Попавшая в сердце Дракона (СИ)

Глава 28

Адель открыла глаза и пошевелилась. В затылке еще чувствовалась ноющая боль, но она была где-то далеко, притупленная и слабая. Девушка поняла, что может спокойно приподняться с кровати и сесть. Слабость в теле еще присутствовала, но это не помешало ей приблизиться к окну и посмотреть вдаль на снежные шапки гор.

Сколько же она провалялась без сознания? Это уже становится для нее привычкой. И этот факт несомненно пугает. Жизнь здесь гораздо опаснее, чем современный мир. Но туда ей дорога закрыта навсегда.

Дверь открылась и в комнату вошел Севир.

Увидев ее, он сгреб ее в объятиях, и Адель чуть не задохнулась от неожиданности.

— Я рад, что ты очнулась. Ты три дня была без сознания. Я уже хотел лететь за главным лекарем в соседнее королевство, но Фурга уговорила меня подождать еще.

— Где Зефирка? — вместо ответа требовательно спросила Адель.

— Подумать только!? Я не верю своим ушам! ТЫ только что сама была на грани жизни и смерти, а теперь спрашиваешь про какое-то животное?

— Зефирка спасла мне жизнь!

Севир покачал головой.

— С ней все в порядке. Она сожрала все припасы на кухне.

— А ее лапа?

— Как новенькая.

— Я хочу ее увидеть, — Адель попыталась вырваться из железной хватки Севира, но тот еще крепче обхватил ее большими ручищами, прижимая к своей груди.

Девушка начала было протестовать, но мужские губы закрыли ей рот, так что ни о каких протестах не могло быть и речи. У Севира было свежее дыхание и твердые, требовательные, но нежные губы. Адель вновь попыталась оттолкнуть его. Но он еще крепче прижал ее к себе и слегка приподнял. У девушки учащенно забилось сердце.

Севир запрокинул ей голову, и она почувствовала, что теряет сознание, тонет, пропадает. Обняв его руками за шею, она сама привлекла его к себе, чувствуя на щеке его дыхание.

Оставив ее губы, он легонько куснул ее за мочку уха, и у нее подкосились ноги.

Он быстро подхватил ее под колени и взял на руки. Ошеломленная, Адель понимала лишь, что ей хочется продолжения, и снова подставила ему губы.

Он целовал ее жадно, и она отвечала на его поцелуи. Когда он, не выпуская ее из рук, сделал шаг к койке, это казалось естественным. Ей хотелось прикасаться к нему. Он уложил ее на постель и лег рядом. Не отрываясь от ее губ, закинул на нее тяжелую, сильную ногу и стал поглаживать обнаженное плечо. Когда он прикоснулся сквозь платье к ее груди, она застонала и выгнулась ему навстречу.

— Перестань, — Адель слегка уперлась ладонями в грудь Севира.

— Тебе больно? Плохо? — дракон моментально напрягся и завис над ее телом, хмуря брови.

— Нет, не в этом дело.

— Тогда в чем?

— Я не хочу.

— Я не верю тебе, — заявил Севир и поцеловал нежную кожу вокруг ее ушной раковины. Адель непроизвольно закрыла глаза. — Ты же таешь, как снежинка на моей ладони.

— Жаль, что я не могу растопить тебя, — грустно прошептала девушка.

Севир прижался лбом к её лбу и положил руку на женский лобок, отводя бедро в сторону.

— Ты и без того выстрелила смертельным выстрелом арбалета мне прямо в сердце. Собой. Разнесла его на ошмётки.

Пальцы мужчины коснулись чувствительного бугорка и мягко нажали на него. Вздох вырвался из приоткрытого рта Адель, сменившись стоном, когда Севир начал растирать взволнованную плоть круговыми движениями. Подушечки пальцев разжигали маленькие огоньки под тонкой, мягкой кожей, заставляя тело девушки дрожать в предвкушении более острой и чувственной ласки, не заставившей себя долго ждать. Стремительное движение — к нежным лепесткам, дрогнувшим под его рукой. Ласковое касание их с одной и другой стороны — как прелюдия перед сыгранным первым аккордом — пальцами на лоне.

Пальцы мужчины кружили вокруг лона, истекающего соком желания. Адель двинула бёдрами вперёд, подставляясь под ласковые движения. Один палец скользнул внутрь. Движение мягкое и чувственное, заставляющее её глубоко вздохнуть, и застонать — когда к ласке присоединяется ещё один палец, двигающийся в том же ритме.

— Я хочу попробовать тебя всю, Адель. Не потому, что ты моя жена, навязанная мне Богами, а потому что ты — единственная, кого я хочу ласкать, единственная, кого я жажду видеть в своей постели. Хочу тебя — на своём языке.

Адель не выдержала и громко застонала. Губы скользили по плоти, то мягко целуя, то безжалостно терзая. Язык Севира ударил по кончику выступающей плоти. Быстрое прикосновение — подобно шаровой молнии, обжегшей кожу. Мгновенный спазм удовольствия раздробился множеством приятных покалываний, разлетевшихся по всему телу и торопящихся собраться обратно, прямиком в пульсирующий от откровенной ласки узелок. Язык обвёл складочки и принялся кружить вокруг лона, приближаясь к горячему центру, послушно раскрывающемуся в ответ его настойчивым скольжениям. Он вбирал в рот любовную влагу, слизывая всё до последней капли и чувственными посасывающими движениями вызывая новые капли росы.

Когда Севир стянул с себя одежду и снова навис над Адель, она удивила его. Набравшись смелости, девушка толкнула его в грудь, переворачивая на спину. Оказавшись сверху, она, первым делом сняла с себя платье, затем наклонилась к Севиру и коснулась его губ.

— Я повелительница дракона, — дерзко улыбнулась девушка, поглаживая ладонями мужскую грудь. — Отдаешь ли ты себя во власть обычной девушке?

— Да, — хрипло ответил Севир, не сводя глаз с обнаженной фигуры Адель.

— Тогда отдай мне свое сердце, дракон. Большего я не прошу.

— Я..я не могу. Ты же знаешь.

— Тогда я заберу твое тело. А после твою душу, — клятвенно произнесла Адель.

Она скользнула телом по его телу вниз, чтобы ощутить напряжённую до предела мужскую плоть с подрагивающей каплей жемчуга на конце. Она приподнялась и немного подразнила мужчину, едва касаясь плоти влажным лоном. Сильное нажатие на поясницу, вынуждающее девушку опуститься и заполнить себя — им, до предела. Она замерла на мгновение, смакуя небывалое ощущение наполненности, распознавая пульсацию вокруг его плоти, чувствуя ответную дрожь его желания. Слишком остро и вкусно, чтобы сдержаться от волнующих движений вверх и вниз, каждое из которых по-своему чудесно. От них становится невыносимо жарко и сердце колотится, как у пойманного в силки зайца. От ритма, заданного изначально, не остаётся практически ничего — движения ускоряются непроизвольно, сами по себе. Тело отметает рассудок прочь и перехватывает руководство балом. Оно — дирижёр оркестра, играющего невыразимо прекрасную и чувственную мелодию, понятную только двоим, соединившимся в страстном порыве. Финальный аккорд звучит особенно громко и ещё долго звенит в окружающей тишине дрожью тел, покрытых любовной испариной.

После, Адель обессилено сползла вниз, приникая к груди Севира, и вцепилась в его широкие плечи руками. Мир раскачивался перед глазами.

— Держи меня, я падаю.

— Ты не упадёшь, я тебе не позволю…