемещаясь по кабинетам в образе безопасного для коллектива человека, якобы нанятого новым руководством на какую-либо должность. Впоследствии это очень помогало для принятия верных решений. Но сейчас был другой случай: их интересовало только здание, люди были, в принципе, не нужны, поэтому решили не заморачиваться, откровенно наплевав на их будущую реакцию. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Здесь никто в спасатели не нанимался. В связи с этим Вадима в обнулении "Миража" не задействовали, отправив того в долгожданный отпуск, а роль директора взял на себя Шахов. Такая роль Максиму никогда не нравилась, особенно необходимый для этого дресс-код. Вот и сейчас он был в обычных темно-синих джинсах и бежевой водолазке. Короче, на небожителя не тянул от слова совсем. Размышляя над всем этим, он пришел к выводу, что в таком виде собирать общее собрание не годится, хотя истинная причина была совершенно в другом — он просто не любил представать перед народом в таком виде! Это как прыгать в темную воду, не зная дна. Все надо сначала проверить, походить по этому самому дну лично, а уже потом смотреть на их перекошенные от удивления и страха лица.

Зачем он приехал в "Мираж" с утра пораньше, он и сам не мог понять, может, из любопытства? У них была такая фишка: пока не оформлены документы, не переступать порог объекта. Так было и сейчас. Изучив досконально весь комплекс, до сегодняшнего дня он внутрь не заходил, боясь спугнуть сделку. Теперь, когда стало можно, Макс просто не выдержал и приперся сюда самолично. Идиот, блин!

Может, подождать Вадима, когда тот вернется из отпуска и вновь погрузится в свое любимое занятие — ведение проникновенных бесед с людьми, разочарованными в жизни? А пока просто сменить охрану и понаблюдать за жизнью коллектива изнутри? "Соберись, тряпка" — мысленно приказал себе Макс, — "и сделай то, что задумал!"

Он уже собирался попросить Матвея, чтобы тот спустил его на личном лифте вниз, дабы никто не догадался о его истинной личности, когда в приемной раздался шум, гвалт, крики и брань. В следующее мгновение дверь распахнулась с грохотом, и в кабинет ворвалась крупная, визгливая дама с вычурной прической, раскрашенная, словно ярмарочная матрешка. Вслед за ней, вцепившись в её руку, влетела секретарша, чья внешность полностью соответствовала представлениям Максима. Завершала процессию любопытная девушка, явно уборщица, которая хихикала, наблюдая за развернувшейся сценой.

Все трое замерли в изумлении, увидев вместо важного директора в классическом костюме, с внушительным животом, обычного высокого мужчину в неприхотливой водолазке и джинсах, с холодным, бесстрастным взглядом.

— Что случилось, дамы? — с едва заметной неприязнью спросил он.

— А вы вообще кто такой? — пронзительно взвизгнула крикливая посетительница.

— Да помолчите вы! — вмешалась секретарша, затем строго посмотрела на Максима. — Потрудитесь объяснить, что вы делаете в кабинете директора, и где господин Шахов? Когда я уходила на обед, он был на месте.

— Неужели? — иронично протянул Макс.

Третья посетительница молча хлопала ресницами и рассматривала его с детским любопытством.

— А вдруг это и есть наш новый директор? — неожиданно произнесла она. — А вы тут устроили цирк, хи-хи.

— Иди работай, заканчивай уборку, — отрезала секретарша, затем вновь вопросительно уставилась на Максима.

— Присаживайтесь, пожалуйста, уважаемые, он скоро вернется, — произнес Макс, указывая на свободные стулья, затем обратился к секретарше: — Пока вы были на обеде, Максим Александрович встретил меня и спустился вниз. Скоро должен вернуться.

Девушку это объяснение удовлетворило, и она вновь набросилась на размалеванную даму:

— Альбина Фроловна, покиньте кабинет, пожалуйста, меня из-за вас с работы уволят.

— И правильно сделают! — тут же парировала Альбина Фроловна. — Вырядилась, как уличная девица, тьфу!

— Ну знаете! — возмущенно воскликнула секретарша, оскорбленная до глубины души. — А ну вон отсюда!

— Как бы не так! — "Матрешка" без колебаний сунула под нос той кукиш, размером с приличный чайник. — Бывший директор всегда принимал меня лично! И этот примет, никуда не денется.

— Вы у себя в пиццерии командуйте, а здесь нечего из себя начальника строить! — запылала праведным гневом до глубины души оскорбленная девушка.

— У меня в пиццерии хотя бы порядок! — гордо произнесла громбаба, и зыркнув злобным взглядом на Макса, язвительно добавила, — А не проходной двор, как у тебя.

Слегка ошеломленный этим театральным представлением, Максим набрал номер Матвея и тихо сказал:

— Поднимись ко мне.

— Кого это вы в кабинет директора приглашаете? — умудрилась расслышать его шепот недалекая секретарша.

— Начальника охраны, естественно, кого же еще? — пожал плечами Макс, устав от абсурда происходящего.

В этот момент к ним заглянула сообразительная уборщица:

— Может, здесь тоже протереть? В приемной я уже закончила.

Пока секретарша шумно наполняла легкие воздухом, Максим одобрительно кивнув девушке, громко хмыкнул:

– Протрите, конечно. Я смотрю, вы тут одна делом занимаетесь.

Та снова захихикала и скрылась в кабинете.

В этот момент в приемной зашипели двери специального, директорского лифта, и в кабинет вошел Матвей, с которым сотрудники уже успели познакомиться. Следом за ним возник внушительный громила, которого в далеком прошлом некоторые люди назвали Питоном.

— Здорово, Саныч, — пробасил он, широко улыбаясь. — Ни фига себе ты тут хоромы отхватил! Возьми меня секретарем, я тебя охранять буду. На Матвея какая надежда?

— Привет, Алексей, — Максим протянул ему руку. — Ты тут какими судьбами?

— Да вот, Тихий пригласил, — кивнул здоровяк в сторону Матвея. — Говорит, работа есть.

Ничего не понимающие женщины растерянно переглядывались, следя за мужчинами.

— Макс, ты чего хотел-то? — поинтересовался Тихий.

— Не Макс, а Максим Александрович, — поправил его босс. — Нужно сделать две вещи. Первое — посади кого-нибудь в приемную потолковее этой девицы.

Он указал пальцем на секретаршу с отвисшей челюстью, и продолжил, переводя карающий перст на матрешку:

— А эту можешь выкинуть в окно.

— Что?! — истерично взвизгнула та.

— Ладно, — согласился Максим. — Просто выгони всех из кабинета, пусть не мешают девочке убираться. Я сейчас домой, а ты предупреди коллектив, что завтра в девять утра общее собрание…