Отвергнутая жена повелителя демонов

Глава 3

«Ой. А вдруг я убью в поединке Ксиана. От Леаны влетит», — подумал он, но тут же успокоил себя, что это маловероятно.

Ксиан нехорошо усмехнулся и вдруг ткнул указательным пальцем с силой в болевую точку Шенли между ребер. Дождался, пока тот заскулит от боли, застонет. И резко отпустил. Шенли упал, свалился кулем к его ногам. А Ксиан презрительно потрогал его носком сапога.

— Поединок? Вот такой из тебя воин, Шенли? Уж прости, но марать руки я о тебя не буду. Будь моя воля, я просто высек бы тебя собственноручно, как нашкодившего мальчишку. Да ты слишком взрослый для подобного обращения. Так что радуйся! Вставай и чеши отсюда, понял? А мы с Леаной сами разберемся… кем являемся друг другу. И в наших отношениях тоже. Без помощников обойдемся.

Высокий, красивый, статный, Ксиан напоминал того самого безжалостного демона, явившегося на штурм дворца Тяотань. С одной единственной разницей. Тогда он шел на штурм ради сердца императрицы Леаны. А сейчас… ему не за что и не с кем было воевать.

— Что ж тебя этот Гуанмин не добил? — проворчал Шенли, потирая бок. — Или хотя бы кнутом прошелся бы, все спеси меньше было бы! Кто тебе, вообще, сказал, что ты повелитель! Сказали бы, что последний слуга и ночные горшки за нами выносишь.

Он продолжал бурчать, поднимаясь на ноги. Из дома тем временем показалась Цзин. Она уперла руки в боки, смеривая обоих злющим взглядом.

— Подрались, значит! Хочешь сражаться с кем-то — выбери равного, Ксиан! Демона, как и ты! — тон у нее был такой, словно она отчитывала Юна за проделку.

— Я равны-ый, — провыл Шенли, но она лишь отмахнулась.

Леана дождалась, пока Цзин отойдет. И вышла из кустов, наблюдая за тем, как рыжехвостая лисица уводит ребенка обратно в дом. Юн снова выскочил, не мог усидеть на месте от волнения.

— Леана? — растерялся Шенли, когда она подошла ближе к мужчинам и воинственно уперла руки в бока. — Как давно ты здесь находишься?

Голос брата и вправду напоминал ей голос нашкодившего мальчишки. Но на нее это никогда не действовало.

— Столько, сколько мне нужно, мой дорогой братец, — в ее тоне был щедро разлит яд.

Леана окинула долгим жестким взглядом умолкнувшего Ксиана. Кажется, даже ему стало неловко от мысли, что она могла услышать его речи.

— И что ты слышала, с-сестра?

Если бы у Шенли были ушки, как у Цзин, он прижал бы их к голове. Только даже прежняя Леана в детстве не велась на подобную умильную мордашку братца. Тем более попаданка! Леана не выдержала и размахнулась пощечиной. Не такой уж сильной, но хлесткой и унизительной.

— То, что ты плетешь интриги за моей спиной! Мечтаешь об императорском троне. Но ты забыл, Шенли! Даже без Ксиана я императрица. И я ни за что не дам тебе погубить свои земли твоим раздолбайством! Так что, если не хочешь сидеть со своей ручной лисичкой под замком, забудь о том, чтобы как-то обманывать Ксиана и играть с ним, пользуясь его состоянием! — выговорила Леана, кипя от гнева, а потом повернулась к Ксиану. — А что насчет тебя… Что же ты не вышвырнул меня сразу? Не остался в руках тех прелестниц? Побоялся, что они заласкают тебя до смерти? — Леана перехватила его за шелк ханьфу на груди, глядя в глаза со злостью и слезами.

Ксиан стиснул зубы. Он даже не смотрел в сторону Шенли. Этот слабак был ему не интересен. А вот Леана… если все, что она говорила, — это правда, он мог понять, за что он выбрал эту девушку себе в жены. Она была красивая и с характером. Не из пугливых! Раз собиралась противостоять самому повелителю демонов.

— Леана, послушай… — его щеки вспыхнули против воли, как у нашкодившего ребенка.

