Развод. Исцеление любовью

Глава 29

Лиза

— Горько! Горько! — кричат все вокруг. Арсений крепко прижимает меня к себе и целует, так как только он один умеет, страстно и нежно и бесконечно долго.

— Все, — говорит он мне, глядя в глаза, пока я пытаюсь перевести дух, — ты теперь моя жена и никуда от меня не денешься!

— Я и не собиралась, — счастливо улыбаюсь я.

Все кажется нереальным, таким волшебным сном, только недавно я была обычной замотанной врачихой, с ребенком и мужем-изменником, а сейчас я счастливая жена лучшего на свете мужчины и я очень и очень состоятельна. Могу себе позволить не работать, путешествовать, открыть свое дело, да я все могу! Вот только дом бы выкупить у бывшего, он, козел такой, уперся рогом, не продам и все! Приходится ждать, когда его родители откажутся его кормить он сам прибежит с предложением.

— Что загрустила моя принцесса? — Арсений мгновенно чувствует изменения моего настроения.

— Нет, ничего, так, — отмахиваюсь я.

— Ах, да, я забыл! У меня же для тебя подарок, — говорит он.

— Так вот же, есть уже, — я показываю на руку, где на пальце сверкает неприлично большой бриллиант.

— Ну я решил сделать еще один, не порть момент Лиза, — он достает из внутреннего кармана пиджака свернутую в трубочку бумаги, перевязанные красной ленточкой с кокетливым бантиком.

— Я не знал, что можно подарить женщине, которая может купить все что захочет, но думаю это тебя обрадует, — говорит он, глядя как я разворачиваю бумаги.

— Это… это же, — я не верю своим глазам, — но как тебе удалось?!

Я держу в своих руках недостающий кусочек моего дома. Долю Андрея, оформленную на меня. Невероятно! Есть ли что-то что этот мужчина не смог бы сделать?

— Но здесь указано, что продавец совсем другой человек, — я вчитываюсь в бумаги, — что это значит?

— Пойдем, познакомлю, — хитро улыбается он.

Мы подходим к чернявому мужчине, в дорогом костюме.

— Лиза, вы очаровательны, — говорит он мне и галантно целует руку и представляется — Баро.

— Баро настоящий цыган, — говорит Арсений, — раз этот кхм… чудак сказал что продаст дом только цыганам, то мы исполнили его желание.

— Большое спасибо, — с чувством говорю я, — сильно сопротивлялся?

— Да не очень, — отмахивается он, — я пообещал, что мы обязательно разобьем табор у вас на газоне и будем день и ночь горланить песни.

Он широко улыбается, показывая идеальные белые зубы.

— Ну табор, не табор, а мы обязательно ждем вас в гости, — говорю я.

Я так счастлива, что пожалуй даже не против табора на газоне. Столько сил и души я вложила в этот дом, столько работала, и теперь моя мечта сбылась. Все мои мечты сбылись, у меня есть свое гнездо, есть семья, любимый мужчина, и еще много денег!

— Обязательно, в ближайшее время, — горячо заверяет Баро, — прямо даже завтра и приеду.

Он шутливо мне подмигивает и снова целует руку. Арсений ревниво отодвигает меня.

— Э, нет-нет, друг, — он предупреждающе поднимает руку, — так нельзя, у нас же медовый месяц. Приезжай, пожалуй, через год. Пойдем, милая, нас ждут гости, — он быстро утягивает меня от хохочущего цыгана.

— Арсений, это невежливо, — шиплю я.

— Ну и что, — отзывается он, — нечего тебе ручки лобызать, я и сам могу, и не только ручки…

Он тянется, чтобы поцеловать меня, но меня привлекает какая-то возня у дверей ресторана.

— Что там такое происходит? — я вытягиваю голову.

— Да ничего серьезного, не переживай, — говорит Арсений, но я вижу как его лицо каменеет.

— Пойдем, посмотрим, — я тяну его к выходу.

— Не надо, Лиз, — упирается он.

— Я тогда сама пойду, — я бросаю его руку и решительно иду к выходу, где слышатся истеричные женские выкрики.

Я даже не удивилась увидев Наталью, которая боролась с двумя дюжими охранниками. Вид у нее сейчас совсем не презентабельный, помада размазалась, волосы растрепались. Я замечаю, что к нам уже спешат двое полицейских, видимо охрана вызвала.

— Пустите меня! — она пытается прорваться в зал, — там мой муж.

Увидев меня, она замирает, лицо ее презрительно кривится.

— О, невеста явилась, — говорит она язвительно, — что ж это вы такие гостеприимные, охрану выставили, гостей не пускаете.

— Потому что ты не гость, — говорит за моей спиной Арсений, — уходи.

— Ты пигалица, думаешь он с тобой долго будет? — шипит она на меня, — да ты посмотри на себя, ни рожи ни кожи и сиськи с кулачок, чувырла.

— Сиськи я себе и сделать могу, — усмехаюсь я, — а ты как была неудачницей так и осталась, упустила богатого мужика, кусай локти теперь. Он мой.

— Ах ты… — она дергается в мою сторону, но охрана ее крепко удерживает, до меня лишь доносится запах перегара.

Наконец, визжащую и матерящуюся Наталью уводят полицейские.

— Прости, я предполагал, что она заявится, поэтому охрану поставил, не думал, что она начнет с ними драться, — говорит Арсений виновато, — она испортила тебе настроение?

— Да нет, — говорю я, — не очень. Наконец-то я высказала ей в лицо, что думала.

— Про богатого мужика? — хитро прищуривается муж.

— И про него в том числе, — смеюсь я.

Мы снова целуемся, кажется я вечером не смогу шевелить губами.