Пышная любовь майора (СИ)

Глава 8: Тайны, покрытые мраком

«Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным,

ни сокровенного, что не сделалось бы известным

и не обнаружилось бы»

Евангелия от Марка (гл. 4, ст. 22) и от Луки (гл. 8, ст. 17)

Зевс

Запросы он подал на следующее утро.

Да, через приятелей, знакомых, коллег и милых девочек из архива, ровесниц матери. Заполнил кучу форм, бланков и прочего, приложил свой допуск секретности.

Ничего не было лишним в погоне за истиной, которая нужна его… Булочке. Его сладкой девочке, от прикосновения к которой у него начинала мощно съезжать крыша.

А еще через день пошли ответы, и он очень прилично офигел:

– Едва начал рыть, как лавина тронулась. Лихо. Но теперь точно понятно: что-то там есть. И наверняка… неприятное.

Но пока разбирательства и документы шли по инстанциям, он прикинул перспективы и решил подготовиться, так что на следующий прием к дорогой Иде Витальевне, с прицелом попасть к ней домой, явился не просто так. Привёз контейнер с пловом.

Когда после «волшебного» лечения привёз сладкую Булочку в квартиру, чтобы поменять все, что было нужно, с гордостью вручил ей контейнер.

Пусть подогреет ужин.

Да, он как раз занимался лейкой в душе, когда с кухни донеслось радостное:

– Ой! С барбарисом!

А когда минуту спустя она сунула свой милый носик в ванную комнату, улыбнулся:

– Родители служили в Средней Азии. Оттуда многие семейные рецепты и привычка.

Довольно блестящая глазками, его восхитительная красавица кивнула и удалилась на кухню, куда он прибыл полчаса спустя и доложил как положено:

– Все недоразумения устранены. Касательно состояния сантехники в целом, моя прекрасная Ида, можешь быть спокойна.

Булочка очаровательно зарумянилась, и так захотелось в этот момент обнять ее, что, ну, не стал себе отказывать в такой мелочи.

А обняв ее и спрятав лицо в чуть растрепавшихся кудрях, убедился в очередной раз – это она. Та самая: нужная, родная, долгожданная.

Ида же заполыхала не только щеками и сладко вздрогнула.

Есть! Он тоже ее волнует.

Успех нужно было развивать, поэтому усадил красавицу за стол, придвинул тарелку и, устроившись рядом, погладил по плечу:

– Ида, я поинтересовался у коллег. Там, в истории с пропажей твоего отца точно что-то есть. Дело я запросил, контакты следователя, который его ввёл – тоже. Как будут подробности – сразу сообщу.

– Рома, – его восхитительная прелесть распахнула свои бездонные глаза. – Спасибо! Уже то, что есть дело – говорит о многом.

Она была права, как ни печально.

Если бы мужик просто сбежал от семьи, ну, в «секретке» дела бы не было, верно?

Ужин прошел хоть и не шибко весело, зато гораздо в более теплой, доверительной атмосфере. Булочка немного рассказала о своей юности, учебе, работе. А он не удержался, утащил ее на диван вместе с чайными чашками, где устроил у себя под боком, приобнял одной рукой и так и не отпустил.

Пусть привыкает. Пора ей.

Возвращаясь от Иды домой, четко понял: не хочет даже представлять свое будущее без этой сладкой Булочки. А мысль о том, что у них осталось максимум две медицинские встречи, реально навевала ужас похлеще, чем ковровая бомбардировка позиций, на которые доводилось выезжать в командировки.

Что ему было делать в таком случае?

Обратиться к мудрости предков, определенно. Поэтому Рома, как хороший мальчик и воспитанный сын, отправился в загородный пансионат к матери. И не просто проведать, а, хм, посоветоваться.

Кто удивлен, что родительница была в диком восторге, услышав про Иду? Наплевала на цветы, пастилу и зефир, которым раньше всегда радовалась.

Нет, сейчас она с горящими глазами выспрашивала подробности их общения и с огромным удовольствием посмотрела официальные фото доктора Булочко с сайта медицинского центра.

– Ох, Ромочка! Радость-то какая! Привези, пожалуйста, девочку свою познакомиться, сынок!

Ну, он как бы рассчитывал на теплый прием, но получить подтверждение все равно оказалось приятно.

– Конечно, мам, сейчас у нас там срочный проект. Как я разберусь с делом отца Иды, а она долечит мою спину, так сразу и приедем. Думаю, ты приятно удивишься. Честно, таких чудесных людей, как Ида Витальевна, мало осталось. Она не только потрясающий врач, но и человек замечательный. Очень добрая, воспитанная, умная…

Мама вдруг улыбнулась сквозь слезы:

– Милый, я уже в восторге. Ты же понимаешь, как это важно: встретить свою родственную душу? А ты говоришь о ней теми словами, которые описывают тебя, сын мой.

Подал дорогой родительнице платок, потом воды, а после устроился в кресле рядом, взял ее за руку и спросил:

– Мам, как убедить Иду поверить мне? Дать нам шанс?

Видно было, что с вопросом угадал. Матушка расцвела и будто бы даже помолодела.

