После развода. Право на отцовство

Глава 4

Я наблюдала за тем, как Эмин одевался. Не торопясь, он до последнего оттягивал момент своего ухода, будто ждал, что я не выдержу и остановлю его.

Сердце, душа тянулись к нему. Особенно после всего, что мы узнали друг о друге. Эта наша вторая встреча спустя трёх лет разлуки стала настоящим откровением. Без взаимных упрёков. Без обид. Без ненависти. Да и не ненавидела я его никогда. Я его любила и сейчас люблю. Я отчётливо это поняла в тот момент, когда наши тела слились воедино. У меня дрожали: руки, ноги. Бросало в жар. И всё из-за него — мужчины, в которого, по мнению моего отца, я не имела права влюбляться.

Эмин старше меня на четырнадцать лет. Я не помню его ребёнком, а он катал меня в коляске. Видел как из кричащего и пачкающего пелёнки пухляша, я превращалась в дошкольницу. Затем была школа. Первый класс. Эмин тогда подарил мне крутой фотоаппарат — зеркальный, привёз из-за границы.

Даже не знаю, кем мне был Эмин. Ведь я сторонилась его ровно до того рокового лета, пока не влюбилась. А любовь нагрянула как гром среди ясного неба. Мне двадцать. Ему тридцать четыре. Он — серьёзный. Я — не очень. Он скрытный, больше молчит чем, разговаривает. Я же была для него открытой книгой, болтушкой. Эмин занимался бизнесом вместе с моим отцом, я училась на юрфаке. Что у нас могло быть общего? Ни-че-го! Но любовь не знает правил. Она не поддаётся законам логики. Вопреки всему и, не смотря ни на что, она бьёт тебя в самое сердце. Кладёт на лопатки. Шансов подняться нет. Ведь вести борьбу с собственным сердцем — заведомо проигрышная битва.

— Если попросишь меня остаться, я останусь, — сказал Эмин, надевая куртку.

Встав с тумбочки, я подошла к Эмину. Расправила на его куртке невидимые складки. Не удержавшись, крепко обняла. К груди его прижалась сильно-сильно.

Сердце застучало быстрее.

Мой. Любимый. Родной.

Я знаю Емина всю жизнь, сколько себя помню. Но мне необходимо его отпустить, хотя бы на время, пока я не определюсь, что делать дальше. Не знаю, что уготовила нам судьба. Уверена, будет непросто. Но сейчас ему действительно лучше уйти.

— Я не хочу, чтоб ты уходил. Но и не могу просить тебя остаться. Я замужем, Эмин. Мой муж — неплохой человек, он не заслуживает на такую подлость, — не хотела говорить об Олеге, но сказала. Потому что так было правильно, наверное.

Его сильные руки окольцевали моё тело. Он тоже не хотел уходить — знаю. Так мы и стояли в коридоре, не имея сил попрощаться.

— Ты сказал, что любил меня. Это правда? — спросила я, оторвав лицо от груди Эмина.

Эмин смотрел мне в глаза. Не моргал. Уголки его губ немного ползли вверх.

— Сама как думаешь?

— Не знаю. Ты никогда не говорил мне о своих чувствах. Если бы о них я только знала в прошлом, я бы так легко не согласилась дать право отцу распоряжаться моей жизнью. Я думала, что для тебя ничего не значу.

— Ты всегда в моём сердце, Ярина.

Мелкая дрожь побежала по коже. Это же признание в любви, да?

— Я тоже всегда любила тебя.

— Я знаю это, — зарывшись рукой у меня на затылке, Эмин быстро мазнул губами по моему лбу. — Если я сейчас не уйду, то потом ты меня уже не выгонишь.

Подавив протест внутреннего голоса, который просто мечтал о том, чтобы Эмин никогда не уходил, я перестала обнимать бывшего мужа. Не знаю, как при нём не заплакала, ведь горло душили слёзы.

