Пышная любовь майора (СИ)

Глава 4: По дороге разочарований

«Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь»

В.И. Даль «Пословицы русского народа»

Зевс

Дела шли паршиво. Отвратно они шли, скажем честно.

Башка разламывалась, никакие таблетки не брали, ноги тянуло жутко, хоть волком вой, спал хреново, и это, если удавалось, но только на животе, ибо спина болела так, что зубы на уголке подушки сжимались сами, а их, как оказалось, беречь надо. К стоматологу теперь даже на осмотр пойти было страшно.

Никакие разминочные комплексы и прочие методы восстановления, что были мне известны, не давали результатов, а времени до комиссии оставалось все меньше и меньше.

Навещавший меня, валявшегося дома на официальном больничном, один из давних друзей, ещё со времен учебы в Университете МВД, спросил:

– А что медицина говорит?

Мне оставалось только скривиться:

– Официально – все нормально, но башка трещит, и спать не могу.

Это я еще поскромничал, потому что почти здоровый мужик, а не дряхлая развалина, да.

– Слушай, я бы тебя, конечно, по знакомству к Кларе Андреевне послал, да вот только слышал, что «волшебница Азарова» теперь замужняя дама, и как-то у нее там все внезапно сложно. Да и Князев ее не самый мягкий и простой мужик, – друг мой, находивший время поддерживать форму в одном известном в наших кругах спортивном клубе, сразу вспомнил про «золотые руки» сестры владельца, о которой мы, его стараниями, были наслышаны.

Странно, что мне самому в голову не пришло попроситься к сестре Кира Азарова на прием. В свое время оба они, и Кирилл, и Андрей, для отцовых ребят из спецподразделений проводили курсы и даже устраивали турниры, так что знакомство у нас было давнее и вполне удачное.

Вот что значит: голова не варит!

Упустил такую возможность! Лопух…

Мой боевой товарищ тем временем мысль свою продолжил:

– А теперь муж к ней никого не подпускает и работать не дает. Деспот нашелся.

Тут я воспрянул духом:

– Погоди, Князев не Матвей ли?

Вряд ли, конечно, мне могло так повезти, но в свое время по работе я пересекался с единственным сыном бывшего сослуживца отца, полковника Князева, Матвеем Игоревичем. Парень он был толковый, умный, адекватный, но довольно жесткий.

– Да, Матвей, – усмехнулся давний друг, – но там у них все как-то мутно, потому что Клару, по слухам, почти все время сопровождает и бережет его брат младший, Яков.

- О, Мот и Мирный, два друга, мороз да вьюга… Спасибо, что сказал, с Матвеем я знаком. Поздравлю с обретением супруги да уточню, что там и как, – ну, хоть что-то же должно быть у меня в жизни хорошее?

Вряд ли Мот откажет брату по оружию?

Не откладывая в долгий ящик, отбил Князеву сообщение с поздравлениями. Кратко описал ситуацию и уточнил, сможет ли помочь. Посоветовать специалиста, например. Тем более они с Яшкой часто из передряг выбирались пострадавшими. Как-то же этот вопрос решали?

Матвей набрал меня почти ночью, но был, как обычно, очень краток и конкретен:

– Слушай сюда. Сейчас скину адрес. Завтра в девять вечера единственное окно. Явишься с выпиской, снимками, кардиограммой. Всё, что есть, всё неси. И жалуйся, понял? Иначе без толку. Если хочешь жить, служить, а не существовать инвалидом – будь откровенен. И получишь чудо. Отвечаю.

Я глубоко вздохнул, до конца не веря, что Князев способен ради меня пожертвовать временем любимой женщины, а вряд ли бы он иначе женился – не тот человек для брака по расчету, да и семья у них слишком уж непростая.

Отец в свое время хмыкал:

– Долго Игорь свое счастье ждал, но в итоге сорвал-таки джекпот. Стрельниковы сильны, так что жену он ухватил очень удачно. Повезло Игру на старости лет.

Однако буквально следующие слова Мота сориентировали меня в пространстве:

– Докторицу не смей кадрить. Она очень приличная и ценная. Я под честное слово, что обойдется без подкатов, договорился, ясно?

– Чего уж неясно? Понял, принял. Буду должен, – ну, не Клара Андреевна, но, надеюсь, не сильно хуже.

– Не тронь Иду Витальевну, Зевс, и между нами нет долгов, – хмыкнул Князев и распрощался.

А следом прилетели координаты медцентра, имя врача и время.

Хм, Булочко Ида Витальевна? Занятно.

На следующий день я собрался и отправился, куда велели с документами и некоторой надеждой на лучшее.

«Булочка» оказалась целиком и полностью соответствующая своей фамилии: сияющая, ладненькая, кругленькая. Да еще и ярко-рыжая.

А как она пахла!

Так бы и съел.

– Вот же скотина, Мот, и не укусить же теперь. Обещал, – мрачно подумал, устраиваясь на кушетке.

А потом, пережив стыд и позор покаяния, я неожиданно в полутемном кабинете медцентра познал, что чудеса случаются, а волшебство существует.

Она вроде бы ничего и не сделала. Так, руками подержала голову и шею, прижала чуть-чуть грудину, потом поясницу, а когда коснулась лодыжек, я почувствовал, как тупая, тянущая боль из затылка ушла.

И даже лежать на спине оказалось терпимо.

Я встал на ноги, не покачнувшись, впервые после ранения.

А глядя на усталую «сладкую булочку», понял Матвея: эту волшебную женщину нужно беречь. Не пачкать скользкими намёками. Она как чудо, которое нельзя хватать грязными, жадными лапами.

– Спасибо вам, Ида Витальевна, – даже офицерское «честь имею» удалось легко.

Конечно, я приду сюда через три дня, и через неделю тоже.

И куда скажут – приду.

В любое время.

Приду. К ней. Обязательно.

Ведь даже такой циник, разочаровавшийся в людях и жизни, как я, не откажется ещё раз увидеть и почувствовать настоящее чудо.

И возможно, погреться, потому что рядом с ней тепло, светло и вкусно пахнет.