Пленница в Рождество

12

ТЕЙЛОР

Я постанываю в рот Николасу и практически растворяюсь в нем; его губы такие мягкие и нежные рядом с моими. Он сжимает мои бедра и разворачивает меня так, что я оказываюсь верхом на нем. Я ахаю, когда мой чувствительный клитор упирается в огромную выпуклость, скрытую под его брюками. Он понимающе ухмыляется и быстро раздевает меня, прежде чем уложить на спину.

— Такая красивая, — бормочет он, глядя на меня сверху вниз с таким желанием в глазах. Я никогда раньше не испытывала такой потребности от мужчины. У меня никогда раньше не было настоящих отношений, поэтому я не привыкла, чтобы на меня смотрели так, как сейчас смотрит на меня Николас.

Мои щеки пылают, когда он раздевается сам, его глаза не отрываются от моих. Я прикусываю нижнюю губу и поджимаю ноги, чтобы не натворить беспорядка на диване.

С веселым блеском в глазах Николас опускается на меня сверху и раздвигает мои ноги. Я обвиваю ими его талию и притягиваю к себе, наслаждаясь ощущением его твердого тела на мне. Я оценивающе провожу руками по его татуированному торсу и провожу ногтями по их контурам.

Николас хватает свой член и медленно входит в меня. Я уже настолько влажная и нуждаюсь в нем, что это не требует никаких усилий. Мы встречаемся взглядами и вздыхаем от удовольствия.

Черт, он чувствует себя потрясающе.

Я притягиваю его голову к себе и просовываю свой язык ему в рот. Не дожидаясь, пока я привыкну к нему, он начинает трахать меня.

Мои глаза закатываются, когда его толстый член трется об это чувствительное местечко внутри меня, и я так возбуждена, что чувствую, что кончу в любую минуту.

— О, Боже, — выдыхаю я, впиваясь ногтями в его бицепсы.

Николас кусает меня за шею сбоку и зализывает рану, заявляя на меня права. Мысль о том, что я принадлежу только ему, возбуждает меня.

Сейчас мы оба на грани оргазма, и когда его бедра начинают подрагивать, я знаю, что он вот-вот кончит. Его затрудненное дыхание, мои жалобные стоны и эротическое шлепанье влажной кожи о кожу наполняют комнату.

Николас напрягается, прежде чем изрыгнуть череду проклятий, когда он взрывается внутри меня. Меня заполняет так много его спермы, что я чувствую, как она выливается наружу. Секунду спустя я испытываю свой собственный оргазм на его члене, и мы держимся друг за друга, пока катаемся на волнах удовольствия.

Николас падает на меня горячей, потной грудой, и я обнимаю его и запускаю пальцы в его волосы.

Когда мы, наконец, можем отдышаться, Николас берет меня на руки и несет в ванную. Он наполняет для нас горячую ванну и осторожно укладывает нас внутри. Прижимаясь к нему, я поворачиваюсь так, что мое ухо оказывается у него на груди.

Я улыбаюсь, слыша, как его сердце бьется в унисон с моим, и, несмотря на необычный характер наших отношений, решаю, что могла бы к этому привыкнуть.

— Счастливого Рождества, любимая, — бормочет Николас в мои волосы. Я прижимаюсь лицом к его шее и шепчу: — Счастливого Рождества.

Конец