По закону гор

Глава 17

И снова дни стали казаться ему длиннее обычного. И каждый ушедший час – как награда, приближающая его к заветной встрече. В жизни обоих наступил этап, когда каждое свидание – это большой, но ужасно короткий праздник, а расставание между ними – маленькая, но такая длительная трагедия!..

В душе же Лейлы перемешались и счастье, и страх. Ей так хотелось с кем-нибудь посоветоваться, рассказать о чувствах, охвативших ее, но с кем? Мама с детства внушала ей, что нужно поступать так, как скажет отец. И еще то, что она должна быть благодарна ему за все, что он для нее сделал. «Никогда она меня не поддержит и не поймет, что творится в моей душе», – грустно подумала девушка.

А сил дольше противостоять любви, внезапно ворвавшейся в ее спокойную и размеренную жизнь, Лейла была уже не в силах. Она летела на ее яркий свет, подобно мотыльку, рискуя обжечь крылья и даже погибнуть в жарком пламени.

Наконец, и родные начали замечать в ней перемены. Лейла стала молчаливей, часто надолго запиралась в своей комнате. Единственное объяснение, которое они могли найти этой резкой смене настроения, – с одной стороны усталость, а с другой – успехи и поощрения на работе. Отец уже давно подумывал о ее дальнейшей судьбе. Но пока не было подходящей кандидатуры, а мама даже никогда и не говорила с дочерью на эту тему, словно ее дочери вовсе и не нужно было выходить замуж.

В этом доме все решали отец и его старший сын Руслан. Брат никогда не разговаривал с сестрой, и даже если и обратится к ней, то лишь для того, чтобы дать Лейле какое-нибудь задание. Руслан постоянно находился в доме отца, несмотря даже на то, что давно женился и жил отдельно со своей семьей. Мама это объясняла тем, что младших братьев нет дома,

и кто-то из сыновей должен быть постоянно рядом с родителями. Лейла скучала по младшим братьям Хасану и Хусейну, более ласковым с ней, но они приезжали очень редко, и то всего на несколько дней. Их жизнь и бизнес были связаны с далекой и холодной Якутией.

В унисон думам Лейлы были и размышления Рашида. Все его планы рушились, как карточный домик. После новогодних праздников он планировал вернуться в Москву, предварительно отправив Луизу жить к дяде Мураду. Однако теперь перед ним встала сложная дилемма. Оставаться в Ингушетии дальше – значит рисковать работой, уехать – реальная опасность потерять свою любимую. «Вот если бы можно было уехать вместе с ней», – думал он. Но после смерти матери прошло только чуть больше двух месяцев, и о свадьбе даже не могло быть и речи.

Рашид еле дождался понедельника и поехал в больницу с таким чувством, словно не видел свою возлюбленную долгие и долгие годы. Дождавшись, когда из кабинета выйдет очередной посетитель, Рашид придержал дверь и вошел без стука. Лейла как всегда возилась с бумагами, но, увидев его, отложила их в сторону и, смущаясь, предложила своему гостю присесть. Поняв, что она здесь теперь лишняя, Мадина, тихо прикрыв за собой дверь, выскользнула в коридор.

– Скажи, ты скучала? – спросил он.

Но она, склонив голову, молчала.

– Знаешь, я чуть с ума не сошел – так хотелось тебя поскорее увидеть.

Лейлу всегда смущали подобные признания, но сейчас почему-то она хотела слышать этот приятный голос, и было не важно, о чем говорит ей Рашид. Главное – он здесь, он рядом и любит ее и только ее.

Рашид поделился с ней своими переживаниями. Узнав, что ему предстоит скоро поездка в Москву, сердце девушки жалобно заныло. Ей хотелось крикнуть: «Не уезжай, не оставляй меня, я не переживу расставания!» – но вместо этих слов она сказала совсем другое:

– Не нужно из-за меня рисковать своей работой. Ты только начинаешь свою жизнь, и для тебя она сейчас очень важна. Уезжай, я все пойму.

Рашиду показалось, что в ее ответе больше упрека, чем совета.

– Поверь, дороже, чем ты и мои ближайшие родные, у меня в этой жизни нет никого. Вы для меня единственные и самые любимые люди. Я бы хоть сегодня сделал тебе предложение, но люди не поймут. Так мало времени прошло со дня смерти мамы. Поэтому подождем до весны. Я буду каждый день тебе писать, думать о тебе. А работа... Ее я могу найти всегда здесь, в случае чего. Дело вовсе не в ней, просто сидеть без действия не могу, мешать тебе, надоедая здесь, тоже не хочется. Да и по отношению к твоим родным это не очень красиво. Что подумают они? А я буду мысленно всегда с тобой. Только скажи, позови – и я прилечу в тот

же день. Ближе к весне дострою дом, и мы сможем... – он не договорил такую важную для него фразу, не желая смущать девушку, но даже недосказанная вслух, она была и так понятна двум любящим сердцам.

Рашид встал и, собираясь уходить, пообещал перед отъездом еще раз зайти. Он сообщил Лейле, которая готова была уже расплакаться, что приобрел билет на послезавтра.

Когда дверь за ним закрылась, Лейла, подошла к большому настенному зеркалу, платком аккуратно вытерла влажные глаза и, глядя на свое отражение в зеркале, надолго задумалась. Она знала, что Рашид с детства привык все делать сам, добиваться своей цели самостоятельно. Он мыслил слишком трезво, если не сказать – рационально. Даже признаваясь ей в любви, он не переставал думать о материальной стороне жизни. «Но это же и хорошо! – сказала Лейла сама себе, и ее отражение в зеркале, улыбнувшись, тут же согласно кивнуло. – За ним я буду как за каменной стеной. Лишь бы не разлюбил. Но вот эта Москва...»

И еще – неопределенность, когда учеба и работа снова надолго забирают у нее любимого человека. А еще этот большой столичный город, куда он собирается уехать. В Москве очень много красивых девушек. А он молод, красив и еще не раз полюбит кого-то. Но как же она могла сама вот так без памяти влюбиться всего после нескольких встреч и признаний в своих чувствах? Впустила его в свое сердце, а он уезжает, заставляя ее снова мучиться и страдать. А она поспешила и мысленно уже расписала свою жизнь с ним на многие годы, и даже десятилетия вперед! И ведь она старше его, и не на один год и даже не на два...

И снова из глаз ее двойника в зеркале покатились крупные слезы. Лейла их больше не вытирала, а смотрела через их радужные переливы, как влага стекает по щекам, скапливается на подбородке и, капля за каплей, падает на пол. Сердце девушки больно заныло в тревожном предчувствии, когда она вдруг подумала, что, после того как в ее жизнь стремительным порывом ветра ворвалась любовь, это, наверное, далеко не самые последние ее слезы и, может быть, еще и не самые горькие..