Развод. Уходи красиво

Глава 42

Совершенно седой, внешне приятный, поджарый мужчина неопределённых лет. Есть тип людей, перешагнувших определённый возраст и замерших в нём. Генерал-лейтенанту юстиции всегда будет чуть за шестьдесят.

Он поцеловал тыльную сторону руки гостьи, но не отпустил, а удерживал, внимательно всматриваясь в красивое лицо.

— Мы с вами раньше встречались? Вы очень яркая. Один раз увидишь и не забудешь.

— Нет! — Поля решительно качнула головой. — У меня хорошая память на лица.

Адеев попытался сгладить впечатление о допросе с порога.

— Может, помнишь Полину по моим фильмам?

Генерал рассмеялся, выпуская уз рук тонкие пальчики спутницы друга.

— Прости, Марс, но я не смотрю телевизор. Нет времени. А когда в последний раз ходили с Томой в кинотеатр и вовсе забыл.

— Идёмте к столу! Ужин стынет… — Время воспоминаний перенеслось на потом к облегчению Полины.

Поварихой Тамара Петровна оказалась отменной. За едой Марсель успел рассказать, что происходит с семьёй лучшей подруги любимой Полины. И кого считают виновным.

— Похоже на лихо закрученный детектив… — В отличие от мужа хозяйка дома обожала кино. — Мне вообще ничего не понятно. Я поспрашиваю у девочек об Олеге Игоревиче. Порой женщины знают о тайнах мужчин очень многое.

— Уверен, за родителями вашей подруги велась слежка. Не исключено, что сейчас следят за ней самой. В один миг такое не происходит. Сначала узнают слабые места, привычки… — Он смотрел прямо в лицо, задавая неудобные вопросы: — Но как там оказался Олег? Я считал его другом вашего отца.

Противно врать, но приходилось ради мамы. Неизвестно, что с ней станет, если откроется правда.

— Мы все жили в одном доме.

— Понятно. Я хорошо помню Феофанова, — генерал говорил осторожно, взвешивая каждое слово. — Мутный, скользкий, всегда умеющий угодить нужным людям. Рос в звании и становился наглее. Напрямую с ним не доводилось сталкиваться, но ходили слухи, что он не чист на руку. Хотя, утверждать не буду.

Они сидели за хорошо сервированным столом на огромной веранде с видом на сад. Миловидная Тамара Петровна разрезала пирог. Ароматы карамели, груш и ванили заполнили большое помещение.

— Обязательно попробуйте, хотя бы кусочек! Мой фирменный, с грушей… — Она весь вечер не сводила глаз с Полины. Наконец, решилась спросить: — Вы меня совсем не помните? Мы встречались в одной женской компании с вашей мамой, вы тогда были школьницей.

Большой, истекающий соком кусок лёг на тарелку. Словно Поля до сих пор была тощей девочкой, не заботящейся о весе. Хозяйка улыбнулась доброму прошлому.

— Хотя, маленькой рыжеволосой девочке было не до болтливых тёток. Потом выросли в яркую красавицу. Мы ходили на все ваши кинопремьеры… — Она пододвинула тарелку ближе к гостье. — Ешьте. Не сомневайтесь! Марсель будет любить вас любую. Я вижу это. Вы отлично играли, жаль, что прекратили сниматься. Такой талант нельзя зарывать в землю.

— Спасибо огромное! — актриса зарделась как девочка. Приятно слышать похвалу от подруги матери. Виноватый взгляд. — Но плохо помню, то счастливое время. Совсем ребёнком была.

— Информация устарела, — Адеев вступил в разговор. — Полина снимается в главной роли в моём новом фильме. Обязательно пришлю приглашение на премьеру.

— Правда? Я очень рада! Буду ждать! — светлые глаза по-доброму смотрели на рыжеволосую красавицу.

