Опасные отношения

25

КСЕНИЯ

Всё никак не могла поверить, что это случилось, однако это действительно произошло – я восстановилась в универе. На следующий день, когда появилась в стенах альма-матер, Елена Васильевна даже обняла меня, её тоже захлёстывали эмоции:

- Слава богу, что история закончилась именно так, а не иначе, - взволнованно сказала она. – Я совсем извелась из-за твоего отчисления. Сама едва не потеряла работу, Антон Николаевич метал гром и молнии… Но теперь всё будет хорошо. Давай твои документы, сейчас мы всё оформим…

Пару часов я ходила по кабинетам, решая организационные вопросы. Тут меня поджидал неприятный сюрприз. Так как моя стажировка внезапно оборвалась, выяснилось, что придётся досдать три зачёта. Хорошо, что хотя бы с экзаменами всё было в порядке.

- Ничего страшного, все преподаватели на месте, будешь отлавливать их по одному и потихоньку закрывать «хвосты», - успокоила Елена Васильевна.

Но эта новость не выбила меня из колеи, ничто не могло испортить мне настроение, я пребывала в нирване.

В кабинете методистов попала под артобстрел – на меня набросились с жадным интересом. Глаза у дам пылали любопытством, они уже знали о вчерашнем визите Никиты Кольцова к декану.

- Надо же, какое триумфальное возвращение! – удивилась одна из методистов.

- А вы очень изменились, Ксения… - сказала вторая. – Дайте-ка на вас посмотреть.

Я и сама вдруг взглянула на себя глазами сотрудниц и застыла в полном изумлении. Эффектный летний костюм небесно-голубого цвета, туфли, сумочка… Всё это подобрал стилист Никитиной мамы, а она оплатила. Плюс кольцо, подаренное Никитой… А в кошельке спрятана банковская карта с доступом к бездонному счёту миллиардера Кольцова.

С ума сойти!

Что и говорить, мой сегодняшний образ очень отличался от того, как я выглядела раньше. Незаметно из обычной девчонки превратилась в богатую столичную барышню…

- Ксения, вы где сейчас живёте в Москве? Нужен ваш адрес.

- Ой, а я и не знаю… - пробормотала растерянно. – Сейчас спрошу…

Написала в мессенджер Никите, а потом продиктовала адрес методисту. Та внесла его в ведомость и прокомментировала:

- Значит, теперь вам общежитие не нужно.

Я на секунду зависла. Ведь всего неделю назад, когда надеялась поступить в другой вуз, не сомневалась, что перееду в общагу сразу же, как только мне предоставят там место. Но сейчас идея переезда казалась несколько странной. Как же я расстанусь с Никитой? А с его близкими?

- Конечно, общежитие не нужно, - фыркнула другая дама. – Выходить замуж за наследника миллиардера и ютиться в общаге? Это же полный бред!

- Да, у Ксении началась новая жизнь. Эх, я прямо завидую, - вздохнула самая молодая сотрудница. – Вот бы и мне так!

- А в чём проблема? Найди миллиардера и заставь в себя влюбиться, - посоветовали коллеги.

В три часа Никита забрал меня из университета, и мы отправились гулять в парк. Бродили по широкой аллее вдоль пруда, кормили уток, бегали друг за другом, обнимались и целовались.

Затем уселись на скамейку под раскидистым дубом, и я позвонила домой по видеосвязи. По моим расчётам, мама сейчас должна была забирать Маришку из садика.

К счастью, я не ошиблась, и мы смогли поговорить. Боялась, что мама грохнется в обморок, когда услышит известие. Она действительно изменилась в лице, её глаза моментально наполнились слезами, губы задрожали:

- Тебя восстановили в университете… Господи… Доченька, я так рада…

Маришка подпрыгивала рядом, махала руками и кричала:

- Ксюшенька, Никитушка, привет! Спасибо за подарки! Они мне очень-очень понравились! А когда вы к нам приедете?

- Привет, кнопка, добрый вечер, Софья! Приедем сразу же, как появится возможность, - пообещал Никита. – Софья, а вас я прошу ещё раз хорошо подумать над моим предложением. Вы понимаете, о чём я говорю.

- Ох, Никита… Давай не будем об этом… Ксюша, милая, поздравляю тебя! Но это точно? Ты снова студентка?

- Да, мам, да! Совершенно точно. Я весь день провела в универе, оформляла документы.

- Как я тобой горжусь, доча! Можно я завтра всем похвастаюсь, что тебя восстановили?

- Можно! И нашей географичке Алёне Владимировне обязательно расскажи, когда её встретишь, ладно? А то она ужасно расстроилась, что меня отчислили.

- Скажу ей. Ох, как я рада!

