Развод. Исцеление любовью

Глава 19

Лиза

— Лизка, я так больше не могу! — взмолился Андрей через три дня, — я не знаю, что он хочет?

— Он хочет, чтобы ты поиграл с ним, — говорю я, — забирая плачущего сына из рук бывшего.

— Да я уже играл! Утром! — возмущается он.

— С ним не только утром играть надо, и днем, и вечером, — говорю я, — а ты как хотел?!

— Лиз, ну давай наймем няню, — умоляет меня Андрей.

— Найми, — коротко говорю я, — усаживая Ванечку и доставая его любимые игрушки.

— У меня денег нет, ты же знаешь, — бычится Андрей.

— Так иди и заработай! И вообще, не ты ли хотел забрать у меня сына?! Что, сдулся? Я так и знала, не нужен тебе сын, мне побольнее сделать хотел.

— Лиз, я был не прав, — голос Андрея меняется, становится приторно сладким, — прости меня, я ошибся. Тебя все время нет дома, а тут Вика эта, задницей крутила, ну не выдержал я. Прости, давай мирится, а, Лиз?

— Ты идиот, Кузнецов, был и останешься, — вздыхаю я, — такое нельзя простить. Ты же предал нас, в душу мне плюнул. И теперь что? Деньги у меня украл. Дом пытаешься поделить, который я на свои деньги построила. Как у тебя вообще язык поворачивается прощение просить?

— Лиз, ну мне жить же где-то надо! Хочешь, я продам тебе свою половину?!

— Какое щедрое предложение! — восклицаю я, — пошел вон, с моих глаз! Иди ванну готовь, Ванечку купать. А завтра приедет моя мама, раз ты с ребенком не справляешься!

— Нет, Лизка, только не это! — в ужасе орет Андрей, — я сам, я все делать буду!

— Ну почему ты не можешь просто уйти?! — спрашиваю я, — просто оставь нас в покое! Ты не муж и как выяснилось, не отец. Мы не можем жить под одной крышей.

— А почему бы тебе не уйти?! — идет он в наступление.

— Потому что, я женщина со сломанной ногой, потому что у меня на руках маленький ребенок, которому нужен уход и дом. По твоему ты должен жить здесь как король, а мы с Ваней должны скитаться по углам?

— Нет, Лиз, мы можем начать все заново, стать снова семьей, помнишь как хорошо нам было вместе? Я прощу тебе этого психованного врача, ты простишь мне Вику и все забудется, а Лиз? — Андрей заискивающе заглядывает в глаза и хватает меня за руку.

— Не смей прикасаться ко мне! — шиплю я и замахиваюсь костылем, — ты мне противен, меня тошнит от тебя! Ты ничтожество, выживающее жену с ребенком из дома и я всем твоим родственникам это расскажу!

От таких слов моего бывшего мужа перекореживает.

— Ах, так?! Я уйду, но дом ты не получишь! Так и знай, дура! — он выходит из комнаты.

Я выдыхаю, неужели я действительно избавлюсь от этого недомужика. Наше с сыном пребывание в доме превратилось в пытку. Андрей абсолютно не умеет заботится о Ванечке, и учиться не хочет, я должна контролировать каждый шаг.

Мама конечно была очень недовольна, что ее отлучили от внука, и все время порывалась приехать, но я объяснила ей, что так надо и это ненадолго. Надеюсь Андрей теперь надолго откажется от мысли забрать у меня сына, тем более что его подружка ушла в закат и вряд ли захочет бесплатно возиться с сыном любовника.

Скоро очередной суд по разделу имущества и дом придется выставить на продажу, а пока поживем с Ванечкой в комфорте. Можно и маму позвать, не боясь, что она в гневе прибьет бывшего зятя и угодит в тюрьму.

Мои мысли снова возвращаются к Воронцову, не могу забыть его, хоть тресни! Он звонил мне тысячу раз, но каждый раз, как моя рука тянулась к телефону, чтобы ответить, я вспоминала плачущую Аню и сбрасывала звонок.

Слышу хлопок входной двери. Слава Богу, Андрей покинул дом. Я звоню маме и прошу приехать. Она так и живет в снятой Арсением квартире и наотрез отказывается уезжать домой, хочет быть рядом с нами. Теперь она может переехать ко мне.

— А утырок этот где?! — спрашивает мама.

— Ушел, — коротко отвечаю я.

— Слава Богу, — выдыхает она, — я еду.

Я кладу трубку и играю с Ванечкой, настроение улучшается, даже воздух как-будто чище стал, дышать легче.

Слышу звонок в входную дверь, наверное, мама уже добралась. Иду открывать.

— Кузнецова, ты зачем меня обманула?! — на пороге стоит Воронцов, собственной персоной.

И как только так быстро узнал? Ну мама, спасибо тебе!