Заветное желание Его Темнейшества

Глава 40

Лехер стоял перед ас-сейю и нервно сжимал кулаки. Разговор не получался.

— Богиня гневается, — снова повторила Айра, — девушка пострадала.

— Я… — начал Лехер.

— Но орден больше не должен храму за Августа. Айне отведет его в посмертие.

Лехер выдохнул. Дело сделано. Он закрыл долг перед храмом, перед орденом и самое важное, перед собой. Ему самому не стыдно будет смотреть на себя в зеркало.

— Ты прикасался к ней… — голос Айры стал ниже и грубее.

— Нет, — ответил Лехер. На грудь начало давить. Сердце заполошно забилось о ребра грудины. В висках застучала кровь.

— Я не спрашивал, — снова сказала Айне, в глазах появилось серебро. — Ты прикасался к ней.

— Август… — прохрипел Лехер, начиная задыхаться.

— Ты! Прикасался! К ней! — голос стал ещё ниже. Давление усилилось, из носа и ушей Лехера потекла кровь.

— Нет… — хрипел он, падая на колени и прижимая руку к груди. Сердце билось в таком бешеном ритме, что Лехер не слышал отдельных ударов, только один сплошной гул.

— Нет? — удивлённо спросила ас-сейю, — молодец.

Она рассмеялась глухим, раскатистым мужским смехом и Лехер смог вздохнуть. Сердце успокаивалось, приходило в норму. Он вытер рукавом кров с лица и поклонился.

— Благодарю…

Вышел за дверь. Сегодня впервые Лехер почувствовал присутствие бога Луны Хонса. И был благодарен тому, что остался в живых. Он вспомнил свою ладонь на ягодицах девушки. И свои мысли. Что она ему понравилась и, если в храме её не примут обратно, то можно будет и позабавиться. Что Август, наверное, был не дурак.

Лехер похолодел от воспоминаний. Впервые к нему пришла мысль, что возможно ему не стоило вмешиваться и девчонка сама бы вернулась в храм. Без его, Лехера, помощи. Его гордыня сыграла с ним злую шутку. Возможно, он влез не в свое дело. Возможно, он ещё пожалеет об этом.

Лехер отдышался и вышел из храма. Он решил остановиться на ночь в Осторе, торопясь покинуть место присутствия бога. Поэтому сразу выехал за ворота. Вечерело. Лехер торопился. Усталость, накопившаяся за время дороги, давала о себе знать. Смертельно хотелось нормально лечь в кровать и уснуть, желательно до утра.

Дорога петляла, усталые глаза закрывались. Лехер вдруг обнаружил себя на перекрёстке. Которого почему-то не помнил. Нис оглянулся, пытаясь сообразить, где он находится. Усталая голова мешала сосредоточиться. Он тряхнул головой и пустил лошадь направо. Наверное, направо. Лошадь остановилась. Лехер пришпорил, но лошадь, всхрапывая и мотая головой, пятилась назад, отказываясь идти напрочь. Нис раздраженно сплюнул.

Вдруг позади завыли волки и испуганная лошадь резко понесла. Лехер успел только вцепиться в поводья и матерясь пригнуться к её шее. Волки выли всё ближе. Начал клубиться белый плотный туман, медленно сгущаясь вокруг бешено несущейся вперёд лошади.

В этом густом молочном тумане расплывались деревья, дорогу почти не было видно, волки выли со всех сторон, пугая и подгоняя лошадь. Она несла, не разбирая дороги. Вылетев из тумана на простор поля, лошадь истошно заржала и провалилась. В болото. Лехер не успел вытащить ногу из стремени и лошадь, заваливаясь на бок, придавила его собой, утягивая в холодную, вонючую воду.

Магистр Итильского ордена кинул перед капитаном Кремером письмо из храма.

— Читай, — сурово бросил он.

В письме ас-сейю благодарила и сообщала, что Рия вернулась, поиски Августа не требуются. Орден ничего не должен храму. Их сотрудничество будет продолжаться по-прежнему.

Капитан Кремер прищурил глаз с багровым шрамом, поклонился и вышел. Идиот Лехер уехал и, до сих пор, не вернулся, обещая решить все проблемы. Проблемы решились сами. Когда Лехер вернётся, надо будет наказать кретина, зря баламутящего воду.