Омский горячий твой

6. Глеб

Ко мне подбегают отец и Стас. Они хватают меня под руки и утаскивают к машине. Папа везет меня в БСМП, хорошо она не далеко от парка.

– Ты как, Глеб? – спрашивает меня Стас, помогая снимать на заднем сидении то, что осталось от доспехов.

– Нормально, – отвечаю я, чувствуя подступающую к горлу тошноту. – Пап, тормозни.

Отец останавливается на обочине. Я открываю дверь и выплескиваю содержимое желудка на дорогу одним разом.

– Может, у него сотряс? – пытается самостоятельно поставить мне диагноз Стас.

– Это от адреналина, – усмехается отец. – Выпить надо чего покрепче. Щас Айболиты тебя зашьют, и обмоем это дело.

Только в больнице я понял, о чем говорил отец.

Я же не мог видеть свое лицо. Левый глаз заплыл, нос сломан. Мне вправили шнобель, наложили на щеку семь швов, перемотали ребра эластичным бинтом и отправили домой.

После процедурной папа заставил меня зайти в еще один кабинет и снять побои. Я не собирался заявлять в полицию, поэтому упрямился.

– На всякий случай, Глеб, – уговорил меня отец.

Стас поехал с нами и остался с ночевкой. Я даже домой боялся зайти. Сейчас мама увидит мой заштопанный, заплывший ебальник и в обморок грохнется. А потом скажет отцу:

– Коля, а я говорила!

Но мама ничего такого не сказала, только вздохнула грустно. Так вздыхают все мамы, когда их дитятко двойку из школы принесет или кота блохастого.

Она накрыла нам на стол и поинтересовалась, можно ли мне спиртное при полученных травмах, когда увидела у отца в руках бутылку коньяка. Потом мама ушла к себе, видя, что намечается чисто мужская вечеринка.

– А ты молодец, Глеб! – поддержал меня Стас. – Я думал, ты, и минуты не продержишься. Ты видел, как у Девена кровища хлестала?

Конечно, видел. Но толку-то? Я проиграл. Пусть достойно, но проиграл.

– Надеюсь, сынок, она того стоила? – спросил у меня отец.

В том-то и дело, что нет.

Ночью Стас, ночевавший в соседней комнате, скинул мне несколько видео моего поединка. От боли в ребрах я не мог уснуть, поэтому все ролики пересмотрел по нескольку раз. Бой был действительно зрелищным, и я сражался достойно. Но названия видео были не в мою пользу.

«Омский мажор выхватил пизды»

«Опытный ролевик проучил салагу»

«Толкиенутые не поделили бабу»

Комментарии я даже читать не стал.

На одном из видео я нашел Кристину. Она уходила вместе с Олегом, а это означало, что она свой выбор сделала.

Утром я собрал остатки своих покореженных доспехов и отнес на помойку. Больше ни на полигоне, ни в «Викинге» я не появлялся.

Олегу было мало одной победы. Он накатал на меня заяву за тяжкие телесные, и потребовал компенсацию в полмиллиона рублей.

В то время эта сумма была просто нереальной. Где я возьму полляма? Я же палец о палец в жизни не ударил. Я был так подавлен своей неудачей, что уже заведомо проиграл суд, поэтому думал только о том, что придется продать тачку. Папа другую, конечно же, мне уже не купит. То, что мне грозил пусть и условный, но срок, меня почему-то не парило. Я больше расстроился, что не смогу теперь выехать за границу, а я, между прочим, уже путевку в Норвегию выбрал! Мои синяки и ребра зажили, поэтому я был готов к путешествию на родину тех самых викингов, а тут такой облом.

Отец, как чуял, чем все это обернется. Хорошо, что он настоял тогда на снятии моих побоев.

– На, почитай, балбес, – бросил передо мной отец копию уголовного дела. – Сядь и придумай сам, как выкручиваться будешь.

Я? Серьезно? Да я в универ для галочки хожу, чтобы папа мне денег давал, а мама подружкам рассказывала, какой сынуля молодец. Я троешник. Я еле сессию сдал. У меня два «хвоста» еще висят до сих пор.

Да разве можно выкрутиться? Я же человеку, чуть ногу не отрубил. Но отец был неприклонен.

– Давай, давай! – подбодрил меня отец. – Я уже все придумал. Твою версию хочу послушать. В интернете поищи! Я за него плачу, не только, чтобы ты порнуху смотрел! – Я беру из его рук документ, и скисаю окончательно. Может папа сам разберется, раз он все уже придумал? – Ты же как-то два курса отучился, сын? Неужели совсем ничего в башке не отложилось? Я, между прочим, деньги плачу не маленькие. Докажи, что не зря!

Это было первое уголовное дело, которым я занялся, как юрист. И первое дело, которое я выиграл. С помощью отца, конечно же, но все равно было здорово.

Мы доказали, что Олег был инициатором мордобоя. Мечи настоящие тоже появились по его желанию. А названия роликов, которые приобщили к делу, говорили о том, что я и есть пострадавшая сторона.

