По закону гор

Глава 23

Лейла готовила на кухне. Вот уже несколько дней все большое хозяйство их дома оставалось на ней. Мама уехала к своей старшей сестре, сославшись на то, что та заболела. «Странно, – подумала Лейла, – стоит разразиться у нас какому-нибудь скандалу, как она исчезает». Она не осуждала маму за подобное поведение, но и понять ее дочери было непросто.

Мелко порезав картошку, Лейла собиралась забросить ее в кастрюлю с соусом, когда открылась дверь и вошел отец. Он медленно подошел к ней с суровым лицом и сказал увесисто, отделяя друг от друга каждое слово:

– Мне надоели эти ходоки с твоей работы. Голова от них уже болит. Кто-то другой давно прогнал бы их, я же не могу. Поэтому оставь всю свою стряпню и отправляйся завтра же на работу! – Он помолчал, как бы подбирая слова или же решая, стоит ли ему так долго разговаривать с дочерью. – В конце концов, я на тебя деньги тратил не для того, чтобы ты на кухне каши варила. – Сказав это, отец так же медленно вышел.

Противоречить ему, говорить, что пока все не затихло, на людях показываться неудобно, да и стыдно, было бесполезно, тем боле после всех этих скандалов. После недолгих раздумий Лейла решила послушаться отца и завтра же, как он и сказал, выйти на работу.

Рашид до вечера хлопотал по дому. Сестра давно говорила, что сломалась стиральная машина и нужно ее починить. Необходимо было еще сделать хорошую будку для Барсика и утеплить ее – все-таки зима на дворе и собака мерзла. Когда он справился со всей работой, на дворе уже стало темнеть. Приняв ванну и выпив чаю, Рашид снова стал думать, как бы встретиться с Лейлой. «Жаль, что у нее нет мобильного телефона, а на домашний звонить нежелательно, может взять кто-то другой». Подумав, он решил написать Лейле письмо, надеясь передать его через Мадину, часто навещавшую ее в доме.

Рашид до поздней ночи сидел в своей комнате и писал. Луиза даже несколько раз заглянула, испугавшись, уж не заболел ли ее брат. Но Рашид все писал и писал, даже не понимая, откуда приходят в голову такие слова, полные нежности и любви. Ближе к полуночи письмо было готово, и, еще раз перечитав и переписав его набело, он запечатал бумагу с любовным посланием в конверт.

Утром, как обычно, Лейла зашла в своей кабинет, но прежней радости от прихода на работу уже не было. На сердце лежал тяжелый груз, а приветливые лица коллег, которых она встретила по пути, напомнили ей, что многие из них, улыбаясь вот так же открыто, передавали друг другу сплетни о ней с Рашидом.

«Прошло всего несколько дней, а мне кажется, что целая вечность», – подумала Лейла, прибирая на столе бумаги. Открыв ящик тумбочки, она увидела его подарок – те самые «королевские» духи и маленькую открытку с новогодними пожеланиями. Перед глазами снова появился его образ, она словно услышала голос Рашида, такой тихий, уверенный и успокаивающий. Сердце девушки жалобно застонало. Лейла не могла поверить, что потеряла навсегда свою любовь. Однако, хорошо зная своего отца и брата, понимала, что они больше ни при каких обстоятельствах не разрешат ей видеться с ним. «За что такие страдания, в чем я провинилась? Нет, больше я не могу страдать – нужно с этим покончить!» – подумала Лейла и, положив изящный флакон в ящик стола, с силой захлопнула его, как бы пытаясь быстрее убрать с глаз долой все то, что с болью напоминает ей о любимом человеке.

Лейла готовилась к перерыву, когда вернулась Мадина, неся в руках конверт.

– Это просила тебе передать Луиза, там письмо, – сказала она, протягивая конверт и делая такое отстраненное лицо, словно не догадывалась, от кого в действительности это послание.

Лейла долго мяла в руках конверт, не решаясь его открыть. Первой мыслью было порвать и выбросить его, чтобы покончить с этим романом раз и навсегда, но рука не хотела этого делать и предательски дрожала. Когда вышла Мадина, Лейла отвернулась к окну и быстро вскрыла конверт. Она сразу же узнала его почерк, такой ровный и аккуратный, буковка к букве, словно писали через трафарет. Прочитав первую строчку, Лейла поняла, что уже не в силах оторваться от текста, что бы ни случилось, прочитает письмо до конца. Слова, написанные ее любимым, влекли ее к себе как магнит, заманивая ее душу все дальше и дальше в лабиринт любви, из которого невозможно было уже выбраться.

«Добрый день, Лейла!

Ты, наверное, не скучала по мне, не вспоминала, а я чуть с ума не сошел, думая: как ты там, что с тобой? Сколько раз я в этобращался к тебе, но ты, скорее всего, и не слышала меня. Сколько раз ты снилась мне во сне – я сбился даже со счета! Наверное, это потому, что я часто, нет, постоянно, каждую минуту, думаю о тебе, только о тебе, и еще – о нас двоих. Как мне тяжело, когда тебя нет рядом, когда я не слышу твой голос! Прости за сентиментальность, но таким слабым и беспомощным я становлюсь только с тобой.

Я знаю, что ты пострадала из-за меня. Но, поверь, я мучился не меньше. Я физически ощущал все твои переживания, всю твою душевную боль. Подожди еще, Лейла, осталось совсем немного времени, и дальше мы будем вместе, обязательно будем. Только прошу тебя об одном: верь мне и не отчаивайся. Не дай сомнениям взять верх над собой! Дорога к счастью и друг к другу всегда была непростой и трудной, но, уверен, вместе с тобой мы преодолеем все препятствия. Я готов пойти на все условия твоих родных, унижаться перед ними, лишь бы ты была рядом. Без тебя в моей жизни одна лишь пустота и нет в ней никакого смысла.

Прошу тебя, подожди еще немного ради меня, ради нас обоих, ради нашего будущего.

Я мысленно с тобой всегда!

Рашид».

Прочитав последнюю строчку, она беспомощно опустила руки. Слезы побежали по щекам. Лейла окончательно поняла, что не сможет жить, да и просто существовать без любимого человека. Воспитанная в лучших традициях своего народа, умеющая и обязанная сдерживать все свои чувства, эмоции, сейчас, когда она была одна, Лейла расплакалась навзрыд. Ворвавшаяся в ее сердце, подобно урагану, любовь, сметала все преграды на своем пути. Лейла уже не принадлежала самой себе. И еще она поняла: с этой минуты она с замиранием сердца будет ждать от него новых писем, а может быть, и встречи с любимым.