Серая мышь для магната (СИ)

Глава 9

Янина

Это был волшебный вечер. И я ощущала себя, словно принцесса. В голову приходила аналогия с Золушкой, пусть и довольно отдалённая. Конечно, я не претендовала на руку и сердце своего принца, ведь понимала, что он несвободен. Но купаться в его внимании было просто верхом блаженства.

Влад видел меня. Флиртовал. Ухаживал. Всячески касался, подчёркивая особое отношение.

Я чуть с ума не сошла, пока дождалась машину. Мне всё казалось, что эта чудная сказка вот-вот завершится. И всё привиделось, или просто сон. Я выбирала придирчиво наряд и макияж. Радовало в этой ситуации лишь то, что Юля всего этого не видит.

Потому что, будь она рядом, то окатила бы волной сарказма. Или проще говоря, вернула с небес на землю. Нет, головой я понимала, что гуляю по тонкому льду. Играю с собственными чувствами, вязну в болоте, из которого выбиралась с таким трудом.

Но судя по всему, моя новая жизнь оказалась просто иллюзией. И Влад никогда не покидал моих мыслей.

Когда он всё же приехал, такой красивый и счастливый, подумала: «Неужели это правда происходит со мной?».

Потом увидела себя в отражении и поняла. Я этого достойна.

Да, не красавица. Да, молодой и неопытный специалист. Да, просто повезло.

Но ведь… повезло же! И у меня не будет синдрома самозванца, потому что каждый человек в своей жизни заслуживает «звёздный час»! И мой, судя по всему, сегодня.

Мы сидим за круглым столиком, и начинается официальная часть мероприятия. Рядом сидит Самойлов и то и дело, кладёт руку на спинку моего стула, слегка поглаживая большим пальцем оголённый участок моей спины в районе позвоночника. И склоняется, чтобы прошептать какую-нибудь глупость на ухо, обдавая горячим дыханием.

Я задыхаюсь от восторга, не в силах скрыть смущения, приправленного торжеством. Все ведь видели это, правда?

Когда я оглядываю зал, то понимаю, что все! Публика не сводит с нашего столика глаз, и это нервирует всех, кто с нами сидит, кроме нас самих. Запоздало вспоминаю, что по правую руку от меня восседает мама Андрея Викторовича, и то и дело ловлю её неодобрительный взгляд. Рядом с Владом, сам Киреев. От его взглядов я могла бы превратится в глыбу льда — таким обжигающе холодным он был.

Это отрезвляет. Я пытаюсь держать себя в руках и не радоваться так явно. И потом Самойлов говорил, что где-то в зале находится и мать его невесты.

За нашим столиком присутствовали ещё несколько незнакомых мне людей, с которыми перекидывался вежливыми фразами Андрей. Но меня в диалог никто не включал.

На сцене вещал мужчина, уже битых полчаса, рассыпаясь в благодарностях благотворительному фонду имени, которого собственного, и собрался банкет.

Я слушала с интересом, но при всём желании уловить суть этой речи было просто невозможно.

Влад в очередной раз склоняется к моему уху:

— Сегодня ты невероятно красива, — выдыхает блондин, вызывая сноп горячих мурашек по телу.

Улыбаюсь сдержанно и киваю, не желая нарушать ответной репликой царившую тишину. Зато Киреев следит за нами крайне пристально. И на каждое движение Влада оборачивается, и строго на того смотрит. Словно строгая матушка. Какой же он душный! Уверена, что когда Самойлов ухаживал за Мальвиной, Андрей был куда сговорчивее.

Встречаю мрачный взгляд мужчины. Смело. Бесстрашно. Но в то же время миролюбиво. Враги мне ни к чему. Он тоже смотрит на меня. Прямо. Открыто. Решительно. Словно хочет сказать что-то, но также опасается перебить спикера. Становится немного не по себе. Отвожу нерешительно глаза, опускаю ресницы.

— Где ты раньше была? — льёт мёд мне в уши Влад и накрывает руку своей, — Может быть, жизнь сложилась бы иначе?

Поднимаю глаза на блондина и мягко тому улыбаюсь. Самойлов отвечает на мою улыбку с грустным выражением лица, сложив брови домиком.

Какой же он обаятельный! Глаз не оторвать!

Сколько часов я любовалась его фотографиями в соцсетях? Один раз даже поцеловала экран смартфона, в надежде, что он почувствует мою любовь. Это был так наивно и глупо. Так по-детски. Теперь то я это понимаю.

Мужчина на сцене заканчивает свою речь, зал взрывается аплодисментами. Скорее от восторга, что он, наконец, закончил. И выносят горячие закуски, после которых начнётся, собственно банкет. В ходе которого каждый из участников объявит, сколько именно денег он готов заплатить за работы детей с синдромом Дауна. И чем выше ставка, тем больше денег получит фонд. Всё выглядело довольно благородно, если не считать, во сколько обошлись блюда из омаров.