Он подошел к Леане ближе и успокаивающим жестом коснулся ее щеки, проведя кончиками пальцев по нежной коже. Но она отшатнулась от него, как от ядовитой змеи.

— Не трогай меня! — прошипела Леана.

Ксиан вздохнул.

— Леана, мне не за что извиняться. Я увидел тебя впервые там, во дворце, несколько часов назад. Да, по доброй воле я не ушел бы, но… — Ксиан помедлил, но все-таки решил сказать правду. — Но мне стало тебя жалко, Леана. Когда ты рассказала, что Гуанмин мучил тебя в подземельях. А без меня ты не выбралась бы. И я решил… спасти тебя. И помочь сбежать. Вместе.

— Так ты спас меня из жалости⁈ — Леана отшатнулась от Ксиана, щурясь, как на холодном ветру. — Тогда мог бы оставить прямо там! И развлекаться с теми распутницами дальше! Тебе же это так понравилось⁈

На последних словах она подалась вперед, выдыхая это провоцирующе прямо в губы Ксиану. Так, будто вот-вот поцелует его. Хотя на деле ей хотелось другого. Остаться наедине. Толкнуть его к дереву. Жестко рвануть полы его ханьфу и провести ладонью по животу, царапая нежную кожу. А потом попросту сжать его член в пальцах. И ласкать, и терзать, и мучить, и не давать сгореть, пока он не вспомнит ее!

Его глаза сверкнули в ответ. Не то гневом на дерзость Леаны. Не то азартом! Все-таки… ему нравился ее характер. Иначе не пошел бы за ней прочь из дворца, из сладкого плена в руках тех красавиц.

Ксиан был не из тех, кто обманывал себя. Поэтому признался себе в этом сейчас. В том, что ему понравилась Леана. Пока не стало слишком поздно, и упрямая девчонка не привязала его к себе еще больше.

— Мне понравилась ты, Леана, — холодно процедил Ксиан, хватая за талию и впечатывая свои губы в ее.

Леана пыталась увернуться, чтобы избежать поцелуя. Но его пальцы жестко зафиксировали ее волосы, не давая повернуть голову в сторону.

— Я никогда не делаю ничего против своей воли. Значит, мне захотелось пойти с тобой, Леана. Если бы ты не привлекла меня, я остался бы с теми распутницами. И мне было бы плевать на то, как мучил, как пытал тебя в подземельях Гуанмин!

Он не понял, почему, но девушка вспыхнула румянцем стыда при одном только упоминании о подземельях. Ксиан не придал этому значения. А зря.

— Я… пойду! Там Юну скучно! — пискнула Леана, выворачиваясь из рук Ксиана.

Где-то на фоне хмыкнул Шенли, стоящий поодаль. Она показала бы ему кулак, будь в другом настроении. Но на самом деле Леана бежала не от смущения. Ей было стыдно за случившееся в подземельях. Что, если, узнав об этом Ксиан, настоящий Ксиан, помнящий и любящий ее, оттолкнул бы ее? Не захотел бы коснуться даже опороченного тела? Тела, которое вилось от удовольствия в руках врага. И пусть Леана тогда не помнила законного супруга, но… Она зажмурилась, пытаясь справиться с подступившими слезами. И побежала прочь. Совсем не туда, куда ушел Юн. А просто, в пустоту, пока не забрела в цветущий сад, садясь прямо на покрытую лепестками землю.

«Как же ты простишь меня, Ксиан?» — подумала она, съеживаясь в клубочек.

Ксиан бросился следом за Леаной. Да, сейчас было сложное, нервное время для него. Но он не хотел обидеть девочку. Его… девочку. Интересно, почему даже мысленно он называю Леану своей?

— Леана? Прости меня. Я погорячился. Меня разозлил Шенли со своей глупой манерой решать все за тебя и меня. Со своими интригами. Поэтому я брякнул, не подумав. Конечно, ты мне дорога. Я просто хочу во всем разобраться и все вспомнить. А те прелестницы мне не нужны.

Его ладони легли на плечи Леаны и заскользили вниз в легкой ласке. Ксиан словно пытался понять… каким образом их тела отреагируют друг на друга. Пробовал разбудить свое тело? Разобраться заново в себе и Леане? Ведь их слишком сильно тянуло друг к другу. Это не могло быть ошибкой. Значит, прежде их что-то связывало. И он хотел вернуть свою память. Любой ценой!

