– Какой интересный намек. – В глазах О'Шарха вспыхивают удивление и неподдельный интерес. – Допустим, есть. Хочешь опробовать?
Так, Эсти, собери волю в кулак и влепи ему пощечину!
Я поднимаю руку, замахиваюсь и... Ме-е-едленно так касаюсь щеки Рензора.
Да чтоб тебя нхагры сожрали, Ферсон!
Наверное, госпожа Фортуна на моей стороне сегодня (и побочный эффект в виде эйфории не в счёт!), но Рензор вдруг отстраняется.
– Ладно, пора заканчивать этот спектакль. Это заучка тебя попросила прийти и забрать ее очки? У самой не хватило... – Он вдруг задумывается, как если бы пытался понять, чего именно мне там могло не хватить. – Впрочем, у нее всего хватает. И наглости, и полоумности. Да, видимо, у вас это тоже семейное.
Приоткрываю рот и едва не задыхаюсь от возмущения. Но застываю с открытым ртом и блаженной улыбкой. Чувствую, как из уголка рта стекает слюна.
Так... Только этого ещё не хватало! К эйфории подключается ещё и заторможенность?! Ферсон, я тебя точно укокошу! И мне ещё медаль дадут за то, что избавила мир от подрастающего вредителя.
Хуже всего, Рензор смотрит теперь на меня с выражением лица, просто кричащим: "И ЭТО мне досталось в Истинные? Где я нагрешил так?"
– Знаешь, Эния, а давай не будем торопиться с закреплением Истинности, – вдруг предлагает Рензор.
И мне бы радоваться, но облегчения почему-то его заявление не приносит. Только разочарование и лёгкий укол обиды.
«Ну чего я, в самом-то деле? Это же хорошо», – утешаю я себя, пытаясь разобраться в собственных чувствах, пока возвращаюсь по коридору обратно, надев очки...
***
– Я всё знаю, Эстерия, – заявляет ровным и ожесточенным тоном Рензор, возвышаясь надо мной во внутреннем дворике в понедельник.
Здесь я дожидаюсь начала факультатива по Воздушным иллюзиям, сидя на лавочке возле фонтана.
Отрываю взгляд от учебника, и сердце уносится в пятки. Но показывать страх перед его всезнайством я не буду.
– Правда? И в каком году ковен ведьм открыл столицу империи Каэрос? – флегматично спрашиваю.
На мгновение в лазурных глазах Рензора проскальзывает недоумение.
– Чего? – дёргает бровями ящер.
– А говоришь, что всё знаешь. – Утыкаюсь глазами в учебник снова.
– Два века, три месяца и шестнадцать дней назад. В день луностояния. Но я говорю не об этом. А об Истинности, заучка, – и теперь в его голосе отчётливо читаются злость и раздражение.
Я сглатываю, и во рту становится сухо. Надо же, как он быстро посчитал! Мысленно пытаюсь прикинуть, не ошибся ли он в расчетах. Но натыкаюсь на мрачный взгляд О'Шарха, и прям дурно становится.
Стоп... Он сказал про Истинность?! Он всё знает?! Да как так?
– Я все объясню, – начинаю было я, с хлопком закрывая фолиант, и облизываю пересохшие губы. Внутри – мандраж, как перед поступлением в академию. Кажется, сейчас решится моя судьба.
Я даже не успела себя подготовить к возможному разговору об Истинности.
– Не надо, я уже давно всё понял, Эстерия, – усмехается О'Шарх, а в его взгляде читаются насмешка и несвойственная ему мягкость.