Воронов. Жена по контракту

Глава 16

Взгляды гостей скрестились на мне, ожидая оправданий или слез. Элеонора Георгиевна замерла с идеально прямой спиной, а ее лицо, только что смягчившееся от сочувствия, вновь превратилось в непроницаемую маску светской судьи. Илона торжествовала, откинувшись на спинку стула, потягивая вино с самодовольной ухмылкой.

Я смотрела на Демида, потому что в этот момент его молчание подтверждало каждое слово бывшей жены. Он действительно сделал предложение женщине, едва не погубившую его дочь, ровно в тот период, который я только что назвала временем нашей тайной любви. Моя легенда трещала по швам, рассыпаясь на глазах у людей, от которых отчасти зависело наше будущее.

Я медленно, очень медленно повернула голову к Илоне.

- Вы абсолютно правы.

Улыбка на губах бывшей жены дрогнула. Она ожидала истерики, отрицания, растерянности. Чего угодно, только не согласия.

- Восемь месяцев назад Демид Тимурович действительно сделал предложение Светлане, - я перевела взгляд на хозяйку дома, мысленно собирая всю свою волю в кулак, чтобы сплести эту ложь в единую картину. - И знаете, почему, Элеонора Георгиевна? Потому что за месяц до этого он предложил мне уйти от мужа, а я отказала. Я была глупой, забитой женщиной, воспитанной в правилах долга. Я сказала Демиду, что брак это святое, что я не разрушу свою семью, даже если мой муж этого не ценит. Я оттолкнула мужчину, которого любила, выбрав статус замужней женщины.

Я сделала паузу, сглотнув подступивший к горлу ком. Ложь давалась мне пугающе легко, потому что в ней растворялась моя реальная боль от предательства Вадима.

- Демид, человек действия. Получив отказ, он сделал то, что делал всегда: попытался решить проблему логически. Светлана была идеальной кандидатурой на бумаге: детский психолог, с прекрасными манерами, умеющая ладить с Ариной. Он попытался выстроить правильную, функциональную семью, чтобы забыть женщину, которую не мог получить.

Я наконец-то повернулась к Воронову и увидела едва сдерживаемую бурю эмоций в его глазах.

- Эта попытка забыть меня едва не стоила его дочери жизни, - прошептала я, и мой голос искренне дрогнул. - Мы оба заплатили страшную цену за мою трусость и его отчаяние. Поэтому, когда Вадим вышвырнул меня на улицу, Демид не задал ни одного вопроса. Он просто не позволил мне снова совершить ошибку.

Демид, словно очнувшись, медленно поднялся со своего места. В абсолютной тишине он подошел к моему стулу, опустился на одно колено прямо на глазах у всех и взял мои ледяные руки в свои горячие ладони.

- Это была самая страшная ошибка в моей жизни, милая. Я пытался вырвать тебя из сердца, а вместо этого впустил в дом чудовище. Я клянусь, что до конца своих дней буду искупать вину перед тобой и Ариной. И я убью любого, кто посмеет усомниться в моем праве называть тебя своей женой.

Он прижался губами к моим пальцам, не отрывая от меня потемневшего взгляда.

- Ах, Демид... - Элеонора Георгиевна шумно, с чувством выдохнула, прижимая к груди кружевной платочек. В ее глазах блестели настоящие слезы. - Признать свои слабости перед всем светом ради любимой женщины... Это дорогого стоит. Аристарх, скажи же!

Инвестор, усмехаясь в седые усы, поднял бокал с рубиновым вином.

- За молодоженов, - раскатисто провозгласил старик. - И за женщин, ради которых мы, дураки, совершаем ошибки и сворачиваем горы.

Зал взорвался одобрительным гулом и звоном хрусталя. Илона сидела бледная, с поджатыми губами, понимая, что ее главный козырь только что превратился в пыль. Она сама, своими руками, возвела нашу любовь в статус легенды.

Илона подняла бокал, и я заметила, что её рука чуть дрожит. Совсем чуть-чуть - так, что никто за столом, наверное, не увидел. Я не испытывала к ней жалости, но на долю секунды поймала себя на мысли, что эта женщина, возможно, тоже когда-то любила Демида. И тоже не знала, как с этим справиться. Просто выбрала другой, плохой способ.

Остаток ужина прошел как в тумане. Демид больше не отпускал мою руку, оберегая меня от любых вопросов, излучая такую подавляющую, собственническую ауру, что никто больше не смел проверять нас на прочность.

Когда мы наконец покинули столовую и поднялись в гостевое крыло, напряжение, державшее меня струной, начало стремительно спадать.

Как только щелкнул замок нашей спальни, отрезая нас от чужих глаз, я устало привалилась спиной к дубовой двери, закрыв глаза.

- Откуда ты это взяла?

Я открыла глаза. Демид стоял вплотную ко мне, упираясь ладонями в дверь по обе стороны от моего лица, надежно отрезая пути к отступлению. Он тяжело, прерывисто дышал, словно только что пробежал марафон.

- Пришлось импровизировать, - выдохнула я, чувствуя, как его терпкий парфюм сводит с ума. - Я не могла позволить ей разрушить твою сделку.

- Ты лгала так, что я сам поверил каждому твоему слову, Лена, - он подался вперед, его губы оказались в миллиметре от моей щеки. - Когда ты сказала, что любишь меня... это прозвучало слишком реально.

- Это была просто роль для твоих партнеров, Демид, - мой голос предательски дрогнул.

- Да? - он медленно, дразняще провел кончиком носа по моей скуле, заставляя меня судорожно выдохнуть. - Тогда почему ты сейчас дрожишь, как осиновый лист? Почему твое сердце бьется так, что я чувствую это сквозь ткань платья? Мы сыграли безупречно, Лена, но что, если я больше не хочу играть?

Он сжал мои бедра, властно притягивая меня к себе, стирая все границы, прописанные в нашем дурацком контракте. Его губы жадно накрыли мои, выбивая из легких остатки кислорода.

Я ответила ему, цепляясь пальцами за его широкие плечи, падая в эту темную бездну, где не было ни фиктивных браков, ни бывших мужей, ни лжи.

Его рука скользнула по моей спине к застежке платья, но внезапно замерла.

Демид резко отстранился, тяжело дыша, его взгляд метнулся поверх моего плеча. На широкой кровати, светясь в полумраке комнаты, непрерывно вибрировал его оставленный телефон.

С трудом оторвавшись от меня, Воронов подошел к постели и нажал кнопку ответа.

- Слушаю, - хрипло бросил он.

Секунду он молчал, слушая доклад, и с каждым словом его спина каменела, напрягаясь от полученной через телефон информации.

- Понял. Ничего не предпринимать до моего приказа, -ответил Демид и сбросил вызов.

Он медленно повернулся ко мне. В его глазах читался абсолютный холод, с которым он смотрел на меня в наш самый первый день знакомства.

- Вы гениальная актриса, Елена, - процедил он сквозь стиснутые зубы, и от этого чужого, официального «вы» мне стало страшно. - Мои люди только что отследили путь пропавших полумиллиона рублей из сейфа вашего бывшего мужа. Деньги переведены на скрытый транзитный счет. И этот счет, Елена, открыт на ваше имя.

Земля ушла у меня из-под ног. Вадим все-таки сделал это. Он не просто блефовал - он подставил меня так, что теперь даже Демид поверил в то, что я обыкновенная воровка.