– О чем ты хотел поговорить? – осторожно спрашиваю я, когда мы выходим во дворик Аргарда из столовой. – Только давай без обмена слюнями на этот раз.
Непривычно видеть, как адепты сворачивают свои шеи, смотря на меня. Я привыкла быть незаметной. А теперь, без очков, ощущаю себя как на ладони. И, наверное, чувствовала бы себя уязвимо, если бы не Рензор, шагающий рядом и излучающий вселенскую уверенность.
Но ещё более непривычно ощущать, что теперь моя жизнь на веки вечные связана с эти чешуйчатым самцом! И уже даже не проклясть его и не повыпендриваться. Хотя кое-что я ещё могу!
– Лучше наедине, Эсти, – ровно отвечает О'Шарх, рассматривая с интересом большие красочные транспаранты с портретом моей иллюзорной внешности.
Десять парней скандируют мое имя и выкрикивают признания в любви, бродя вокруг фонтана.
– Бедняги! Нигде не могут найти Эсти Брамс, – качаю головой, проникаясь их горем.
Невольно касаюсь ладонью предплечья, того места, где расположена метка Истинности. После закрепления поцелуем от нее исходит такое тепло, разливающееся по телу. И умиротворение!
В голове мысли кружатся вокруг его слов о Селине. При чем здесь моя сестра? Да, она бестолковая, но в жизни и мухи не обидит. Всё детство таскалась за мной буквально по пятам. Я даже пугалась одно время, что она тихо, как тень, подкрадывается ко мне. А потом ничего, привыкла. Она с детства восхищалась моей внешностью. Но никогда не завидовала. Но теперь-то она сама вон какая красотка!
– Я сказал, что докажу, что моей вины нет.
– Ага, и как же ты так быстро это сделал и так легко?
– Кто сказал, что легко? У моего деда коллекция дорогих и мощных артефактов. Второй дед, к слову, их вообще создаёт. Знаешь, при должном финансировании профессионал может создать то, что и не снилось. К тому же, стоило деду Деймору узнать, что на кону Истинность, он разрешил мне абсолютно всё, – как-то чересчур зловеще ухмыляется Рензор.
– Давай без подробностей, – бормочу я. – Незачем мне знать твои извращённые штучки, которые ты использовал.
– Зря. Тебе бы понравилось. – Ладонь Рензора ложится мне на талию, и он мягко направляет меня в сторону второго корпуса, где обычно проходят уроки зельеварения и работают с магическими животными.
– Мы не идем разговаривать? – хмурюсь тут же, подозревая, что Рензор явно что-то недоговаривает.
– Обязательно. Но вначале хочу тебе кое-что показать, чтобы ты не думала, что я катаюсь как сыр в масле, – хмыкает О'Шарх.
Пропустив первогодок, выходящих их главных дверей корпуса, мы заходим внутрь. Спускаемся вниз в подземелья, где есть не только клетки с магически одаренными зверями, но и заброшенные аудитории. Где-то в северном крыле корпуса слышна музыка. А из-под двери заброшенной аудитории по Твареведению видна полоска света.
– Если ты приготовил для меня пытку, то так и скажи, – фыркаю я, ощущая странное волнение.
Чего этот ящер задумал?
Когда Рензор галантно распахивает передо мной дверь, перед моими глазами встаёт весьма интересная картина.
– Это что, Юдж… ой, то есть министр? – ошалев от увиденного, произношу я. Челюсть едва не падает на пол, и я элегантно придерживаю ее рукой.
В центре зала осьминог ловко работает крупье!
– Делайте ставки, господа! Бл-бл-бл! – высокопарно произносит осьминог.
Ловко щупальцами собирает купюры, раскладывает фишки и крутит колесо.
– Ставок больше нет!
– Это не министр, это моя отработка и мое наказание, – с неприязнью бормочет Рензор. – Он зло во плоти. Он отобрал мое подпольное казино. Вообще завладел им незаконно. Дядя Нокс закрыл глаза на подпольные игры только потому, что господин министр вошёл в кураж. Теперь это его территория. Я должен был ему отдать своё детище!
– Сочувствую,– выдавливаю я, всё ещё пытаясь осознать масштаб трагедии Рензора.
Министр приветливо машет нам щупальцами и приглашает к колесу Фортуны.
– Хочешь сыграть? – вдруг спрашивает О'Шарх.
– Знаешь, моя жизнь и без того похожа на хаос, – хмыкаю я, разглядывая толпу адептов Аргарда.
– Зря. Я знаю все лазейки, ты бы озолотилась.
– По-моему, я и так. У меня ведь один из богатейших наследников драконов в Истинных, – невинно улыбаюсь, повернувшись к Рензору.
– Разумеется. Тебе достался самый лакомый кусочек, – подхватывает О'Шарх, шаря глазами по адептам.
– Кого ищешь? – раздается со стороны голос Винсента. Тот подходит к нам и хлопает по плечу Рензора.
– Клешни убери, – вздыхает О'Шарх. – Где наша звёздочка огненная?
– Селин? – понимает вмиг Винс. – Вон там, в углу, пялится на тебя.
– Прекрасно, – оскаливается Рензор.
Тут же властно притягивает меня к себе и, положив ладонь на поясницу, другой рукой скользит по моему бедру и закидывает мою ногу себе на бедро, уверенно меня отклоняя. Затем и вовсе впивается губами в мои в жадном поцелуе.
А у меня аж дух захватывает от такого напора. Ну, ящер, ну, погоди!
Стоит ему отстраниться и вернуть меня в исходное положение, Рензор громко заявляет, похищая внимание студентов:
– Всем эль за мой счёт! Празднуем мою помолвку с этой красоткой!
Чего?! Он сдурел? Или я, раз даже не собираюсь возражать.