Серая мышь для магната (СИ)

Глава 15

Андрей

Остаток времени, что мы провели в полёте — обсуждали дела и отель, ради которого потащились на юг. Потом девушка уснула, откинувшись на спинку кресла. Медовые локоны струились вдоль её лица и нежно ложились на изгиб женской шеи.

Она казалась такой безобидной.

Невольно я вспомнил тот день, когда впервые её увидел. И это было вовсе не на собеседовании, нет.

Я зашёл в кабинет Влада, чтобы забрать свои документы. Брат обещал их подписать, пока я был в отъезде. Даже заморочились и сделали доверенность. Но увы, у Самойлова не нашлось даже пяти минут, чтобы оставить росчерк в бумагах. Осознавая масштабы безответственности брата, я сел в его кресло и набрал мать, отвернувшись к панорамным окнам. Отсюда открывался прекрасный вид на город.

Мама на звонок не отвечала. Что же, возможно, в тот момент это было и к лучшему. В итоге, я, как и обычно решил всё сам.

Правда, ход моих мыслей нарушило появление Янины. Она так бесстрашно сообщила о своих чувствах, что, безусловно, достойно уважения.

В тот миг мне подумалось, как жаль, что Влад не способен оценить в полной мере счастье, которое могло бы ему достаться. Будь он внимательнее и усидчивее. Не будь он… собой?

Простая девушка, которая искренне любит. Разве этого мало?

Теперь, глядя на Янину, мне подумалось, как я рад тому, что всё так вышло. И можно насладиться иллюзией, будто я могу позволить себе провести время с другим человеком. Женщиной. Да ещё и такой аппетитной.

Нет, с противоположным полом у меня много чего было. Но всё пустое. Красивая картинка. Фантик. А здесь как будто теплится жизнь.

Самолёт приземляется, и мы покидаем салон. На выходе спутница оступилась, и мне удалось её подхватить. Рыжая смущённо улыбнулась и спешно отвела глаза. Интересно, она всегда так робеет или только рядом со мной?

Мы пересаживаемся в машину, которая уносит нас в бухту, подальше от посторонних глаз. Янина всю дорогу смотрит в окно и избегает смотреть прямо на меня. Вот уж точно, Янус Двуликий. И непонятно, что она за человек. То ли бесстрашная разрушительница отношений, то ли наивное создание плывущее по течению.

Отель располагался в живописном месте, скрытом от посторонних глаз. Узкая бухта между скалистых гор, покрытых соснами, засажена виноградниками. И через приоткрытые окна, очень скоро салон наполнил чарующий аромат.

— Удивительно место, — восторженно выдохнула девушка, выглядывая в окно и подмечая фасад мини-отеля, что стоял у кромки моря.

— Да, с точки зрения расположения здесь мог бы быть замечательный и уютный отель для пар. Уединение и покой. Без суеты…

Девушка смотрит на меня с подозрением, и я вдруг понимаю, что вложил в эту фразу слишком много эмоций. Так, она быстро поймёт, что порой я себе именно так представлял будущую жизнь. Без суеты. Тишина, покой, и дивный вид за окном. Мне показалось, что было бы неплохо продемонстрировать себя именно с этой стороны. Девушки любят романтиков.

— На самом деле, — продолжаю задумчиво, пытаясь войти в роль, — я даже и не знаю, хочу ли я, чтобы это был отель. Или сто́ит оставить этот дом себе. Бросить бизнес, перебраться сюда и делать вино.

Рыжая смотрит удивлённо, округлив глаза.

— Ну… — тянет неуверенно, — Очень многие обеспеченные люди бросают всё и уходят в сельское хозяйство. Самым ярким представителем был, наверное, римский император Диоклетиан. Когда его попросили вернуться, император сказал, что если бы вы видели, какая выросла капуста, то никогда не стали просить об этом, — она улыбается, заправив локон за ушко.

А я думаю, сколько подобных ремарок ждёт меня сегодня.

— Поразительно, насколько хорошо вы знакомы с историей, — отвешиваю комплимент и одариваю девушку улыбкой.

Та пожимает плечами.

— Ну, это долгие вечера за книгами, — Янина снова смущается, и это подкупает.

Очаровательное создание.

Водитель притормаживает у парадного входа, и нам навстречу выходит пышнотелая женщина. Которая, несмотря на свой довольно посредственный внешний вид, держит клининговую фирму. И за минувшую ночь, под чутким руководством этой дамы, отель преобразился из богом забытого дома с плесенью, во вполне сносное строение.

— Добро пожаловать! — радостно говорит она и широко улыбается, — Я Патимат Мухамедовна! — представляется Янине, которая осторожно выбирается из машины.