Леана рвано выдохнула, подаваясь навстречу Ксиану. У нее задрожали ресницы, взгляд чуть помутнел. Она реагировала на него так же, как в первую встречу. Даже будучи уже замужем. Жаль, что он это не помнил. Зато помнило ее тело.

Леана зажмурилась. Ей было обидно! Отзываться каждой клеточкой на этого мужчину, несмотря ни на что. Но в то же время… Ксиан ведь извинился?

— Прости и ты, — прошептала она едва слышно. — Мне так странно смотреть в твои глаза и видеть, что ты совсем ничего не помнишь о нас.

Леана с болью, с легкой опаской потянулась к его лицу, чтобы едва-едва огладить по щеке кончиками пальцев. Боялась, что оттолкнет. Или что останется холоден. Она не знала, что страшнее.

Ксиан легко улыбнулся и потянулся к Леане. Ловко подхватил ее под спину и уложил на траву, осыпая невесомыми поцелуями ее шею, расстегивая ханьфу, чтобы спуститься губами еще ниже.

— Знаешь… — серьезно протянул он, пока не падая в ласки на все сто процентов, а лишь дразня и играя с девушкой кончиками пальцев. — Мне кажется, что мое тело, мое подсознание что-то чувствует. Что мы с тобой были близки. Поэтому с первой встречи я доверился тебе и сбежал с тобой, хотя меня не обижали.

Ксиан слегка хмыкнул. Вспомнил почести Гуанмина, которыми он осыпал пленника, пытаясь обмануть его.

Ксиан горячо поцеловал Леану. Но почувствовал, что девушка чего-то боялась… чего-то, совсем не связанного с ним. Он это чувствовал. Ее тело было напряжено. И Ксиан хотел бы помочь ей расслабиться.

Леана тихо застонала, когда поцелуй стал напористее. Ксиан будто силой заставлял ее поддаться, освободить свое тело. Забыть о том, что случилось в подземельях. О том, что ее тело… откликнулось тогда на другого. Ксиан стирал своими губами с ее поцелуи Гуанмина, и он исчезал из ее головы.

— Тогда может, твое тело вспомнит еще что-то? — выдохнула Леана в губы Ксиану, робко потершись о него.

Ее ладони скользнули по его плечам и груди к расшитому поясу ханьфу. Пальцы от желания поджались. Она неосознанно притянула Ксиана ближе так стыдно, чтобы они прижались бедрами, чтобы потерлись друг о друга, как два распаленных животных.

Ксиан, если честно, перестал задумываться о прошлом с Леаной. Его тянуло к ней здесь и сейчас. Этого было достаточно.

Он нетерпеливо рванул ее ханьфу, ткань жалобно треснула под его напористыми пальцами. А его губы жадно набросились на Леану, клеймя шею девушки горячими поцелуями. Скользнули ниже, накрыли ее сосок. Пальцы Ксиана резко опустились к низу ее живота в такой дерзкой ласке.

Ему было плевать, что они с Леаной на данный момент почти незнакомые люди. Его желание взяло верх перед разумом. И он провел кончиком языка по темнеющему следу на плече, задумчиво прищурился. Откуда у Леаны такой синяк странной формы? Цепи, что ли, в подземельях, так вывернуты были? Но ему было не до того, чтобы об этом задумываться. Ксиан продолжил целовать Леану, не слушая ее возражений. Изучая заново каждый сантиметр ее тела, прикусывая, лаская, играя с нежной, чувствительной кожей.

Леана выгнулась всем телом под Ксианом, хватаясь за складки его ханьфу, едва не разрывая тонкий шелк. Зато стягивая с плеча. Слишком ярко, слишком горячо отзывалось ее тело на его руки и губы. Заметил ли он, что она моментально стала влажной? Зажглась первыми же ласками, как не могло быть с незнакомкой.

Только щеки у нее загорелись румянцем стыда, и Леана чуть отвернула лицо, когда Ксиан уделил внимание следу на ее коже. Оставленному не грубым камнем или цепями, а горячими губами Гуанмина. Захотел бы Ксиан ее касаться, зная, что она побывала в руках другого? Или оттолкнул бы ее сию же секунду?