Он не пришёл домой ночевать.
Я не задавалась вопросами о том, где он был и с кем. Не намеревалась ему звонить, не собиралась ни о чем спрашивать.
Мне все было и без того ясно. Так очевидно, так предсказуемо.
Эта дрянь, Машенька, конечно же, до него добралась и осчастливила тем, что она беременна. И он, само собой, выбрал её. И с ней остался.
И мне бы радоваться, что в нашей ситуации наконец наступила ясность. Мне бы выдохнуть свободно и с облегчением, отпустить прошлое, которым стал этот брак и эта любовь, на все четыре стороны…
Но я почему-то не могла сомкнуть глаз.
Забылась сном только под утро. Но долго поспасть не удалось — через час меня разбудила неожиданная вибрация телефона…
Сердце скакануло к горлу и испуганно там забилось. Звонки в пять утра не случаются без серьёзного повода.
— Да? — ответила коротко, хрипло.
— Лия Анатольевна? — спросил незнакомый голос.
Человек говорил так официально и бесстрастно, как умеют только работники государственных учреждений.
Я ощутила, что меня буквально парализовало от страха. Голос упал почти до шёпота, когда я кое-как выдавила…
— Да, я…
И услышала то, к чему подспудно уже была готова.
— Вас беспокоят из пятой горбольницы. Ваш муж попал в аварию…
К моменту, как доехала вместе с дочкой в больницу, я уже знала, что ничего серьёзного не случилось. Неприятная, но несмертельная авария — потеряв управление, Вася приехал в столб. И в итоге больше пострадал от заботливого удара подушки безопасности, чем от каких-либо травм.
Поэтому я позволила себе внутренне отстраниться, отгородиться от всего, что его касалось. И в палату вошла уже с холодной головой, необремененной лишними эмоциями.
Заслышав мои шаги, он, как казалось, мирно спавший, распахнул глаза. Узнал? Или просто отреагировал на посторонний шум?
В дороге дочка задремала. И теперь, когда я аккуратно пристроила коляску рядом с койкой Васи, снова зевнула и закрыла глазки.
— Приехала, — сказал он так, словно даже в это не верил.
Принял сидячее положение. Посмотрел на меня как-то странно, словно чего-то ждал…
Я пожала плечами, стараясь казаться максимально равнодушной. Осторожно присела на краешек постели…
— Жаль, если ты ждал не меня, но позвонили именно мне.
Он резко, протестующе замотал головой.
— Почему ты так говоришь?..
Я усмехнулась. Презрительно прищурившись, ответила…
— Ну как же? Разве твоя новая-старая любовь не должна сейчас тут рыдать от облегчения вместо меня?
Вася нахмурился. Казалось, он искренне не понимал, почему я вообще говорю о Машеньке.
— Лия… мне никого, кроме тебя, не нужно.
Признание прозвучало неожиданно, выбивая из колеи и такого хрупкого, едва обретенного душевного равновесия.
Я заставила себя насмешливо парировать…
— Настолько не нужно, что ты снова залез на эту шлюху? Да ещё и весьма… плодотворно.
Он снова покачал головой. Будто мучительно пытался понять, о чем я ему толкую. И в конечном итоге просто спросил…
— Ты о чем?..
Я хмыкнула.
— Мне сказали, что ты не пострадал, но я начинаю подозревать, что головой ты все же ударился. О чем я? Ну, вероятно, о твоей измене. О беременности этой дряни. Она ведь успела тебя осчастливить этой новостью?
Чем больше я говорила — тем больше недоумения проступало на его лице.
— Беременность?.. — только и переспросил муж растерянно.
Теперь уже озадачилась я.
— Хорошо, давай сначала. Где ты был ночью?
Он замешкался. Хотя, казалось, какой уже был смысл что-то скрывать, когда я все знала о его похождениях?
— На участке, — ответил после паузы. — Ну, на нашем.
Я растерянно моргнула.
— И что ты там делал?
— Покажу… потом. А теперь объясни нормально, о чем ты говоришь?..
Вздохнув, я кратко рассказала о визите его любовницы к нам домой.
— Она явно беременна, — подытожила сухо. — Я была уверена, что, не обнаружив тебя дома, она поскакала к тебе в офис, чтобы сообщить эту потрясающую новость. И… что ты был этой ночью с ней.
Его лицо внезапно просветлело. На губах расцвела улыбка, полная непонятных мне радости и облегчения.
— Ты поэтому меня не искала, не звонила? — спросил он то, чего я не ожидала.
— В том числе.
Вася глубоко вдохнул и медленно выдохнул, будто собираясь с мыслями.
— Ясно, — сказал наконец.
Я молча приподняла бровь. Он продолжил…
— Ясно, почему она меня так обхаживала. Хотела повесить на меня этого ребёнка? Хотя он никак не может быть от меня.
Его уверенность в том, что отец не он, удивляла. Но я не стала спрашивать, позволяя ему договорить.
— И да, в офис она вчера приезжала, но я ей сказал, что все это было ошибкой, — добавил муж.
Я холодно бросила…
— Это меня уже не касается.
Вместо ответа его пальцы с нежной настойчивостью обвили моё запястье, притягивая ближе. Глаза отыскали мои глаза…
— Касается. Черт, Лия. Надо было мне догадаться, что ты подумала худшее… И я хотел с тобой все обсудить, но ты не слушала. Дело в том, что я тебе не изменял.
