Секретарь Дьявола

ГЛАВА 58.

Василиса

Раньше я думала, что жила в аду, но как же сильно я ошибалась!

Теперь официально заявляю: последние три месяца стали для меня настоящим адом!

После покушения в кафе все мысли только о безопасности. Я редко появляюсь на улице, о поездках в Москву уже не идет и речи. Слава богу, что работы меня не лишили. Долго упрашивала Германа не делать этого, иначе я свихнулась бы. Реально. Постоянно жить в страхе, ходить и оглядываться, вздрагивать от каждого шороха и сохранять здравый разум – то еще испытание.

К сожалению, уговорить Германа оставить машину мне не удалось. В фотостудию езжу с личным водителем и уже тремя охранниками, работу посещаю всего лишь три раза в неделю. Заказчики проходят проверку и в последнее время я принимаю лишь знакомых людей, которые обращаются ко мне за повторными фотосессиями. Вхожу в рабочее помещение только после тщательного обыска здания, которое проводят мои внимательные церберы.

Чувствую себя пленницей. Герман все время проводит дома, уже и забыла, когда он в последний раз появлялся в офисе. Сидит, как нянька над душой, чем еще сильнее бесит меня. Ловлю себя на мысли, что начинаю медленно сходить с ума, не жизнь, а боевик какой-то. Никто не знает чего еще ждать от Шевцова, поэтому все на стороже.

После рабочего дня меня в бронированном джипе привозят домой. До жути надоевшая рутина. Не обращаю внимания на двух охранников, стоящих возле двери, и вхожу в квартиру. Взгляд сразу же натыкается на Германа, снова он дома. Тяжело вздыхаю. У нас Сергей и Филипп, а так же парень по имени Николай, он не так давно появился в окружении Германа, даже не хочу вникать для чего он его притащил сюда и за что тот отвечает.

Видимо, мужчины что-то обсуждали, потому что стоило мне войти в квартиру, они сразу же замолкают и смотрят на меня. Впрочем, все как обычно.

- Привет, - бурчу недовольно и прямиком направляюсь в спальню, минуя молчаливую компанию.

Хочу принять душ и лечь спать. Такой график у меня в последнее время. Я надеюсь, что однажды я проснусь, и жизнь будет прежняя. Когда можно будет свободно гулять по городу, ездить в Москву к дяде и быть уверенной, что тебе ничего не угрожает.

Будь проклят тот день, когда я согласилась помочь Сергею!

Заснуть не удается, ворочаюсь в кровати, мне то жарко, то холодно. Я то высуну ноги из-под покрывала, то засуну обратно. Подушка кажется неудобной, начинаю злиться. Надо немного успокоиться, решаю подняться и посидеть за компьютером, чтобы обработать сегодняшние снимки и скоротать время.

Тихо выхожу в коридор, чтобы незаметно прошмыгнуть на кухню и заварить себе травяного чая, но резко останавливаюсь, услышав басистые голоса.

- Мы не можем отследить его, Герман, - голос Филиппа я уже прекрасно знаю.

- Но не может же он провалиться сквозь землю! – раздается нервный тон Германа.

- Не паникуй, всплывет, - произносит Сергей, а я на носочках подхожу ближе к арке, ведущей в гостиную. – Тебе бы не мешало вникнуть в дела компании.

- Я не могу работать, когда Василисе угрожает опасность, - злобно говорит Герман, и я даже представляю, насколько сурово сейчас выглядит его лицо.

- Герыч, я понимаю, - продолжает наседать Сергей, - но ты должен посмотреть контракты. Многие поставщики уже не хотят с нами работать из-за срыва оплаты. Сроки заказов летят к чертям.

Недовольно закатываю глаза, опять эти серьезные разговоры, тошнит уже от них. Мое терпение доходит до предела, и я спокойно выхожу в гостиную.

- Сергей прав, Герман, - скрещиваю руки на груди и останавливаюсь рядом с диваном, - тебе пора вернуться к руководству компании.

- Не лезь, - злобно зыркает на меня.

- Не надо указывать что мне делать, - срываюсь на него, повышая голос.

