Секретарь Дьявола

ГЛАВА 29.

Василиса

- Василиса, - Сергей насильно впихивает меня в кабинет и захлопывает дверь, - тебя разве не учили, что подслушивать не хорошо?

Встречаюсь с серьезным взглядом Германа, он молча прислоняется к столу и скрещивает руки на груди. Он без пиджака и галстука, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, а рукава закатаны по локти.

- Я не подслушивала, - оправдываюсь, стараясь вытащить свою задницу из болота, в которое так глупо вляпалась. – Я забыла телефон в приемной, - достаю гаджет из кармана пальто и показательно демонстрирую его, - вот. Пришлось вернуться.

В кабинете повисает тишина. Кажется, ее разбавляет только стук моего взбесившегося сердца.

- Герыч, я видел ее в твой монитор, - спокойно произносит Сергей, до сих пор не отпуская меня.

Герман усиливает буравящий зрительный натиск, и мои поджилки начинаются трястись от страха. Его брови съезжаются на переносице. Он недоволен, бесцеремонно проникает в самую глубь. Отмазываться дальше бесполезно.

- Я ничего не слышала, - говорю спокойно и опускаю взгляд в пол, все еще надеясь выкрутиться.

- Серый, подожди в приемной, - раздается грозный тон, аж вздрагиваю.

Поворачиваюсь к парню и резко дергаю рукой, освобождаясь из крепкого захвата.

Предатель!

Смотрю на него с презрением и готова испепелить.

Сергей послушно покидает кабинет, оставляя меня один на один с Дьяволом. Нервные клетки еще сильнее бросаются в дрожь, не могу и представить, что меня сейчас ждет.

- И что же мне теперь с тобой делать, Василиса? – делает неприятный акцент на моем имени.

Подходит ближе, но я хочу спастись от бешеной энергетики и отступаю назад. В колком взгляде четко читаются варианты «убить или помиловать?».

- Понять и простить? – спрашиваю с надеждой на снисхождение и ощущаю, как упираюсь спиной в стену.

Бежать уже некуда.

Герман цокает, немного качнув головой, и продолжает неспешно направляться ко мне. Специально маленькими шагами, чтобы растянуть время, чтобы за эти долгие минуты я перебрала в своей голове миллион вариантов. Теперь он решает «убить быстро или медленно?».

Останавливается напротив, упирается одной рукой в стену возле моей головы. Тяжело сглатываю. Мне становится еще страшнее. Этого Германа я совершенно не знаю.

- И много ты слышала? – спрашивает тихо, томный голос льется как мед.

- Нет, - отвечаю сразу же.

- Расскажи, - переходит на шепот, который искушает и заставляет повиноваться.

- Ну…я…я…, - мямлю, наблюдая как он жадно смотрит на мои губы.

Резко выдыхаю и собираюсь с мыслями.

- Я только слышала, как вы ругались на Сергея, потому что он куда-то не поехал.

Обращаться сейчас к нему на «ты» язык не поворачивается.

- Я знаю, ты умная девочка, - наклоняется к моему уху, - и будешь держать свой язычок за зубами.

Дыхание учащается, кажется, мой пульс сейчас взорвется от дикого напряжения.

- Я никому не скажу, клянусь, - тоже шепчу, на минуту зажмурившись.

Чувствую, как он осторожно прикусывает мочку уха, и шумно выдыхаю. Издевается, Дьявол! Прислоняюсь ладонями к стене, надеясь, что смогу удержаться, когда ноги меня предательски подведут.

Мужской запах проникает в нос и соблазняет. С удовольствием вдыхаю его глубже. Не могу противостоять напору Германа и таю от жара его тела. Он убирает с моего плеча прядь волос и нежно целует в шею. Не хочу открывать глаза. Чувствую, как возбуждаюсь. Снова возвращаюсь в сны, которые мучают меня на протяжении долгих недель.

Руки Германа пробираются под пальто и его горячие ладони по-хозяйски располагаются на моей талии.

- Я неправильный, Василиса, - слышу бархатный голос, и мое тело вмиг покрывается мелкими мурашками. – И далеко не идеальный.

Продолжает ласкать языком шею, рука уже залазит под кофту и, как только его пальцы чуть касаются голой спины, резко вздрагиваю. Соски-пики мгновенно упираются в ткань бюстгальтера.

- Никогда не позволял себе иметь отношения с подчиненными, - скользит губами по подбородку, - а перед тобой устоять не могу. Что же в тебе такого особенного?

Перестаю ощущать его прикосновения и резко открываю глаза. Он так же стоит напротив и исследует меня взглядом. Лицо довольное, глаза горят. Дьявол знает, ему удалось завести меня и перетащить на свою темную сторону. Готова сорваться с обрыва и лететь прямиком к нему в ад.

Столько раз фантазировала об этом моменте. Пошлые сны, в которых мы занимаемся любовью, периодически врываются в мою жизнь. Это сводит с ума. Хочется и дальше ощущать его руки на своем теле.

- Так не останавливайся, - удивляюсь своему хриплому голосу и облизываю пересохшие губы.

- Не могу, - произносит сдержанно и отходит, - как ты уже знаешь, случилась небольшая неприятность и мне надо решить кое-какие вопросы.

Герман возвращается к своему столу.

- Так что ты иди, - не обращает на меня внимания, смотрит на бумаги, - я вечером заеду к тебе.

Да как ему это удается? Стою тут, готовая отдаться ему прямо сейчас, а он резко меняется в лице, абстрагируется от того, что произошло и вновь занимается делами. Значит, они ему важнее, чем я!

Застегиваю пальто и стремительно вылетаю из кабинета. Пялюсь себе под ноги, не замечая Сергея, ждущего в приемной, и бегу к лифту. Как только металлические створки закрываются, прислоняюсь головой к стене и закрываю глаза.

Дура, ты, Василиса! Поддалась эмоциям, которые никому не нужны. Кажется, моя дальнейшая работа здесь превратится для меня в настоящую пытку. Жалостливо зажмуриваюсь. Хочется разрыдаться, но я насильно расправляю плечи, натягиваю улыбку и, когда кабина останавливается на первом этаже, уверенно выхожу в холл, где меня уже заждались ребята.