Пышная любовь майора (СИ)

Эпилог: Про «сбычу мечт»

«Когда чего-нибудь сильно захочешь,

вся Вселенная будет способствовать тому,

чтобы желание твоё сбылось»

П. Коэльо «Алхимик»

Зевс

Естественно, система сопротивлялась, но я, одержимый идеей, задействовал все возможные ресурсы, даже привлек старых знакомых отца. Не говоря уже о том, что и мать моя из своего пансионата, с помощью череды звонков подняла цепочку приятельниц, и дело попало на стол к первому заму главнокомандующего. И там… понеслось дерьмо по трубам.

Но в итоге мы выжали из дела максимум: орден мужества посмертно, полагающиеся выплаты, компенсации вдове, грамоты и извинения.

Было муторно, долго, но все же бюрократию мы одолели.

Самой лучшей наградой за всю эту муть были сияющие восторгом глаза моей любимой, когда я возвращался к ней с работы и приносил новости.

Как-то незаметно прошла моя медкомиссия, постановившая, что я годен к службе без ограничений. И все это благодаря неусыпной заботе Иды Витальевны, да.

Но, вот что странно: явившись после этого в медцентр забрать Булочку домой с работы, я понял:

– Не прет меня больше этот вечный танец на острие. Хочу я теперь иного: обнимать мою любимую утром и вечером, возвращаться к ней каждый день после работы, знать, что, сколько бы я ни боролся с преступлениями, наступит час, и я уберу дела в стол, а сам помчу сквозь утопающий в вечерних сумерках город к... ней. К той, которая теперь воплощала для меня смысл жизни.

Окончательно приняв для себя новые реалии, я подал рапорт о переводе в Департамент экономических преступлений. Удивительно, но перемещение прошло без сучка, без задоринки. А один из бывших подчиненных отца, ныне занимающий солидный пост, даже позвонил мне:

– Прав ты, Рома. Евгений Николаевич одобрил бы твой выбор. И это, с официальным браком не тяни.

Поскольку глас раздался с самого верха, то я… послушался.

Купил кольцо, забронил столик в уютном ресторане, подхватил свою сладкую Булочку после работы и привез, куда следовало.

А там, ну, я же хитрый? Так что привлек «административный ресурс», то есть набрал будущую тещу. И собственно, на ее глазах и сделал Иде Витальевне предложение.

Да, не совсем честно.

Может, и недостойно офицера, но когда мать моей любимой нас от всей души благословила из телефона, не дожидаясь ответа дочери, я тут же надел на пальчик Иды колечко. А потом наслаждался картиной.

Вот она осознала, что у нее на ручке такое красуется, а вот – услышала, что именно говорит ее счастливая мать.

О, как моя валькирия была в тот момент прекрасна.

Это оказалась ничуть не уютная, мягкая, сдобная булочка.

Нет.

Прикрыв экран ладошкой, доктор Булочко метала молнии из глаз, да такие, что Зевс, в чью честь я получил когда-то свой позывной, нервно курил в подворотне, отвечаю.

Но тут я перехватил ее, сгреб в охапку и начал целовать так, как мечтал долгими одинокими ночами, с восторгом ощущая: она откликается, тает в моих руках, тянется ответить и низко стонет.

Ладно, крышу мою, покореженную несравненной Булочкой еще давным-давно, вынесло напрочь. Но и она тоже потерялась вместе со мной в этом неожиданном урагане страсти и восторга.

Короче, утро мы встретили вдвоем, в моей постели, а на пальчике Иды Витальевны сияло колечко с бриллиантом, надетое мной.

На свадьбу из Саратова прилетели мать моей Иды, ее дядька и бабушка с дедушкой. Очень удачно их спецбортом прихватили мои сослуживцы.

Прибыли все точно в срок: буквально к началу регистрации в Первом дворце на Английской набережной. Четко, как в аптеке. Ида даже не успела начать нервничать.

Но главным и, с моей точки зрения, невозможным подарком на свадьбу, кроме восхитительной невесты, я считал прибытие на торжество моей матери.

И в этом была заслуга исключительно доктора Громовой.

Именно Ида Витальевна настояла, а честно говоря, потребовала, чтобы я перевез мать домой из пансионата. Моя любимая женщина сократила свою нагрузку в медцентре до двух дней в неделю, а всё остальное время посвятила моей матушке.