Нам обоим могли бы "впаять" еще и хулиганство, но обошлось.

Полмиллиона, которые он потребовал с меня, мы высудили у него. Он отдавал потом еще несколько лет, но я стряс все до копеечки. Тогда я понял, что юристом быть, не так уж и плохо, даже, наверное, хорошо.

Кристина на суд не пришла, хотя ее вызывали в качестве свидетеля. Причиной было ее плохое самочувствие. Девчонка была беременна. Я не мог знать, правда это или нет, но я был уверен, что не от меня. Я всегда предохранялся. Наверное, от Олега. Наверное? После я узнал, что моя первая любовь позволяла себя «подвозить» до дома, не только мне, а еще много кому.

Тем больнее мне было и обиднее.

Я искренне желал им с Олегом всех бед и несчастий на земле! Чтобы они сдохли в нищете, чтобы он пиздил ее каждый день и тоже ей изменял! Да много еще чего...

Да ладно, чё вы? Все своим бывшим такого желают. Да еще и не такого!

Сто раз я представлял, как мы встретимся через много лет. Я, естественно, в «Ролексах» и на крутой машине, весь такой умопомрачительный. А она старая, толстая, с тремя детьми от разных мужиков. И тут она понимает, кого потеряла, а я на нее даже и не посмотрю.

Простил ее только уже войне, когда узнал, что Олег бросил ее с ребенком. За это он бился со мной? За это мы чуть друг друга не поубивали? За это он поллимона мне выплатил? Чтобы потом вот так?

На войне я вообще всех за все простил. Всех, кроме него.

Из универа меня вышибли тоже из-за всей этой истории. Меня затрахали насмешки таких же мажоров, как и я. Почему-то смешно было только им.

Я разбил одному ебало, потом второму. Поскольку выдающимся студентом я был только по «долгам» с прошлой сессии, причем по двум предметам, меня отчислили сразу. Даже отцовские связи не помогли.

Я был даже рад. Мне хотелось уехать и забыть свои несчастья.

Уехать получилось. Забыть – нет.

Шрам на лице каждый божий день напоминал мне о моей несчастной любви.

После того, как я уже отвоевал, еще в поезде, я отпустил бороду, так что теперь кроме меня и еще половины Омска никто не мог догадаться о том, что случилось в прошлом.

К тому времени, как я восстановился в универе, все забыли эту историю. А может быть, теперь боялись сказать мне лишнего, даже в спину.

Я стал настоящим мужиком, так что мог призвать к ответу любого.

И не только в Омске.

Сейчас вокруг меня так мало настоящего. Куда ни плюнь – алчность и фальшь. Все и все покупаются и продаются. Все кого-то строят из себя. Мне скучно. Нестерпимо скучно. Иногда хочется блевать, глядя на бездушных богатеньких ублюдков, но потом я вспоминаю, что сам такой, и меня отпускает.

То, от чего я уехал из Омска, догнало меня на запоздалом поезде уже тут в Москве, спустя годы. Но лучше так, чем я работал бы грузчиком.

Если бы моим отцом был кто-то другой не исключено, что я бы уже где-нибудь мотал срок, возможно не первый.

Теперь у меня есть водитель-телохранитель. Мой двухэтажный дом в элитном районе тоже охраняется, поэтому я берусь за самые лютые дела. За которые башку могут на раз оторвать, но это хотя бы вносит в мою жизнь разнообразие. Для меня это просто развлечение. Прибыльное развлечение.

Остальной мелочевкой занимаются мои сотрудники. Юристы стоят в очереди, чтобы попасть в мою фирму. У Малиновского Г.Н. престижно работать. Я хорошо им плачу. Мне хватает денег, более чем, поэтому я не стремлюсь заграбастать полмира чужими руками. Может, стоит открыть филиал?

Я больше не ношу костюмов. Мне плевать на дресс-код. Могу себе позволить. Я не хожу в суд в трениках, но и пиджаки не моя тема. Мне гораздо уютнее в джинсах и футболках. Рубашки по особым случаям.

Мой мощный торс производит впечатление в суде, особенно на недотраханных дамочек. На мужиков я давлю взглядом и интелектом, невзначай поигрывая мышцами. Грех прятать свое могучее тело под скучным пиджаком.

Я исправно занимаюсь спортом. Иногда жму штангу, иногда молочу грушу. Сегодня бился с телохранителем. Он навалял мне легко и непринужденно. Обидно с одной стороны получать от своего персонала по морде, с другой стороны, хорошо, что он в форме.

Огромный шкаф с кулачищами, что кувалды, не очень отличался интеллектом, зато был готов работать на меня 24/7. Вопросов не задавал, не пил, не курил, был всегда начеку. Даже имя его ему подходило – Валера.

Мы познакомились случайно. Подрались в клубе, не поделив девчонку. Он дал мне пизды, а я предложил ему работу