***

Вечером после душа я свалилась на кровать совершенно измученная, но счастливая.

- Ложимся пораньше, - объявил милый, появляясь из ванной комнаты в домашних шортах. Полотенцем на бёдрах он больше меня не радовал, я уже и не надеялась когда-нибудь снова увидеть такую красоту.

Я проследила, как Никита устраивается на диване, полюбовалась его мускулатурой – мышцы так и играли, пока он сражался с подушкой и одеялом.

- Ты не забыла, зайка, мы завтра летим в командировку.

- Нет, Никита, я не могу! – Подскочила на кровати, села, прижав к груди подушку. – Мне ещё три зачёта надо сдать. Поэтому завтра я снова поеду в универ.

- А как же командировка? – резко приуныл Никита. – Мы же договорились!

- Нет, это ты всё решил. А я своего согласия не давала.

- Ты сказала, что не можешь лететь со мной, пока не решён вопрос с твоей учёбой. Мы этот вопрос решили, ты снова стала студенткой.

- Никитушка-а-а, - жалобно протянула я. – А как же мои три зачёта? Можно я останусь? Не буду отвлекать тебя от работы. И потом, ты же ненадолго?

- На пару дней, - буркнул расстроенный рыцарь.

- Ну вот. Зато успеешь по мне соскучиться!

Никита вдруг легко подскочил с дивана и в мгновение ока переместился ко мне на кровать. Сел рядом, отобрал подушку и швырнул её в сторону, стиснул предплечья горячими ладонями.

- Да я уже сегодня успел по тебе соскучиться! Пока ты тусовалась в универе. Знаешь, как соскучился? Ужасно!

Я молчала и не могла оторвать взгляд от Никитиных мощных плеч. А он в свою очередь приклеился к моей груди, едва прикрытой кружевом шёлковой ночнушки.

- Не хочу с тобой расставаться, - севшим голосом пробормотал Никита и притянул меня к себе. Поддел пальцем бретельку комбинации, спустил её вниз и прижался губами к моему плечу.

Поцелуй вспыхнул на коже огненным цветком. У меня остановилось дыхание. И сердце тоже остановилось…

Я поплыла, ощущая себя расплавленным воском. Никита не ограничился моим плечом – короткие поцелуи обжигающим веером разлетелись по моей груди. В голове зашумело, картинка перед глазами поехала в сторону…

Сначала я судорожно вцепилась в широкие запястья парня, инстинктивно сопротивляясь его напору. Но через секунду сдалась и прильнула к нему всем телом. Теперь только тонкий шёлк ночной сорочки разделял нас…

Ждала, что сейчас наши губы сольются в поцелуе, и приготовилась снова испытать то восхитительное чувство, когда превращаешься в пёрышко и танцуешь в восходящих потоках горячего воздуха, а твои вены наполняются шампанским…

Однако… Ничего не произошло!

Никита слегка отодвинулся, минуту смотрел прямо мне в глаза, а потом…

Потом он нежно чмокнул меня в нос и встал с кровати.

- Спокойной ночи, малыш. Ложись. Давай-ка я тебя укрою одеялом. Или выключить кондишн?

- Никита… Ты уходишь? – Уцепилась за тяжёлую ладонь, потянула парня обратно к себе.

- Ухожу. На диван, - вздохнул милый.

- Но почему?! Ты же не хочешь!

- Конечно, не хочу.

- Тогда не уходи…

Я передвинулась к центру кровати, освобождая место для Никиты. Сейчас больше всего на свете мне хотелось снова прижаться к нему, вдохнуть его запах. Казалось, если это немедленно не произойдёт, я взорвусь. Меня переполняла нежность, я изнывала и плавилась.

- Нет, малыш, не могу, - охрипшим голосом отказался Никита. – Ты что! Не провоцируй, крошка. Мне и так непросто ночевать с тобой в одной комнате… Это суровое испытание для моих нервов…

- Никитушка… - у меня тоже сел голос. Снова потянула милого за руку, не отпуская.

Не знала, что желание может так терзать тело. Раскалённые змеи вились вдоль позвоночника, стягивали поясницу, опутывали бёдра. Кожа стала настолько чувствительной, что я ощущала каждый миллиметр шёлка, прикасавшегося к ней. Грудь болезненно ныла.

- Ксюша, что ты делаешь, - прошептал Никита, нависая надо мной. – Я же не железный… Я не смогу остановиться…

- Так не останавливайся! – в отчаянии выпалила я.

- Ты же девочка… Не хочу делать тебе больно…

- Ты хочешь, чтобы больно мне сделал кто-то другой?

- Да я любого на лоскуты порву, кто тебя обидит! – зарычал Никита, в одно мгновение превращаясь из милого юноши в разъярённого зверя.

