Похищенная княжна. Сердце дракона

Глава 32

Постепенно погода начала портиться. Сначала поднялся небольшой ветер, а с горизонта стали наползать белые барашки облаков. С каждой минутой они становились больше и темнее, пока не превратились в суровые свинцовые тучи, испещрённые молниями. Мне стало не по себе. И повернуть обратно не было возможности, потому что мы преодолели уже довольно большое расстояние. Драконам просто не хватит сил на обратный путь. И спасительного клочка земли мы не успели достичь. Он должен был появиться только к закату, который наступит через пару часов. Слишком далеко…

Я отчаянно прижимала к себе Анни и цеплялась за драконьи шипы, чтобы меня не снесло шквалистым ветром. Мы двигались прямиком в бушующую грозу, понимая, что сменить курс невозможно. Малышка перепуганным птенчиком жалась ко мне, но молчала. Она тоже понимала безысходность ситуации.

Огромные, перепончатые крылья Лоймерифа, обычно рассекающие воздух со спокойной грацией, теперь беспомощно бились в хаотичном танце, подхваченные яростными порывами ветра. Свинцовые волны, вздымаясь, обрушивались на нас, окатывая ледяной водой и сбивая с курса. Увы, выше подняться мы не могли, рискуя попасть в смертельные вихревые потоки. Молнии, пронзая непроглядную тьму, высвечивали наши силуэты, подчёркивая отчаянную борьбу с разбушевавшейся стихией. Они били так близко, будто напоминая живым существам о хрупкости жизни. Я потеряла счёт времени. Казалось, мы бесконечно долго сражаемся со стихией. В любой момент электрический разряд мог убить нас.

Море такое спокойное и красивое стало представляться голодным, разъярённым чудовищем, жаждущим поглотить отчаянных путников, утопить в своей бездне. Дракон изрыгал клубы пара, пытаясь согреть окоченевшее тело и подарить нам с Анни немного тепла. Я вдруг вспомнила легенды о таких штормах, рассказанные купцами, прибывшими из далёких стран. Они повествовали о гневе морских богов, но я никогда не верила в них. Теперь же чувствовала себя песчинкой перед лицом неукротимой силы.

С каждой минутой надежда на спасение таяла, но дракон не сдавался. В его груди горел огонь, огонь жизни, огонь ярости. Он продолжал сражаться, бросая вызов шторму, как когда-то бросал вызов судьбе. Андервил не отставал, стараясь уловить знакомый путь в кромешной тьме. Удавалось ли ему? Но нам оставалось следовать за дядюшкой Лоймерифа, надеясь на чудо.

Собрав последние силы, драконы взмыли вверх, прорываясь сквозь пелену дождя и безумный хоровод молний. Стало невыносимо холодно. Промокшая насквозь одежда вмиг заледенела. Не знаю, как удалось Андервилу сориентироваться, но спустя несколько минут он камнем ринулся вниз, и снова нас закрутил беспощадный шторм, пытаясь растерзать измученные тела. Драконье зрение было в сто крат острее, именно этим я могла объяснить то, что Андервил разглядел крошечный островок земли среди бушующих волн. Напрягая все мышцы, Лоймериф направил истерзанные крылья к спасительному берегу.

Ветер не унимался, но дракон уже чувствовал под собой твердь. Мгновение, и мы рухнули на песок, обессиленные, но живые. Шторм бушевал вокруг, но здесь, на земле, он казался уже не таким всесильным. Андервил поднял голову и издал победный рык, полный боли и триумфа.

Мы лежали на мокром песке, чувствуя, как силы медленно возвращаются к нам, вот только холод пробрал до самых костей, заставляя содрогаться всем телом. Сейчас бы развести огонь, но разве разбушевавшаяся стихия нам позволит? Небольшой островок даже укрытия не мог предоставить. Полностью гладкая поверхность земли, едва выглядывающая из бескрайнего океана, была неприветлива к странникам. Мы смогли победить стихию, доказав, что воля к жизни сильнее любого шторма, однако на этом наши испытания не заканчивались. Необходимо было срочно согреться.