— Яр, я сейчас действительно уйду, но из твоей жизни и жизни нашего сына я больше никуда не денусь. Я терпеливый. Подожду, пока ты расскажешь обо всём своему мужу. Но не затягивай с этим, иначе ты не оставишь мне выбора.

— Я обо всём скажу ему, Емин. Мы же с тобой договорились. Дай мне немного времени. Не дави на меня, пожалуйста.

— Хорошо, — протянув руку к моему лицу, Эмин коснулся скулы. Гладил её нежно. Вверх-вниз. — Звони мне в любое время суток по-любому вопросу. Если будет возможность, присылай фотографии сына.

— Обязательно. Я позвоню.

Поцеловав на прощание бывшего мужа, я едва нашла в себе силы открыть ему входную дверь и дождаться, когда он уйдёт. Нервы ни к чёрту.

Когда за Эмином захлопнулась дверь, я дала волю слезам. Уткнувшись лицом в подушку, ревела в три ручья.

Как быть дальше?

Как вернуться домой и посмотреть мужу в глаза?

Я же дрянь последняя, если не хуже. Рушу семью своими руками просто потому, что в моей жизни появился мужчина из прошлого. Именно тот, кто однажды меня морально убил, а воскрешать довелось мужу. И после всего хорошего, что сделал для меня Олег, я всадила ему в спину нож. Засунула по самую рукоятку.

В столице сегодня дождь. Небо затянуло серыми тучами, порывистый ветер гнул ветки деревьев. Настроение было таким же, как и погода: мрачным, с нотками апатии ко всему. Я хандрила и на это у меня была достаточно весомая причина.

Обычная поездка на родину, которая заняла у меня два дня, чтоб навестить могилу отца, побродить по родным местам и поностальгировать, на этот раз стала необычной. Всё пошло не по плану с самого начала: Олег отказался со мной ехать, ссылаясь на загруженность по работе, а отпускать меня одну не хотел. Настаивал, чтоб я немного сместила поездку на одну-две недели позже, пока у него не появятся выходные. Но я поехала без него, даже от охраны отказалась, чем вызвала негодование мужа. Из-за этого мы даже поссорились.

После ссоры и до этого дня Олег ни разу мне не звонил. Я ему тоже. Молчание после ссоры было для нас не впервые. Но на этот раз оно затянулось на два дня, хотя обычно мы могли игнорировать друг друга не больше двадцати четырёх часов.

Поезд прибыл с опозданием на пять минут. Выйдя из вагона, я почувствовала на своём лице первые капли дождя и поспешила накинуть на голову капюшон. Вещей с собой у меня было немного — небольшая дорожная сумка, а на одном плече висел городской рюкзак.

Миновав пирон, я вышла к зданию железнодорожного вокзала. В кармане завибрировал мобильный. Звонил отец Олега. Неожиданный звонок показался мне немного странным.

Подняв трубку, я узнала, что Александр Вячеславович решил встретить меня на вокзале. Назвал место, где был припаркован его автомобиль. Ускорив шаг, уже через пять минут я сидела на заднем сиденье в тёплом салоне иномарки, потирая замёрзшие руки.

— Трогай, — скомандовал Александр Вячеславович, обращаясь к водителю. — Как дела, Ярина?

— Как обычно. Хорошо, — ответила с натянутой улыбкой.

Тревожное состояние нарастало. Но я до последнего старалась игнорировать нехорошие предчувствия. И не зря!

— Нагулялась? — холодным тоном спросил свёкр, а я сперва не поняла, что он имел в виду.

— Что простите?

Захлопав ресницами, я уставилась на мужчину, возраста моего покойного отца. Засомневалась в том, что только что услышала, но презрительный взгляд Александра Вячеславовича едва не обжёг.

— Я всё знаю, Ярина. Можешь не притворяться, — пояснил свёкр, подтвердив мои наихудшие опасения. — Уж не думала ли ты, девочка, что жена замдиректора государственного концерна военно-оборонной промышленности может легко разъезжать по стране без сопровождения?

