Омский горячий твой

55. Алена

Вечером мы нарядили елку, и Глеб разжег камин. Мы сидели на ковре у огня, пили бренди и ели мандарины. Глеб принес из кухни банку сгущенки. Он просто проделал в крышке две дырки и цедил ее прямо из банки, запивая бренди.

– Хочешь попробовать? – протянул он мне банку.

– Что я сгущенки не ела? – сморщила я носик.

– Такой нет. Это «Любинская». Из Омска мама летом привезла. Смотри, последняя банка осталась.

Глеб так разрекламировал сгущенку, что мне действительно стало любопытно, что в ней особенного. Я взяла у него банку и сделала глоток. Ну, да. Очень вкусно.

– И теперь бренди запей, – подсказал Глеб.

Гурман хренов, усмехнулась я про себя, послушно поднося стакан с бренди к губам.

Глеб положил голову мне на колени и закрыл глаза. Я гладила его по волосам. Разговаривать не хотелось.

– Я вот так с тобой всю жизнь готов пролежать, – сонно протянул Глеб, не открывая глаз.

Меня тоже разморило от алкоголя и огня. Плохие мысли улетучились, уступив место легкости и спокойствию. На секунду я забыла, что он конченный, поэтому мне хотелось того же, чего и Глебу.

Я уже не представляла жизни без него. Как я смогу проводить свой день, не видя его, как я буду спать, когда он не лапает меня жадно?

Может быть, мне не стоит уезжать навсегда? Просто проведаю родителей и вернусь?

– Иди ко мне! – Глеб убирает голову с моих коленей и сгребает меня в охапку, как будто знает, чего мне хочется больше всего на свете. Он кладет меня спиной к себе и вжимает в себя, обняв одной рукой. Вторую руку он кладет мне под голову. – Алена, не бросай меня, пожалуйста! – с надрывом просит Глеб, так что мое сердце пропускает удар. Я чувствую его поцелуи на своей шее и волосах, и у меня на глаза наворачиваются слезы. – Я же умру без тебя, Алена. Неужели ты не понимаешь?

– Глеб, я подумаю, – обещаю я. – Время еще есть. Не торопи меня.

Я закрываю глаза, чувствуя с одной стороны тепло от догорающего камина, а с другой стороны горячее дыхание Глеба и стук его сердца в мои лопатки. Чувствуя безмятежность в своем маленьком мире, я засыпаю.