Винсент поддевает локтем Рензора и явно что-то забавное тому говорит.
Рензор кривит губы брезгливо.
А я, послав мягкий воздушный виток в пространство, улавливаю их разговор.
– А заучка-то запала на тебя! – ржёт красноволосый. – Вон как смотрит. Того и гляди набросится на тебя из-за угла.
– А ты чего на нее так уставился, Ренз? – откинувшись на спинку стула, с интересом в глазах спрашивает Арс.
– У меня с ней свои и очень давние счёты, – холодно парирует Рензор.
Счёты у него, видите ли, со мной!
Фыркаю тут же и отворачиваюсь.
Но чувствую на себе их взгляды. Нервно поправляю выбившиеся из пучка волосы.
Бросаю украдкой взгляд на столик элиты драконорожденных.
Арсалан задумчиво прожигает меня взглядом. Ежусь зябко и сосредотачиваюсь на каше и разговоре близнецов.
– Кашу подали холодную, – кривит губы Кора. – Ну что за отношение к бедным адептам? Это просто пытка холодной едой!
– Огонь тебе в помощь, сестрёнка, – хмыкает Кристиан, отправляя ложку в рот. Морщится и проглатывает. – У меня тоже холодное. Я, в отличие от вас, девочки, управляю только землёй.
– Не умею я так ювелирно это делать, как наша Эсти с помощью воздуха, – изгибает бровь Кора. -- Или предлагаешь развести костер из щепок стола и подогреть по старинке?
Теперь оба близнеца смотрят на меня одинаковыми жалостливыми взглядами.
Я даже жевать перестаю.
– Серьезно? – вздыхаю я обречённо. – Это первый курс, раздел простейших бытовых, в учебнике по Стихийной силе, параграф...
– Пятьсот семнадцать, – хором выдают близнецы, закатывая глаза, как настоящие синхронистки.
– Зря ты это начала, – ворчит Кристиан иронично, – теперь Эстерию ничто не остановит прочитать нам лекцию. Очередную!
Приоткрываю рот и... закрываю.
Я настолько предсказуемая? Я просто считаю, что всё нужно уметь и знать.
Взгляд против воли скользит к столику с элитой.
А вот ещё один, кто считает так же, как и я. Но его почему-то заучкой не считают. То ли потому, что он драконорожденный, то ли потому, что его отец – сам Рейгнар О'Шарх, глава клана черных драконов, а его дедушка – Глава Серого Совета.
Но все девочки Аргарда просто пищат восторженно от его бицепсов, харизматичного оскала и самоуверенности. И пищат, когда он предпочитает не замечать их, считая их всех предсказуемыми и глупыми.
– Эсти, подогрей супчик, ну пожалуйста, – жалобно тянет Кристиан. – Так лень вставать и идти ругаться.
– Ругайся отсюда, не вставая, – флегматично предлагаю.
Кристиан набирает в лёгкие воздуха и открывает рот, но Корнелия быстро ему рот прикрывает ладонью.
– Не позорь меня, Крис! – ворчит Кора.
Закатываю глаза. Затем сдаюсь и лениво рисую в воздухе нужный символ.
– Вымогатели, – одариваю друзей определением и флегматично смотрю, как каша в тарелках Криса и Коры начинает бурлить.
Щелкаю пальцами, но... ничего не происходит. Вернее, происходит, но не с их тарелками!
Напряжённо высматриваю того несчастного, у кого кипит каша.
– Да не может быть, – обречённо стону, когда взгляд натыкается на взрывное представление в тарелке одного из элиты драконорожденных.
Хуже всего – это тарелка Рензора!
Каша бурлит, затем поднимается ввысь, и когда ничего не подозревающий О'Шарх поворачивает голову к воинственной каше, поднявшейся столбом, то...
Этот милый и на первый взгляд безобидный завтрак безжалостно атакует лицо ящера.
– Наверное, придется его целовать, – подперев щеку кулаком, задумчиво произношу, глядя на разъяренную ящерицу, выискивающую взглядом вредителя.
И почему-то его взгляд останавливается на мне.
Вяло улыбаюсь и приветливо машу рукой.
Что ж, может, произойдет как в сказке? Я поцелую гневную ящерицу, и она превратится в прекрасного... Нет, хотя бы просто в адекватного парня.
Рензор прожигает меня таким свирепым и тяжёлым взглядом, что я невольно задаюсь вопросом:
– Как думаете, если я побегу, я себя сильно выдам?