— Вы следили за мной?

— Наблюдал, — кривовато ухмыльнулся Александр Вячеславович, а у меня сердце едва не наружу выпрыгнуло.

Отвернув голову в сторону окна, я поджала губы, чтоб не сболтнуть лишнего. Хотя, что там болтать, если отец Олега уже обо всём знал, иначе я бы сейчас не сидела в его машине.

Сердце застучало как бешеное.

— Расскажите Олегу? — на имени мужа мой голос предательски дрогнул, потому что воображение услужливо подкидывало варианты развития событий.

Александр Вячеславович пугающе усмехнулся, заставив мои внутренности похолодеть.

— Серёга, тормозни где-нибудь, — обратился свёкор к водителю, проигнорировав мой вопрос.

Машина начала сбавлять ход и вскоре остановилась недалеко от городского парка. Отец Олега предложил немного прогуляться по парку, дождь как раз закончился. Я согласилась. А разве у меня был выбор? Нет. Этот старый лис уже что-то задумал.

Я не знала насколько осведомлён Александр Вячеславович. Но про Эмина точно знал. Возможно, за квартирой, которую я снимала, велась слежка. Вряд ли там была прослушка или видеокамеры — я рандомно выбрала квартиру в день своего приезда.

Выйдя из машины на улицу, я обняла себя за плечи обеими руками. В сторону свёкра смотреть не старалась. Он меня пугал. Всегда пугал, просто с первого дня нашего знакомства. Мне казалось, он меня недолюбливает. Особенно остро я почувствовала его предвзятое отношение после рождения сына. Ведь Давид родился раньше, чем семья Олега того ждала. Никто, кроме мужа не знал, что я выходила замуж уже беременной. Для всех Давид был семимесячным — так захотел Олег.

— Я вот всё время думаю, Ярина, чего тебе не хватает? Живёшь в роскошном доме, замужем за влиятельным человеком. За ним ты как за каменной стеной. У тебя всё есть, девочка. Да тебе может позавидовать любая женщина. Чего ж тебе тогда не хватает? — спросил Александр Вячеславович, нарушив затянувшееся молчание.

— Я не понимаю, о чём вы. Извините.

— Да всё ты понимаешь. Дурой не прикидывайся. Значит, так. На самом деле мне насрать, чего тебе там не хватает. Я не для этого затеял весь этот разговор.

— А для чего же?

— Ты будешь молчать. Ничего не скажешь Олегу. Твоя встреча с бывшим мужем должна остаться втайне. Я тоже ничего не скажу, но должен тебя предупредить: больше никаких телодвижений в сторону Керимова. Этот человек для тебя умер. Даже не думай меня ослушаться — последствия будут печальными.

К горлу подкатил противный ком. Я оказалась в ступоре. Мысленно вела дебаты со свёкром, а пошевелить языком не могла. Разговор оказался не таким, каким я себе его представляла.

И всё же у меня возникло много вопросов. Но озвучить их вслух не получилось. Слишком боязно дёргать тигра за усы.

Повернувшись ко мне лицом, мужчина посмотрел на меня с неприязнью. От его взгляда на коже выступили мурашки, а по позвонкам пробежал холодок.

— Ты меня поняла, Ярина?

— Почему?

— Что почему? Почему я не вышвырнул тебя за шкирку вон из жизни Олега? Ты права, так стоило бы сделать. Но дело в том, что мой сын тебя любит и ваш развод может серьёзно сказаться на его психоэмоциональном состоянии. А у Олега впереди много планов, ничего не должно ему помешать реализовать их.

— Почему вы ко мне так относитесь, Александр Вячеславович? Я же не с улицы к вам пришла, это вы с моим отцом решили поженить своих детей.

— Не нравишься ты мне, Ярина. Никогда не нравилась, — ответил Александр Вячеславович, а я подавила в себе желание уколоть его словами, мол, деньги моего отца ему нравились куда больше. Иначе зачем мы поженились с Олегом?