Мне уже плевать на присутствие остальных. Моя нервная система дает мощнейший сбой и все тормоза, все ограничители летят в пропасть.

Невыносимо. Так дальше жить невыносимо!

Я уже не боюсь за свою никчемную жизнь, мне уже чихать на свою безопасность. Я не вывожу такого ритма, я не справляюсь с бременем, которое свалилось на мои плечи. Да, по моей вине, я это признаю и не отрицаю. Но я устала. Просто устала…

Герман переводит серьезный взгляд на присутствующих, те все понимают и молча покидают квартиру. Уверена, они как преданные псы ждут за дверью и, когда я успокоюсь и уйду, они вернутся и продолжат выстраивать все новую и новую защиту.

- Мы обсуждали это тысячу раз, - четко произносит Герман и шумно выдыхает.

По его глазам читаю: «опять Василиса устраивает свои истерики» и меня начинает трясти.

- Если бы ты не полезла к Шевцову…

Опять он об этом.

- Хватит! – резко перебиваю его и чувствую, как к горлу подступает ком. – Хватит меня обвинять. Я хотела тебе помочь!

- Шевцов…, - произносит он.

Снова эта гребанная фамилия, просыпаюсь и засыпаю с ней. Шевцов то, Шевцов се. Не хочу больше ее слышать и снова нагло перебиваю Германа.

- Да плевала я на него, - кричу, выплескивая на него всю желчь, которая скопилась во мне за последние месяцы. – Задолбала меня такая жизнь! И ты мне уже надоел, ходишь за мной по пятам. Может, этот Шевцов припугнул нас в кафе и уже забыл обо мне. А у тебя с каждым днем паранойя разрастается все больше и больше. Ты посмотри, - нервно раскидываю руки и осматриваюсь, - посмотри во что превратилась наша жизнь! Это же ад! Мы не живем, мы существуем.

- Я думаю о твоей безопасности, - кричит в ответ, тоже не сдерживая эмоции.

Быстро подлетаю к нему и испепеляю взглядом его сердитое лицо.

- Достал ты уже со своей безопасностью, - недовольно шиплю. – Скажи, Герман, когда в последний раз мы занимались сексом?

- Это тут причем? – злостно рычит.

- Когда? – ору во все горло. – Ты вообще не обращаешь на меня внимания. Не обнимаешь. Не целуешь. Спишь на диване. Ты стал одержим этим Шевцовым. А я? – делаю шаг назад, стягиваю футболку и оголяю грудь.

- Василиса, что ты делаешь? – громко сглатывает и пожирает меня глазами.

- Я хочу тебя, - подхожу ближе. – Я хочу, чтобы ты взял меня! Как раньше! До одури, до хрипоты. – Герман отводит взгляд в сторону и его тяжелое дыхание опаляет соски. – Посмотри на меня! – приказываю и чувствую, как из глаз начинают скатываться крупные слезы.

Чувства зашкаливают, в голове шумит, и я дико злюсь, что он отворачивается от меня.

- Посмотри на меня! – от обиды начинаю хлестать его по щекам, он все выдерживает, терпит и, когда ладони начинают жечь, он ловит мои запястья и со всей силы вдавливает меня в свое каменное тело.

- Ты еще любишь меня? – шепчу, глотая слезы.

- Не задавай глупых вопросов, - смотрит на мое лицо, широко раздувая ноздри.

Вырываюсь из его цепких рук, стягиваю шорты и остаюсь полностью обнаженной.

- Возьми меня, Герман, - произношу хныча, даже упрашиваю. – Я хочу тебя. Пожалуйста.

Прислоняю ладошку к его паху и ощущаю, как сильно он возбужден. С дикой жадностью впиваюсь в мягкие губы и всасываю сок, которым не наслаждалась долгое время. Долгое мучительное время.

Герман обхватывает мое лицо руками и начинает насиловать мой рот, грубо засовывает язык, больно кусает, истязает нежную кожу. После долгой завязки все чувства накалены до предела, и мы ловим новые и новые сумасшедшие ощущения.