– Рома, ты же знаешь, что главное, в чем нуждались женщины во все времена – безопасность, уверенность в будущем и забота?

Тут кивнул, ибо эту истину еще в юности вложил в голову отец.

Генерал Громов полагал, что мужчина, делает выбор спутницы жизни единожды. И он обязан быть верен ему и держать слово до конца своих дней. Ну и, естественно, не позорить погоны недопустимым поведением вроде измен, рукоприкладства, унижения слабых и самоутверждения за чужой счет. Так что мама лишь подтвердила, что «муж да жена – одна команда».

И да, мне хотелось, чтобы у нас с Булочкой тоже так получилось.

Конечно, я готов был приложить для этого максимум усилий, а не ждать, пока она оглянется и увидит распрекрасного меня. Тем более что теперь-то я четко понимал, откуда растут ноги у ее холодности и одиночества.

Потеря отца в детстве подорвала веру не только в мир и людей в целом, но и в первую очередь, поселила в ее головушке недоверие к мужчинам.

И правда, зачем заводить отношения, если даже тот, кто клялся любить и быть рядом, может внезапно исчезнуть без объяснения причин?

Но пока я перебирал жизненную мудрость, доставшуюся мне от покойного родителя, мама решила, что сейчас самое время напомнить про еще один важный момент:

– У каждого мужчины, воина, защитника должна быть в жизни тихая гавань, где горит путеводный огонь, к которому он стремится вернуться из любого похода, – мама покачала седой головой.

А потом, утерев слезы, продолжила:

– И необходимо помнить: если ты хочешь увидеть и вырастить своих детей и внуков, то с пути подвигов нужно сворачивать вовремя. Это очень важно: уметь остановиться, пока не стало поздно, Рома.

У меня от затылка и ниже разбежались колкие ледяные мурашки.

Эти слова я помнил. Они звучали у нас дома. И сейчас я понимал: услышь Евгений Николаевич тогда свою жену, все могло бы сложиться по-другому.

А мама, словно узнав мои мысли, грустно покачала головой:

– Отцу твоему ведь давно пора было отдохнуть. А он все думал, что на пенсии умрет без дела.

Криво усмехнулся:

– И он умер, так и не выйдя на пенсию, да, мам? Ушел непобежденным героем. И оставил нас.

Немного погрустили, как всегда, едва речь заходила об отце, но сегодня мама была слишком счастлива моим новостям, так что она встряхнулась, погладила меня по щеке и попросила:

– Будь с ней честен, Рома. И если не готов состариться рядом, то не стоит и начинать. Поверь, мне горько будет осознать, что мой сын уподобился тем, кого Женя за людей не считал.

Вот с таким напутствием я и был отправлен… подумать о жизни и ее смысле. Знает матушка, как взбодрить и вдохновить мужчину на подвиги, да.

Вышел из пансионата на берег залива и почувствовал: все я для себя решил. Булочка будет моей женой. Не откажусь от нее. Ни за что.

А значит, пора было прояснить вопрос с Князевым. Откладывать покаяние не стал, набрал Мота тут же.

– Слышь, отец-благодетель! Слово моё возвращай, я на своей Булочке намерен жениться в любом случае. Ну и проси, что хочешь за рекомендацию доктора.

На том конце моста связи воцарилась тишина.

Матвей, вероятно, офигел.

И тут вдруг в трубке со стороны Князева на заднем плане прорычало женским голосом:

– Отстань! Я кому сказала? Даже не вздумай! Кто вчера навернулся с этой, прости господи, стремянки, когда полез за долбаными зелёными веточками у этой трижды долбаной ёлки? Яков, я с кем разговариваю?

Не успел хмыкнуть, как услышал чуть приглушенный, но узнаваемый, голос Мирного:

– Милая, но это же ты хотела понюхать зелененькие побеги с верхушки?

– Перехотела! А теперь вынуждена снова заниматься твоей вылетевшей рукой. Яков, ложись немедленно!

Князев хохотнул, а потом негромко, словно боясь, что его услышат, добавил:

– Кто я такой, чтобы стоять на пути, между тобой и этим счастливым трындецом? Короче, на свадьбу нас троих пригласишь, а дочь, если родится, назовешь в честь вашей благодетельницы, Клары Андреевны.

Пока я пространно и витиевато благодарил, не веря, что так легко отделался, Мот хмыкнул:

– Всё, давай, на связи. Руку она ему вправила, сейчас мне прилетит за то, что я опять занят всякой херней и до сих пор не принёс Королеве любимый чай.

Пожелав Матвею удачи, еще раз сказал «Спасибо!» и попрощался.

Теперь дело было за малым: зазвать Иду Витальевну замуж, а потом объяснить любимой жене, почему нашу с ней дочь, буде таковая появится, именовать станут «Клара».

Ну, и не такие сложные задачи приходилось решать, а когда на кону счастье – сам бог велел напрячься, да. Для начала: разгрести старое и отвратительно пахнущее дело о диверсии в районе Панфилова. А потом как-то не сильно травматично донести результаты до семьи Иды.