Я тоже выхожу и с улыбкой добавляю:

— И моя крёстная мать, — шагаю к женщине, и та радостно обнимает меня своими крепкими сильными руками.

На самом деле, конечно, мусульманка никак не могла крестить меня. Но моя мать умудрялась дружить с разнообразными людьми и поддерживать крепкие отношения, основанные на взаимном уважении и поддержке даже на расстоянии.

— Есть в вашем бизнесе хоть кто-то, кто не ваш родственник? — с улыбкой, говорит гостья, в очередной попытке меня поддеть.

Я в ответ только развожу руками и улыбаюсь.

Патимат хохочет, отчего её формы в цветастом халате заколыхались, напоминая морскую гладь в непогоду. Мухамедовна увлекла Янину за собой на экскурсию, а водитель занялся чемоданами.

Я направился сразу в свой кабинет. В этот самый момент и позвонила мама.

— Ну? — спрашивает она сухо, — Как дела?

— Всё под контролем.

— А ты где? Мы ждём тебе уже полчаса!

— Я же говорил Лиде, что сегодня и завтра меня в городе не будет.

— Но мне же не говорил! — взвилась родительница, — Звонила Мальвина, я сообщила ей о травме Влада. Она хочет вернуться, но мы с грымзой её отговариваем. Нужно выиграть время, чтобы мозги Самойлова встали на место. А то ещё, чего доброго, решит порвать с ней.

Толкаю дверь в кабинет и вхожу.

Комната пропахла чистящими средствами, но морской бриз, который врывался в распахнутые окна, успешно с этим справлялся. Я плотно прикрываю двери за собой и ставлю сумку на край стола.

— Правильное решение, — отвечаю родительнице и подхожу к окну.

Я нахожусь на втором этаже и вижу голубую гладь моря и кипарисы, чьи кроны покачиваются на ветру.

— А что с девушкой этой?

— Она со мной, — глухо отвечаю, — Здесь. В Сочи.

— С тобой?! — мать как будто подавилась этими словами.

— Да. А что такого? — её удивление покоробило меня, — Я не могу отвезти женщину к морю?

— Что ты собрался с ней сделать, Андрей? — строго спрашивает мать, словно я какой-то монстр.

— Отвлечь от Влада, — миролюбиво отвечаю с кривой улыбкой, — И, кажется, у меня получается.

— А если она влюбится?

Повисает пауза. Нет, я не хотел бы, чтобы так вышло. Просто короткая интрижка. Пара свиданий. Может быть, обещания под луной. Не более. Потом можно было бы уехать сюда, на юг вместе и остаться. Ну а после сослаться на то, что не подходим друг другу и разбежаться. Даже отель бы ей оставил. Всё равно это старьё уже не приносит никакой прибыли.

— Уверен, я смогу решить этот вопрос.

— Ты собрался разбить бедной девушке сердце?! — ещё одна черта моей матери, нагнетать обстановку.

Никто и никому даже не нравится, а она уже паникует.

— Если оно у неё, конечно, есть, — замечаю с издёвкой, — Но я полагаю, скорее речь ведётся о том, что надо найти жениха просто побогаче. Возможно, я вывезу её в ресторан и там познакомлю с кем-то богаче нас. И проверим…

— Кто там может быть богаче нас?!

Снова матери что-то не нравится.

Устало тру лицо. Конечно, есть люди богаче нашей семьи. Но ни отцу Влада, ни моей родственнице это не нравится.

— Я не хочу, чтобы кто-то страдал, Андрей, — тоном, не терпящим возражений, продолжает Надежда Александровна, — Может, просто вернём её обратно в «БилдИнвест»?

Как будто это не разобьёт её сердце. Обращение, как будто с собакой.

— Или будем профессионалами, не потеряем деньги, раскрутим бизнес и уберём соперницу из-под носа Мальвины? Ты настолько не веришь, что я способен увлечь какую-то женщину?

Иногда мне нравилось поиздеваться над маман. Беззлобно, конечно. Но она слишком меня недооценивает.

— У вас с Владом всегда был баланс. Он творит дичь, а ты — собран и разумен. Но сейчас, кажется, назревает смена полюсов.

— Хочешь сказать, что я творю дичь?!

— Сказала уже. И не раз, — отвечает Надежда Александровна и вздыхает тяжело, — Для тебя это просто бизнес. А для неё — целая жизнь.

Как меня достали эти разговоры о нравственности!

— Всё с ней будет хорошо, — отрезаю раздражённо, — я её не обижу.

— Уж постарайся. Судебных исков нам только не хватало!

И снова госпожа паникёрша вошла в чат.

— Пока, мам, — не в силах больше это терпеть, сбрасываю сигнал и отворачиваюсь от окна.