На этот раз обе мои брови подскочили вверх. Это что-то новенькое! И абсурдное. Он меня совсем за дуру считал?
Вырвав свою руку, я резко парировала:
— Да что ты? А что же я такое видела собственными глазами? Там, в кафе?
Он стыдливо поморщился, словно ему не нравилось об этом даже вспоминать, но взгляда не отвёл. Пояснил…
— Не изменял физически. Да, хотел. Но не успел совершить непоправимое.
Я коротко, презрительно хохотнула.
— Не успел, говоришь… А знаешь почему? Да потому что я тебе помешала. Потому что нашла, чем тебя занять место походов на свидание с твоей бывшей. И знаешь что? Все, что ты ей говорил, все, что ты делал — это все равно измена. И даже если я поверю, что до дела ты не дошёл — а я, уж извини, в это не верю — тот факт, что ты с ней не спал, никак тебя не оправдывает.
Он сглотнул. В его глазах всколыхнулась паника. Такой взгляд бывает у человека, который не знает, как доказать свою невиновность.
Но в следующий миг он протянул мне свой телефон.
— Ты можешь прочитать мою с ней переписку. Оттуда ясно, что ничего не было…
Я с отвращением вздернула верхнюю губу.
— Видела я уже вашу переписку. Хватило её фото, где из одежды на ней только трусы, да и от тех одно название.
Он посмотрел на смартфон с открытым там чатом. И… неожиданно рассмеялся.
— Это ты написала ей, что она похожа на сардельку?.. А я и не видел этого раньше. Думал, что она сама от меня отвалила.
— Я её ещё и заблокировала.
Он хмыкнул.
— Теперь ясно, почему она объявилась только спустя пару недель и стала искать меня дома и в офисе вместо того, чтобы просто позвонить.
Я ничего не ответила. Не знала, что сказать и надо ли…
С одной стороны, то, что он с ней не спал — приносило мне облегчение. Если, конечно, в это верить.
А с другой… это все же мало что меняло между нами.
Он бы явно изменил мне, если бы я не припахала его к уходу за дочкой.
Кроме того, я не забыла всего того, что он мне наговорил.
Тем временем, его рука вновь отыскала мою. Пальцы переплелись с моими пальцами…
— Лия, я знаю, что все равно виноват. И что даже не попросил у тебя до сих пор прощения… Прости меня. Я был свиньёй, я не понимал, сколько боли тебе причиняю своими словами и действиями. Я не осознавал, как тебе тяжело, не готов был к тому, чтобы наравне с тобой нести ответственность за дочь. Зато готов теперь. Когда я в прошлый раз сказал тебе, что не брошу, потому что у нас семья, я едва ли понимал значение этого слова. Но понимаю сейчас. И больше всего на свете хочу, чтобы мы этой самой семьёй остались.
Я слушала его и, наверно, хотела ему верить. Но не могла. Не сейчас, не сразу.
Тем более, что главного он так и не сказал.
Прикусив губу, я отстранилась. Размеренно проговорила…
— Извини, Вася, но… я уже не могу тебе доверять. Дело ведь не только в измене, которой, может, и не было физически, но ещё и в том, как ты ко мне относился. Как ты меня унижал — каждым словом, каждым взглядом. Рядом с тобой я уже никогда не смогу чувствовать себя спокойно и надежно. Не смогу быть самой собой. Мне постоянно придётся опасаться, что если я потолстею или как-то ещё подурнею — это тебя оттолкнет. И ты пойдёшь искать очередную замену…
Он яростно замотал головой.
— Нет же. Пойми… я все переосмыслил. И мне все равно, как ты выглядишь и во что ты одета. Я хочу лишь одного — чтобы ты смотрела на меня, как прежде. Потому что я понятия не имею, как мне жить, если… ты меня разлюбишь.
Его слова что-то задевали внутри, но я старалась не поддаваться. Чувствовала, что нельзя позволить ему снова пролезть мне в душу, сыграть на моих эмоциях…
Мне нужно было все обдумать, осмыслить, утрясти в голове и в душе. Особенно с учётом той информации, что узнала от него только сейчас.
Мы молчали несколько минут, а потом я поднялась.
— Мы поедем, — сообщила лаконично.
Он кивнул.
— Конечно… Меня хотят подержать здесь одну ночь — так, на всякий случай, а потом я… могу вернуться домой. Если позволишь.
— Ну, запретить я не могу. Квартира у нас общая.
— Лия… я не прошу прощать меня немедленно. Но хотя бы… позволь быть рядом с тобой и Настей. Позволь быть полезным, помогать и поддерживать… И тогда ты поймёшь — я не так уж и плох. И я смогу стать ради вас лучше. Смогу стать тем, на кого ты сможешь положиться… снова.
Он говорил горячо, эмоционально и отчаянно.
Я на это лишь кивнула.
Слов мало. А что он покажет на деле — будет видно.
Между нами снова повисла неопределённость. Но она больше не угнетала, не тревожила. Время — лучший советчик. Оно все расставит по местам, как нужно. И однажды ответы на все вопросы придут сами собой.
А в этот миг, когда покидала палату…
В душе у меня зарождалась робкая надежда.
И я не собиралась её душить. Потому что чувствовала — будущее будет прекрасным.
Независимо от того, будет в нем Вася или нет.
Потому что моё счастье — только в моих руках.
И найти его можно во всём, что тебя окружает.