Лоймериф не перекидывался, устроив нам с Анни убежище под своими огромными крыльями. Здесь мы смогли переодеться в сухую одежду и поесть. Я баюкала малышку, надеясь, что стихия вот-вот утихнет. Прижавшись к тёплому чешуйчатому боку, сама не заметила, как уснула, полностью измождённая и продрогшая.

Шторм утих лишь к утру. На рассвете я вылезла из-под крыла Лоймерифа и увидела, что мой ненаглядный ящер спит. Он был полностью обессилен. Андервил дремал неподалёку, тоже сохранив звериный облик.

Тихонько, стараясь не разбудить мужа, полезла в сумку, чтобы отыскать подходящую снедь. Удивительно, что наши мешки внутри не промокли. Видимо, дождь не забивал под драконье брюхо.

Я прислушивалась к шуму моря, в котором ещё чувствовалась ярость недавнего шторма. Теперь этот шум не пугал, а лишь напоминал о нашей победе. Мы доказали себе и стихии, что способны выстоять в любой битве.

Отвернувшись от дракона, шарила в мешке в поисках простой пищи, которую не надо будет готовить на костре. Голова кружилась от слабости, а тело неприятно разламывало. Молилась лишь о том, чтобы не заболеть и не подвести своего дракона. Не хотелось быть для него обузой. Он и так летел с грузом в отличие от родственника, ему и без того приходилось тратить гораздо больше сил. Увлечённая поисками, не заметила, как супруг принял человеческий облик.

— Слава, — его охрипший голос раздался так близко, что я вздрогнула от неожиданности. — Ты как?

— Нормально, — улыбнулась мужу, стараясь не показывать своей усталости. Ему было гораздо тяжелее. — Надо что-нибудь поесть. Ты вчера почти весь день пробыл голодным, а тебе нужны силы.

Выудив из сумки краюху хлеба и вяленый кусок мяса, протянула Лоймерифу. Мы с Анни перекусили небольшими ломтиками сыра и сушёными фруктами, заботливо собранными слугами. Как же я скучала по всем. Разлука уже доставляла страдания, хотя я видела любимых людей всего пару дней назад.

Спустя полчаса к трапезе присоединился и Андервил. Он надел лишь брюки, являя моему взору голый торс, исполосованный шрамами. На замечание Лоймерифа о приличиях дядюшка только рукой махнул, с аппетитом вгрызаясь в кусок мяса.

— Как тебе мой вид, княжна? — ухмыльнулся Андервил, проследив за моим взглядом, брошенным украдкой.

— Вы перенесли много боли, — сказала тихо.

Мужчина задумчиво хмыкнул, устремив взгляд вдаль.

— Тот путь, что предстоит нам проделать сейчас, раньше был в несколько раз длиннее. Я летел наугад, бороздя просторы в поисках священных земель. Однажды мне довелось попасть в похожий шторм, только в тот день на моём пути не оказалось спасительной суши. Я настолько обессилил, что прямо в воздухе обернулся человеком. Сначала меня швыряло по волнам, и я уже решил, что настал конец. Мысленно простившись с роднёй, потерял сознание, думая, что скоро увижу свою погибшую возлюбленную. Меня не страшила смерть, но боги решили сохранить убитому горем дракону жизнь. Меня подобрал торговый корабль. Люди недоумевали, откуда в открытом море взялся человек, а потом стали догадываться, кого взяли на борт. Естественно, страх завладел их сердцами, и одной тёмной ночью они напали. Меня спасла феноменальная драконья реакция, но несколько крючьев успели вонзиться в тело. Эти шрамы напоминают мне о том, что людей нужно опасаться. Никогда нельзя им верить, — Андервил глянул на меня с холодной усмешкой.

— Тётя Слава хорошая, — вступилась за меня Анни. — И она человек, — добавила малышка, прижимаясь ко мне всем тельцем.

Чуть не расплакалась, гладя свою заступницу по кудрявой головке.