Поля чувствовала исходящее от них тепло. Возможно такими же были глаза родной мамы, глушившей в алкоголе боль от потери ребёнка. Как долго могла прожить, не потеряй дочь? Что это значило для её личной жизни? Потеря надежд на соединение с любимым мужчиной? Обиды на прошлое не было. Только тоска. Засосало под ложечкой. На глаза навернулись слёзы.

— Что с тобой, девочка?

Пришлось выдумывать причину накрывшей с головой ностальгии по упущенным возможностям.

— Мама болеет. Вы не могли бы заехать к ней в гости?

— Конечно! — Тамара Петровна обернулась к мужу: — Гриша, ты должен помочь девочке! Выпиши пропуск, чтоб могла прибежать к тебе напрямую в сложную минуту.

Григорий Афанасьевич свёл брови, разглядывая жену, явно что-то обдумывая. Он стукнул ладонью по лбу с возгласом:

— Вспомнил, где я вас видел! — Указательный палец направлен в грудь рыжеволосой гостьи. — Вы пытались попасть на приём без записи и пропуска! Мы столкнулись на выходе. И вы просили меня помочь пройти внутрь.

Поля замерла с вилкой у рта. Во рту божественно кисло-сладко и новость, как взбитые сливки надежды.

— Не можете точно сказать, когда это произошло? Хотя бы год. В тот день не я пыталась пройти в здание СКР, а моя сестра, — она качала головой, понимая, что все сведения о Феофанове правда. — Мы с ней одной крови, а я даже не знаю, живая или нет Инга…

Тягостная тишина затянулась на пару минут.

— Как одной крови? — Удивление генерала и его жены требовали объяснения. Пришлось рассказать первопричину поисков. Генерал отреагировал первым:

— Я сразу понял, что вы говорите о себе. Не стал бы Марсель беспокоить меня из-за незнакомки.

— Простите! Я переживаю за маму. Эта новость её убьёт.

— Не переживай! Никто ничего не узнает.

— Девочка, на тебя такое свалилось. Не каждая выдержит. За что нам тебя прощать? Значит, Феофанову что-то от тебя нужно?

— Папа всегда считал Олега Петровича стеной, способным поддержать в сложный момент, а он…

— Быть надёжным тылом и действовать за спиной — совершенно разные вещи. Ещё неизвестно почему он всегда крутился возле вашей семьи. За счёт чего непотопляемый Феофанов сделал карьеру? Может, спасательным кругом для него был ваш дядя?

Сплошные вздохи и переживания. Днём чувствовала себя свободной, а теперь опять вытирала сопли, вспоминая ушедших родственников. Поменять в один день мнение о близком семье человеке на сто восемьдесят градусов неприятно.

— Теперь уже не узнаем, — она пожала плечами. — Оказал услугу и получил в руки предмет для шантажа?

— В правильную сторону мыслишь, девочка!

— Странно всё. Дядя не настолько трепетно относился к маме, чтобы ради неё терпеть подонка.

— Порой подонок в услужении очень удобен. Всю грязь за тобой уберёт. Что мы имеем? Двадцать один год назад ваша сестра пыталась пробиться на приём. Думаю, она узнала, кто настоящий отец и пришла за подтверждением.

— Мог Феофанов упрятать её в психушку?

— Конечно! Она живой компромат. Неудобная для всех соучастников подмены… — Генерал ненадолго вышел и вернулся с записной книжкой. — Мне нужны данные вашей сестры. Имя, дату рождения вы знаете. Время, когда её могли забрать тоже. Попробую поискать по своим каналам.

Возвращались домой в приподнятом настроении.

— Если генерал пообещал, что найдёт твою сестру — так и будет, — Адеев улыбался. — Осталось тебе получить развод!

Звонок Дениса напомнил ещё об одном важном деле.

— Мама, документы готовы. Завтра на девять ноль-ноль назначено собрание акционеров, а следом совет директоров. Ты должна быть в форме!