Перевоплощение было настолько быстрым и неожиданным, что я вздрогнула. А потом приподнялась, обняла Никиту за шею и увлекла его за собой на кровать.

Через секунду моя сорочка и Никитины шорты улетели куда-то в сторону, а мы остались под одеялом голышом. Я испытала блаженство, когда Никита придавил меня к кровати всей своей массой - это было невероятное ощущение.

- Если вдруг передумаешь, всё-таки, дай знать, - выдохнул он между двумя поцелуями.

- Ты же сказал, что не сможешь остановиться…

- Точно не смогу… Ты слишком меня заводишь…

Никита снова принялся меня целовать, и я забыла обо всё на свете. В звенящей пустоте осталась лишь одна мысль – пусть это никогда не заканчивается. Комната плавала в золотистом тумане. Возбуждение накапливалось и усиливалось, оно уже затопило меня, как морской прилив.

Мы впечатались друг в друга каждым сантиметром кожи, и если вдруг разъединялись, чтобы поменять позу, то новое объятие было ещё более сладким.

С каждым поцелуем Никиты для меня открывался неизведанный мир чувственного наслаждения. Нервные рецепторы реагировали на ласки и прикосновения, я то и дело вздрагивала от пронзительных вспышек удовольствия, с которым ещё не была знакома.

Никита так умело обращался со мной, так ловко дразнил и будоражил, что вскоре мне захотелось чего-то более… ощутимого.

Я таяла и всхлипывала и уже ни о чём не думала, лишь с готовностью вручала себя партнёру, не сомневаясь, что он всё сделает правильно.

Смутилась только на мгновение – когда, открыв глаза, вдруг обнаружила, что наше одеяло куда-то испарилось. Когда это произошло? Была настолько разгорячена поцелуями и объятьями, что даже не заметила, что лежу совершенно голая. Если что меня и укрывало – так только броня из литых мускулов Никиты.

- Ты невероятно красивая… - восхищённо прошептал он.

Напряжение становилось невыносимым, ласки опытного партнёра подтолкнули меня к границе, когда удовольствие превращается в сладкую пытку, и уже нет сил его терпеть.

- Никита… - простонала я. – Милый…

- Ксюша… Я влюбился в тебя… Ты сводишь меня с ума, - признался Никита.

Он снова накрыл мои губы жарким и требовательным поцелуем, а в следующую секунду я почувствовала, что на меня надвигается нечто неумолимое и твёрдое, как монолит, от чего не увернуться и не сбежать. Успела только испуганно распахнуть глаза и ахнуть… И тут же низ живота пронзила острая боль - она вспыхнула яростно и ярко, опалив каждый нерв.

- Малышка… Потерпи немного… - лихорадочно прошептал Никита и прижался своим лбом к моему.

А уже через пару мгновений боль растворилась в горячих волнах удовольствия, которые накатывали одна за другой и поднимались всё выше, пока не захлестнули меня с головой. Я задохнулась, из глаз брызнули слёзы.

- Милая, прости… - Никита на миг придавил меня, с глухим рычанием уткнулся мне в плечо, но тут же перекатился в сторону. Всё его тело содрогалось от сладких конвульсий. Я пока не могла разделить с ним это блаженство.

- Малышка… Сделал тебе очень больно, да?

Я улыбнулась сквозь слёзы. От резкой боли не осталось и следа, сейчас я испытывала только бесконечную нежность к молодому мужчине, который только что превратил меня в женщину, сделал своей.

Никита лёг на спину и подтянул меня к себе, уложил на грудь. Прямо в ухо стучало его сердце, его ритм ещё не выровнялся после испытанного удовольствия.

- Не ожидал, что сегодня получу от тебя такой подарок, Ксюш… Теперь ты полностью моя. Моя девочка, моя женщина. И… Прощай, диван!

Я засмеялась и погладила Никитино плечо, потёрлась носом о его твёрдую грудь.

- Ник, а тебе… со мной… Тебе со мной понравилось? – спросила неуверенно.

- Да я в раю побывал! Я так долго мечтал об этом!

- Правда?

- Ты смеёшься сейчас, да?

- Да ты дрых, как сурок, на своём диване и не обращал на меня никакого внимания! Почти две недели!

Никита сжал мою голову ладонями, заставил приподняться и пару секунд пристально смотрел в глаза.

- Не обращал внимания? Ох, какая же ты у меня, оказывается, глупая, Ксюш! Дурочка маленькая.

Затем произошло что-то непонятное – каким-то загадочным образом Никита снова очутился сверху, а я под ним, лишённая возможности пошевелиться. На меня снова обрушился поток жарких поцелуев, и вскоре я почувствовала, как всё тело опять затапливает возбуждением…