Станция "Глизе"

Глава 31

Я лежала, наблюдая, как Зейн мечется по каюте, собирая мои вещи. Фиомия не соврала: когда он переживает, то начинает наводить порядок. И чем дольше я за ним следила, тем отчётливее понимала, что что-то не так. И дело не только в Рихарде.

— Может, уже расскажешь? — предложила, просто не выдержав этого напряжения.

— Да нечего.

— Не ври, — оборвала его на полуслове. — Ненавижу, когда меня обманывают.

Он остановился и громко цокнул.

— Говори, — настаивала я.

Он всплеснул руками и выдохнул:

— Там погром кругом. Такое чувство, что на этой станции была небольшая войнушка. Следы от зарядов бластеров. В стенах точечные отверстия от огнестрела… топливо кругом такими странными разводами, будто здесь всё им залито было. Да ещё, возвращаясь, я заметил, что мелкие лужи, которые были…

— Они исчезли, — договорила за него. — Я это увидела на мониторе, и Красу показала. Сначала были две лужи, а потом вдруг одна, но большая, а после — вообще ничего. Одни грязные разводы. Но сырьё не может самовольно перетекать из одного места в другое. Не может, но…

— Но… Эль. — Он закивал, покусывая клыком нижнюю губу. — И ещё… шлюзы были действительно заблокированы из диспетчерской. Вот только кто это мог сделать, ума не приложу. И главное, зачем?

— А там как? — мой голос всё ещё дрожал.

— Погром и масляные жирные пятна. Всё залито и снаружи, и изнутри. Какая-то долгоиграющая у них цистерна разлилась. Не могли же они эту жижу в вёдра набирать и ходить ею стены поливать? Бред какой-то.

Я села на постели, притянув к себе одеяло. Фиомия была на своей зарядной подставке и, кажется, дремала. Уж не знаю, как так… Но я отчётливо видела, что она не отключена, и по крышке её болванки бегали жёлтые огоньки.

— Отдыхает, — подтвердил мои догадки Зейн. — У меня сейчас такой раздрай в душе. Я тебе даже за неё спасибо сказать не могу, потому как представлю, как ты её спасала, так убивать хочется. Прости, Эль… Как я вас оставил? Чем думал?

— Мне не нужно было идти в технический отсек…

— А как бы ты туда не пошла? Я ведь заскочил сначала на мостик. На вопрос Красу, где ты, был дан чёткий ответ — исполняет свои обязанности. Да я к вам и не собирался… Но чуйка сработала. Шестое чувство. Ноги потащили… Да… — он смачно выругался, но, быстро закрыв рот, взглянул на сестру.

— Ты успел, Зейн, — прошептала я. — Ну и пережила бы я это… пережила.

— Я не хочу, чтобы ты такое переживала, — он подошёл ко мне и, склонившись, прижался лбом к моему лбу. — Не хочу, Эль. Я этого не переживу. Я! Мои девочки должны быть в безопасности.

Улыбнувшись, чуть изменила положение головы и коснулась его губ. Он замер, а после ответил с такой страстью, что мысли мгновенно вылетели из головы. Протянув руку, он отключил болванку сестры. Её крышечка вспыхнула зелёным и погасла.

— Пусть спит, — выдохнул Зейн мне в губы.

Вот только ответить мне не дали. Он набросился на меня с такой агрессивной страстью, что я едва успевала за ним. Губы, руки… Я чувствовала его прикосновения на шее, груди, животе… Он лизал и покусывал, что-то тихо бормоча. Как одержимый.

— Зейн, — я схватила его за куртку и потянула, желая снять. Но он странно тряхнул головой и рывком перевернул меня на живот. Сжал голову, прижимая меня к матрасу. Его губы осыпали мой затылок лёгкими поцелуями. Руки тем временем задирали футболку. Рывок, и он сорвал её через мою голову. На пол полетел и мой спортивный бюстик. А я снова оказалась прижата к матрасу. Зейн провёл языком вдоль позвоночника, выписывая странные узоры. После него оставалась влажная дорожка. И это сводило с ума от желания. Такие острые ощущения от простых ласк. Остановившись на пояснице, Зейн проделал ту же дорожку по моей спине, только когтем, вызывая мелкую дрожь. Я невольно приподняла зад, готовая ради него на всё. На ягодицы тут же легли его огромные ладони. Такие тёплые, сильные и нежные. Послышался звук расстёгивающейся ширинки. Всхлипнув, я невольно качнулась. Толчок, и он наполнил меня собой. Удар, ещё удар. От оголённого наслаждения я сжала в ладонях простыню и потянула на себя. Какой там Рихард… Он был моментально забыт. Я стонала в голос и просила Зейна не останавливаться.

Комнату наполняли методичные звуки шлепков, нашего тяжёлого дыхания и его рычания. Он всё больше заводился, я же, обмякнув, не могла нормально дышать, извивалась под ним, испытывая оргазм, и всё не могла собрать мысли в кучу. Зейн наращивал темп, врезаясь в меня сзади всё агрессивнее. Сработал сигнал внутренней связи. Вызывали с мостика, но ни он, ни я не отреагировали. Нам было не до тех проблем. Зейн рычал всё громче. Шлепки об мой зад становились всё быстрее.

— Не могу больше, — я выгибалась, ловя воздух. — Не могу…

Очередной раз поймав волну экстаза, затихла в его руках. Он же всё ускорялся. Как безумный, но мне нравилось видеть его таким. Это так заводило. И успокаивало одновременно. Огромный, бешеный, злой и весь мой!

— Эль, — простонал он и, просунув под меня руки, внезапно поднял, прижимая спиной к своей груди. — Моя нежная Эль.

Ещё несколько толчков, и, хрипло зарычав, он опустил нас на постель.

— Моя девочка… — его голос звучал глухо. — Моя красивая… Он сжимал меня всё сильнее, вдавливая в матрас. — Прости… Не оставлю больше… Прости… Снова сработал сигнал вызова с мостика.

— Там что-то случилось, — пробормотала я.

— Да клал я, — рявкнул Зейн. — Крас и сам справится, что бы там ни было.

— Но…

— Пошло оно, Эль, — уже куда более зло шикнул он.

Вот только вызов повторился. И это раздражало.

— Надо сходить, — не выдержала я. — Не успокоюсь же. Буду думать, что там у них. Вдруг Крас Рихарда поймал…

— Ладно. — Зейн мгновенно поднялся, он так и не разделся. — Сходи быстро в душ, а я пока успокою нашего кошатника. Что бы там ни было, несколько минут оно подождёт.