Развод. Уходи красиво

Глава 36

Если гора не идёт к Магомеду…

Теперь можно только гадать, о чём Силаев хотел договориться, обрывая телефон. Галочка в память на будущее: нужно принимать вызов и выслушивать хотя бы пару фраз. Молчание оказалось ловушкой.

— Почему его пропустили? — Адеев сжал кулаки. — Это явная провокация.

— Не понимаю. На входе охрана, с этим строго… — Поля в бессилии оглянулась на Нику. Проговорила беззвучно, помогая себе жестами. — Где он взял приглашение?

Заместительница показала пальцем на смартфон. Поля запустила пальцы в волосы, делая вид, что поправляет непослушный локон.

— Чёрт! Приглашения отсылались на почту месяц назад. На двоих гостей. Силаеву тоже. Тогда мы были для всех счастливой семейной парой. Вот он и пришёл. Всё согласно списку, отданному охране! — Тонкая рука легла на рукав чёрного пиджака: — Марс, только не психуй. Не реагируй. Он очень хочет скандала, раз притащил её с собой.

Все присутствующие совершенно забыли, для чего пришли на благотворительный вечер. Глаза направлены на Силаева, в руку которого намертво вцепилась молодая копия его жены. Взгляды с удивлением перемещались с Алины на Полю и обратно. Синее платье на любовнице Силаева сидело не так эффектно, как на привыкшей к роскошным нарядам актрисе. Но цвет лица молодой кожи компенсировал отсутствие лоска.

— Стерва. Как она могла просчитать, в чём я приду? — Поля выпрямила и без того спину с идеальной осанкой. — Решил показать всем, почему меня поменял? Молодость рулит?

— Дворняжке до тебя, как до Китая пешком! Посмотрим, что польётся из неё, когда откроет рот. Должно случиться что-то, что проявит её сущность.

— Уже началось… — Полина с ухмылкой наблюдала, как Алина тянет руку к бокалу с шампанским. — Посмотри, с каким презрением глядят на милую алкоголичку светские дамы.

— И что? — чёрные глаза сверлили побледневшее лицо. Поля отлично держалась, но напряжение чувствовалось в каждом жесте нервных рук и росло с каждой минутой.

— Час назад я в подробностях рассказала Нике, почему прогнала из дома Силаева.

— Очень вовремя, — Адеев чувствовал, что начинает закипать.

— Интуиция. Тебе ли не знать, сколько раз она меня выручала… — Узкая ладошка легла на грудь режиссёра: — Успокойся! Сейчас любое движение, слово самозванки будет играть против Силаева. Уже третий человек не подал ему руку.

Она очаровательно улыбнулась очередному недоуменному взгляду.

— Стас закопал себя в дерьме, от которого не отмоется. Как могло прийти в голову заявиться сюда с юной сволочью? — хватило посмотреть в восторженное лицо клона, чтобы понять, чья это инициатива. — Видимо Алина сильно настаивала.

— Ты хотела уйти? — Марсель был серьёзен. — Может, пришла пора? Торги проведут без тебя.

— Сбежать? — Полина хищно ухмыльнулась, проговорив по слогам. — Ни-за-что! Самое интересное впереди. Увидишь, что будет. Подыграй мне!

Она вышла на середину зала. Стройная, идеальная до кончиков ногтей. Каждый волосок простой на первый взгляд причёски лежит ровно там, где должен. Уверенная походка леди, рождённой на каблуках. Микрофон лёг в руку.

— Господа! Минуточку внимания! Хочу пригласить вас на аукцион картин талантливых выпускников подшефных нашего фонда. Ради этого события и организован сегодняшний вечер! — Она театрально развела изящные руки. — Птенцы покидают гнездо. Поможем им в первом полёте в непростую жизнь!

Торги шли отлично. Спонсоры не скупились. Силаев время от времени бросал взгляд на жену, но та делала вид, что его не видит.

Картины Алисы Полина припасла напоследок. Обещанный Адееву спектакль начинался.

— Господин Силаев. Вы внимательно прочли программу вечера? Неужели вам безразлична судьба детей фонда? Не верю! Знаю, что вы очень щедрый человек и протягиваете руку плохо стоящим на ногах… — Полина подошла к стене. — Обратите внимание и на эту копию Карла Брюллова. «Последний день Помпеи» выглядит очень символично! — Выразительный взгляд на Алину вызвал ухмылки меценатов. — Уверена, она тоже отлично впишется в интерьер вашего дома! Главное назначить правильную цену.

Серые глаза пробежались по сдерживающим смех гостям.

— Начальная ставка триста тысяч рублей. Каждый последующий шаг пятьдесят тысяч. Начнём? — Взгляд вернулся к Стасу: — Господин Силаев предлагает триста тысяч. Кто больше?

— Миллион! — Марсель с брезгливостью смотрел на соперника.

Поля с одобрением взглянула в чёрные глаза.

— Миллион от щедрого господина Адеева, чем ответит господин Силаев?

Знакомый взгляд закусившего удила Стаса радовал. Он с лёгкостью произнёс:

— Два миллиона!

Алина повисла на руке предателя. Пухлые губы что-то шептали на ухо щедрого спонсора. Тот отшатнулся, с ненавистью взирая на режиссёра.

— Чем ответит человек от искусства?

— Три! — желваки натянули кожу на смуглых скулах. — Плюс оплата года обучения в академии художеств! — Наглая ухмылка с превосходством в глазах в лицо предпринимателя. — Не думаю, что господин Силаев окажется настолько же щедрым!

Поля с трудом подавила улыбку.

— Господин Адеев, без комментариев! Не по правилам… — Казаться строгой оказалось непросто. Изящная бровь взлетела в вопросе: — Господин Силаев? Чем ответите?!

— Пять и оплата всего обучения!

Адеев развёл руками, отказываясь от следующего шага.

Поля поторопилась, громко произнося:

— Пять миллионов плюс обучение — раз!.. Пять миллионов и обучение — два!..

На счёте три Алина чуть не грохнулась в обморок.

— Господин Силаев, поздравляю вас с прекрасным приобретением! Некоторые рождены владеть копиями… — Она ослепительно улыбалась, объясняя, что свинтить не удастся: — По правилам аукциона, вы должны перевести деньги на счёт фонда немедленно. Пять, плюс три за обучение. Всего восемь миллионов рублей и… — взгляд серых глаз переместился на самозванку, — большой плюсик вам в карму.

Марсель с усмешкой поднял бокал, приветствуя победителя. Милая девушка отправилась к клиенту за средствами. Стас покраснел как рак, только сейчас осознав, что его очень умело развели.

В микрофон на рубашке кассирши раздался истеричный писк хитрой в интригах, но тупоголовой Алины:

— Стасик, любимый, а как же моя новая машинка? Не плати!

Он не успел коснуться пышных форм работницы фонда до того, как прошипел:

— Заткнись, дура!

Глаза с трудом удавалось держать открытыми, наблюдая за Силаевым, волочащим любовницу к выходу. Кудахтанье курицы фееричным бальзамом ласкало растоптанную душу. Ноги дрожали в желании сбросить стройное тело на пол. Полина физически ощущала экстаз, накрывший от происходящего. Ради этого стоило прийти на благотворительный вечер.