Результат изумил всех.

Да, опираясь на трость, но драгоценная родительница пришла на нашу свадьбу.

Сама.

– Ты представляешь, Ромочка, а ведь врачи были единодушны: никакой самостоятельности и никаких передвижений, кроме как в инвалидном кресле. Благослови Господь нашу девочку! – мама улыбалась сквозь слезы, целуя Иду в щеку, а я сдерживался изо всех сил, чтобы не последовать ее примеру.

А ещё я был бесконечно счастлив, что две самые важные женщины в моей жизни удивительно поладили, хотя с такой прелестью, как моя сладкая Булочка, не поладить, по-моему, невозможно.

Теперь, благодаря Иде, я ежесекундно был невероятно счастлив, да.

Но это же было еще не все.

Верный слову, я пригласил на торжество Князевых. И они явились всей семьей , да. Сестра Кирилла Азарова сияла бриллиантами и поражала всех свободных мужчин в округе в самое сердце и ниже своей грацией, резкостью, властностью и обтягивающим ало-золотым платьем.

В тот момент, когда Ида с Кларой отошли пошушукаться, Мирный, которого его звезда гоняла раз шесть принести ей разные фрукты и соки, но всё поданное ей не нравилось, выдохнул.

А я, прикинув, к чему все это могло быть, тихонько спросил Матвея:

– Вас можно поздравить?

– Официально пока нет, – ухмыльнулся Князев, – ждём, когда Королева догадается.

– То есть вы?

– Мы с бро давно поняли. Еще когда её штормить начало сильнее обычного, – Матвей скупо усмехнулся, глядя на наших дам, тихо хихикающих у столика с десертами.

А потом вдруг расплылся в довольной улыбке:

– Но наше Сокровище до сих пор старательно игнорирует очевидные признаки. Ничего, мы вот сейчас от вас поедем нашу родню навестить. А там кто-нибудь не удержится. Так что будет Королеве сюрприз от родственников.

Пока глядел на довольного Князева, меня посетила занятная мысль:

– Надо будет поинтересоваться у Иды: а что она думает о детях? Потому что я, кажется, уже готов стать отцом.

Одержимый неожиданной идеей, подкрался тихонечко к любимой женщине и уловил обрывок их беседы с Князевой:

– Ида, ну, я же врач, – хихикнула Клара Андреевна, – конечно, я давно все поняла, но им так нравится думать, что они знают больше. Они такие счастливые. Пусть радуются. Пока могут. Недолго им осталось веселиться.

И две коварные барышни дружно рассмеялись.

А я понял: несмотря на весь наш опыт, мозг и чуйку, женщины всё равно способны удивить своих мужчин в любой очевидной для нас ситуации.

Потом, наконец-то, пришло время танца молодоженов и бросания букета.

И я, кружа любимую женщину (и уже шесть часов как законную супругу) в вальсе, который мы с ней так старательно репетировали в последние дни, посмотрел в лучистые глаза и серьёзно сказал:

– Я не могу обещать тебе вечность, Ида. Жизнь непредсказуема. Но сколько мне отпущено – все для тебя, моя сладкая булочка. С мышьяком.

А она, рассмеявшись сквозь слёзы, шепнула:

– Люблю тебя. Спасибо Кларе за нашу встречу. А тебе – за настойчивость.

И тут, пока я млел и таял от счастья, доктор Громова неожиданно метнула свой изящный букет.

Да не просто так.

Всё же, вероятно, Судьба существует, потому что цветы приземлились в руки моей новоиспеченной тёщи. А дорогой старший коллега, который сейчас активно занимался восстановлением справедливости в отношении семьи Виталия Булочко, тут же начал её уверять, что прилетевший ей в руки букет – не иначе как знак. Благословение от покойного мужа.

– Ну, пусть будут счастливы, – мысленно улыбнулся.

А потом, поцеловав свое счастье, нашел глазами бурно спорящих Князевых и понял:

– С Идой вопрос детей нужно обсудить как можно быстрее. Мне уже любопытно: а как на её характере отразится «интересное положение»?

Честно, я готов зимней ночью разыскивать по городу дыню или клубнику, если это сделает мою любимую женщину счастливее хоть на миг.

Потому что тот, кто не верил в любовь, внезапно обретя невозможное, способен на любые подвиги ради улыбки своей единственной.