Золото окрашивает красную ткань платья, в то время как я смотрю на спокойную, жемчужную реку Лета. На покрытом пеплом берегу сидят тени. Некоторые поднимаются и безвозвратно исчезают в драгоценном потоке.
Моментзабвения принадлежит им.
С дрожью закрываю глаза.
Ихор вырывается из его кожи и медленно взмывает, прежде чем покрыть землю и мое платье.
В горле до сих пор стоит крик. Неужели богисмертны? Могу ли я на что-то надеяться, находясь в Преисподней?
Он говорил, что ради меня хочет «достичь невозможного», но это безумие! Я подвергла его жизнь опасности.
Боль охватывает тело. Я слишком долго любилаего, не признавая этого. Пытаясь забыть об этом.
Ничего не поделать.
Он здесь, в смятении моего сердца и разума.
Только Лета может избавить меня отнего.
Я могу сделать выбор. Здесь и сейчас.
Забвение.
Я могу переродиться. Стану глиной, из которой можно создать новую личность.
Делаю шаг вперед.
– Остановись, Цирцея.
Голос обездвиживает. Палач сжимает мою руку.
– Ты действительно хочешь забыть кем являешься? Ради кого?Псины Зевса?
Вырываюсь из хватки Немезиды, сотрясаясь от прилива ярости.
– Не смей так говорить онем!
– Тебе предстоит пройти испытания повелителя Аида и благоговейной Персефоны. К ним стоит быть готовой.
– Если еще раз причинишьему боль, я убью тебя.
Сжимаю пальцы в кулаки.
– Полно тебе. Не произноси угроз, которые не сможешь выполнить, – с агрессивной улыбкой парирует она. – Ты не убьешь меня. Единственный приговор, который тебя ждет, – Тартар, из которогоникто никогда не возвращался.
Богиня возмездия не знает, что я сделаю длянего невозможное.