Еда, правда, была божественной. Самойлов занимал собой всё внимание и не давал никому спокойно поговорить. Впрочем, в то же время разбавлял ту натянутую обстановку, что воцарилась за столом. Киреев по большей части молчал и игнорировал моё присутствие. Его мать вообще просто сидела и пила. К еде не притронулась.

Ещё с тех времён, когда работала в их фирме в прошлый раз, я, как и все коллеги, побаивалась Надежду Александровну. Нрав у неё был крутой. Но скорее, она страшно молчала. Поэтому, всё ещё робея в её компании, я в основном помалкивала. И прекрасно понимала, как им всем не нравится то, что творит Владислав.

Но можно один вечер побыть эгоисткой?

Вокруг царила такая захватывающая дух красота! Крупные цветы роз — белых, розовых, красных опутывали все вокруг. И сад буквально утопал в райском аромате. Романтические фонарики добавляли волшебства, и хотелось затеряться в этой красоте. Но приходилось сидеть в шатре.

— Может, потанцуем? — насытившись, вновь активизировался Влад.

Пожимаю плечами в ответ, с улыбкой.

— Пошли, — парень по-мальчишески весело хватает меня за руку и увлекает на танцпол.

Джаз бэнд играет лёгкую фоновую музыку, под которую можно было танцевать только медленный танец. А Самойлову только того и нужно было.

Он притягивает меня к себе, устроив руку на талии, и жадно вдыхает аромат моих духов.

— Ты самая красивая женщина в этом собрании! — заявляет томно.

Даже смешно немного.

Отодвигаюсь на более приличное расстояние и вскинув бровь, спрашиваю:

— Ты правда меня не помнишь совсем?

Влад глупо улыбается и качает головой.

— Я приносила документы в твой кабинет на подпись, по понедельникам, средам и пятницам. В сером костюме и с косой.

— Знай бы, какой самородок скрывается за этим костюмом, не стал бы тратить время зря! — шутливо отзывается Самойлов и снова притягивает меня к себе, закружив в танце.

Как бы мне хотелось верить в эти слова.

С долей грусти кладу подбородок на его плечо и вздыхаю.

— Какой чудесный, волшебный вечер…

Влад кивает и добавляет:

— И он только начинается!

От Самойлова пахнет дорогим парфюмом, он источает уверенность в себе. И мне это импонирует.

— Мне казалось, что после объявления сборов вечер закончен.

— Но не для нас!

Влад кружит меня снова, словно бы жаждет дезориентировать.

— Может, немного передохнём? — едва не оступившись, взмолилась я, неловко поправляя распахнувшийся разрез.

Всё же этот наряд не предназначен для столь активных танцев.

Самойлов тут же спешно кивает.

— Конечно! Как на счёт прогуляться по саду? Здесь есть чудесный маленький фонтанчик в лабиринте. Хочешь посмотреть?

Отказываться я смысла не видела, поэтому кивнула.

— Что же, тогда идём? — Самойлов подставляет мне локоть и ведёт на выход из шатра, как вдруг нам преграждает дорогу Надежда Александровна.

— Влад?

Самойлов тут же останавливается и оглядывается на женщину.

— Идём, Андрей тебя ищет, — и кинув на меня взгляд, добавляет, — Прошу прощения.

Киваю спешно и отступаю от мужчины, позволяя его увести. Влад оглядывается на ходу и спешно говорит:

— Подожди меня там, — указывает на беседку, подсвеченную желтоватым светом фонарей, в стороне от шатра, на возвышенности.

Киваю послушно, и, прихватив бокал шампанского, выхожу на узкую тропинку. Вдохнуть свежий воздух полной грудью, и немного освободиться от столь пристального внимания. Лёгкий свежий ветерок треплет волосы, наполняя новыми силами. Всё же, быть заметной очень тяжело.

Потягивая шампанское, следую по тропинке, усыпанной лепестками роз, в сторону беседки, попутно любуясь окружающими меня красотами. Ну что за чу́дное место!

Из выбранной Владом локации открывался чудесный вид на весь сад и шатёр. Звёздное небо, лёгкий ветерок и звуки музыки словно из другого мира.

Шампанское разливалось теплом по венам, и я вдруг подумала, что, наверное, это случится сегодня. Я отдамся Самойлову. И не буду об этом жалеть, потому что хочу. Хоть и прекрасно понимаю, что он вовсе не однолюб, и уже завтра, скорее всего, забудет обо мне.

Плевать!

На тропинке слышатся шаги, оборачиваюсь.

К беседке следует мужчина. И фонарики очерчивают лишь его силуэт.