Не прерывая поцелуя, если это можно так назвать, он наступает на меня и быстро подводит к дивану. Резко хватаюсь за низ его футболки и грубо срываю ее через голову, отбрасываю в сторону и вновь возвращаюсь к любимым губам. Герман стягивает спортивки и из моего рта вылетает глухой стон, как только чувственная головка утыкается мне в живот. Смотрю на эрегированный член и не могу поверить, что наконец-то получу желаемое. На лице растягивается довольная улыбка, я в предвкушении нашего страстного секса.

Герман подхватывает меня под ягодицы и жестко бросает на диван. Не испытываю никаких лишних эмоций, только возбуждение, только пожар внизу живота и только дрожь от предстоящего проникновения. Широко развожу ноги, уже готовая принимать его твердый член, чувствую, как смазка течет по складочкам, а в глазах Германа замечаю ураган, его крышу тоже круто сносит.

Он склоняется надо мной, упираясь ладонями в подушки дивана, смотрит в упор и с размахом влетает в жаждущее нутро. Вскрикиваю от неожиданности, и тело покрывается мелким мурашками от пульсации напряженного пениса.

- Сука, как же хорошо, - ругается Герман и как голодный набрасывается на мою грудь, ласкает возбужденные горошинки, кусает их, проводит кончиком горячего языка по ареолам и даже причмокивает, всасывая каждую попеременно.

Выгибаюсь дугой от накатывающего экстаза, еще немного и меня разорвет на атомы. Закрываю глаза, облизываю пересохшие губы и стону на всю квартиру.

Бедра Германа двигаются быстро, он с легкостью вгоняет в меня свой упругий член, до самого предела, насаживая мое трепещущее тело на всю длину. Смазка стекает по ногам, от ее обилия в комнате раздаются грязные шлепки, ладошки начинают покалывать, а в кончиках пальцев до одури зудит.

Герман обхватывает мою шею сзади, вытаскивает член из горячего влагалища и приподнимает меня. Повинуюсь своему Дьяволу как тряпичная кукла. С трудом сглатываю, когда он насильно разворачивает меня к себе спиной и опускает коленями на диван.

Да, я очень хочу, чтобы он взял меня сзади!

Дрожащими пальцами хватаюсь за спинку и прогибаю поясницу, еще сильнее раскрываясь перед своим мужчиной. Он проводит рукой по влажной киске, затрагивает ноющий клитор, отчего я сразу же вздрагиваю, и без церемоний и посторонних ласк снова входит в меня.

- Да, да, да, - не сдерживаю эмоции, кричу на всю гостиную и чувствую, как по щекам текут слезы.

Мне не больно, мне очень хорошо. Герман умело выдалбливает из меня всю дурь, всю дикость, всю депрессию. Все плохое, что окружало меня в последнее время. Он собирает мои волосы, рассыпанные по влажной спине, в хвост, грубо накручивает их на свой кулак и резко притягивает мою голову к своей груди. Тело натягивается как струна, каждый толчок воспринимается как бешеный импульс, который доставляет лишь кайф и наслаждение. Он подносит большой палец к моим губам и засовывает его мне в рот, посасываю его и жадно стону.

- Так ты хотела? – искушенно шепчет мне на ухо и по телу пробегает заряд тока.

- Пожалуйста, - молю и хнычу, - не останавливайся.

Трахая меня с огромной скоростью, я отчетливо слышу, как учащается дыхание Германа. Мозги превращаются в кашу, я падаю в бездну и предаюсь дикому оргазму, который накрывает меня с головой. Меня всю трясет, упругие стеночки влагалища бесконтрольно сокращаются. Герман делает шаг назад, лишая меня чувства наполненности и я обессиленная валюсь на бок. Он тут же опускается передо мной на колени и, даже не дав прийти в себя, сразу вгоняет в мое мокрое лоно свой член. Одной рукой он удерживает меня за волосы, второй хватается за шею и насаживает на твердый ствол. Через несколько секунд он наполняет меня спермой, его тяжелое тело валится на меня, горячее дыхание опаляет мое влажное лицо и в губах затихает истошный рык. Крепко обнимаю его, прислоняя голову к своей груди и целую родную макушку.

Дьявол, как же я скучала!