Сбежавшая невеста. Академия Драконов

Глава 20

Себастьян Рагнар

Какой тьмы мы снова заговорили о дуэли, я понятия не имел. Но при мысли о том, что этот недоумок Эйлар будет драться с моей девочкой, у меня закипала кровь.

Лежа в своей постели, я слышал, как она ворочалась на кровати, а потом и вовсе бродила по комнате, не находя себе места. Переживала, что я причиню ей вред?

Утром я собирался все отменить. И Виктории стоило лишь попросить об этом, как я с улыбкой успокоил бы ее. Но она продолжала изображать из себя собственного близнеца, и что-то мне подсказывало, что виной всему была моя неправильная тактика. Наверное, я слишком привык к тому, что потенциальные невесты вились вокруг меня, будто стая хищников, и мысль о том, что кто-то может не захотеть выйти за меня замуж, просто не приходила мне в голову.

Перед самым рассветом я, немного раздраженный из-за упрямства своей соседки, проскользнул в ванную и, закрывшись там, застыл перед зеркалом. Всю ночь мне не давала покоя пульсирующая боль между лопатками. Я упорно гнал от себя мысль, что это все могло бы значить, но одного взгляда на свое отражение было достаточно, чтобы убедить — на моем теле действительно начала проявляться брачная татуировка. Я нашел свою истинную пару, и с каждым мгновением наша с ней связь становилась все прочнее.

Поплескав в лицо ледяной водой, я окончательно взбодрился и вышел в общую гостиную. На этот раз у меня не было желания шокировать свою невесту видом моего идеального, едва прикрытого полотенцем тела, хотя, признаться, ее реакция меня забавляла. Она так мило краснела, и даже если бы я почти сразу не догадался, кто прятался под личиной Виктора Брайса, этот румянец выдал бы ее с головой.

Из соседней комнаты не доносилось ни звука. Взглянув на часы, я убедился, что до назначенной дуэли осталось не больше получаса.

Она что же, решила не явиться? Или не отнеслась к моему вызову серьезно?

— Эй! Брайс! — я постучал в дверь ее комнаты, но ответа не последовало.

Неужели уже ушла?

Но когда проснулся, я совершенно точно слышал ее тихий кашель. Да и мой дракон чувствовал близость своей истинной пары. Может, она не спала всю ночь и уснула перед рассветом?

Стоило ли мне разбудить ее и напомнить о дуэли?

Я колебался всего одно мгновение. На очередной стук никто не отозвался, но прежде, чем войти, я все же предпочел предупредить о своих намерениях.

— Брайс, — сказал я достаточно громко. — Надеюсь, ты одет, потому что я вхожу.

Мой тон был достаточно насмешливым, чтобы Виктория не заподозрила, будто я раскусил ее обман, и, успокоив свою совесть, я толкнул дверь, которая оказалась не заперта. Очень непредусмотрительно со стороны девушки. Неужели она доверяла мне до такой степени, что даже не закрывалась? Но одного взгляда на щеколду было достаточно, чтобы определить причину — та была безнадежно сломана.

Тревога уколола сердце, когда я шагнул вглубь темной комнаты. Шторы были плотно задернуты, не пропуская золотистый утренний свет.

— Брайс! — позвал я тихо.

Неужели она действительно успела куда-то сбежать, пока я был в ванной? Но моего слуха коснулся тихий шорох, и я в несколько шагов пересек крошечную комнату, после чего оказался у кровати.

Глаза постепенно привыкли к темноте, и я увидел Вики, которая, свернувшись калачиком и натянув одеяло практически до самого носа, действительно спала. Но ее сон был беспокойным. С губ срывалось тяжелое, рваное дыхание, которое иногда прерывалось кашлем.

Похоже, наше свидание придется отменить.

Чтобы подтвердить свою догадку, я склонился над девушкой и потрогал ее лоб. Он был таким горячим, что сомнений больше не осталось. Похоже, наказание в леднике все же не прошло для нее даром. Но почему так внезапно началась лихорадка? Ведь еще накануне вечером Вики была бодра и весела.

Однако, думать о причинах было не самое удачное время, надо было срочно сбить жар, и я поспешил в ванную комнату за влажным полотенцем. Вернувшись, я потянул на себя одеяло и тихо хмыкнул, встретив сопротивление.

— Отпусти, — попросил я. — Я здесь, чтобы помочь тебе.

По-хорошему, мне стоило сбегать в лазарет за жаропонижающим порошком, но внутренний дракон пришел в ярость от одной только мысли оставить Викторию.

Выйдя победителем в нашей маленькой борьбе, я отбросил прочь одеяло. Девушка тихо, жалобно застонала, после чего закашлялась. Я поспешно шлепнул холодное мокрое полотенце ей на лоб, после чего призвал магию. Сила заструилась сквозь мои пальцы к горячему телу. Я буквально чувствовал ее боль, которая заставляла мою невесту жалобно метаться по постели, сбивая простыню во влажный комок, но ничем не мог ей помочь, кроме как немного облегчить страдания. От осознания собственного бессилия хотелось рычать, но вместо этого я спокойно и методично охлаждал разгоряченную кожу, и по мере того, как жар уходил, Вики успокаивалась.

За окном давно рассвело, когда она, наконец, перестала метаться и уснула глубоким, целительным сном. Вздохнув, я поднялся, чувствуя себя так, будто не сидел все это время на кровати, а как минимум несколько часов носился по полигону в усиленной тренировке.

Стоило, наверное, переодеть Вики, но вряд ли она простит мне столь грубое нарушение ее личных границ. Поэтому, еще раз убедившись, что жар отступил, я отправился в лазарет за снадобьем от простуды и порошками, а потом, подумав, заглянул в столовую и попросил куриного бульона, который практически всегда был в наличии.

Когда я вернулся, моя невеста все еще спала. Наверное, мне надо было оставить лекарства и суп на тумбочке и уйти к себе, но я так и не нашел в себе силы покинуть мою истинную пару. Поэтому, когда Виктория Брайс, наконец, проснулась, я был первым, кого она увидела. И растерянность в ее глазах практически сразу сменилась ужасом.