Брат бывшего. Любовь не по контракту

Глава 11

Но Воскресенский моргает — и момент рассыпается, превращаясь в пыль. Я отступаю, увеличивая расстояние между нами.

— Нравится? — кивает Захар, но я слышу в его голосе что-то похожее на растерянность.

Или мне хочется так расценивать его эмоции. Не хочется, чтобы в такой ситуации Захар оставался равнодушным роботом, каким он был там, дома.

— Очень, — делаю вид, что увлечена разглядыванием картины перед нами. — Тут потрясающе. Никогда не видела такой красоты.

— Не холодно?

— Немного.

Захар берет меня за руку, и мы молча уходим с площади. Я обещаю себе, что до конца обучения обязательно вернусь сюда ещё раз. Просто насладиться и напитаться энергетикой этого места.

— Голодная?

У Захара что, после определенного времени лимит на слова? Говорит односложно и отрывисто.

— Я бы поехала домой. Уже поздно, а мне нужно отдохнуть.

Замечаю, как Воскресенский слегка сжимает губы, но кивает и заводит машину. Мы медленно выезжаем с парковки и вливаемся в поток машин. Какое-то время молчим, но муж решает первым нарушить тишину.

— Так какие цветы ты любишь, жена?

Хитро улыбаюсь, поворачиваюсь лицом к мужу и слегка склоняюсь к нему. На таком расстоянии я могу легко рассмотреть каждый волосок в его бороде. Он косится на меня и тоже усмехается. Становится похож на мальчишку, а не на взрослого мужчину, который контролирует каждую свою эмоцию.

Сейчас он снова становится открытым.

— Уверен, что готов узнать?

— На все сто. Кактусы? Так и знал, что нужно взять один.

Громко смеюсь и качаю головой. Мне нравится его юмор.

— Подсолнухи? — продолжает накидывать варианты супруг.

— Не догадаешься ни за что.

— Звучит, как вызов, — он прищуривается и прибавляет скорость, чтобы успеть проскочить на зеленый свет светофора. — Могу начать по алфавиту.

— О, нет-нет, — продолжаю хохотать. — Это займет много времени.

— Торопишься, жена? У нас, вообще-то, штамп в паспорте.

— Ну началось, — закатываю глаза. — Шантаж.

Захар подъезжает к дому, где у меня квартира, и ищет место для парковки.

— Астры, — поворачивается ко мне и придерживает руль.

— Нет.

— Азалия, альстромерия, амариллис…

— Все, все, — поднимаю руки и смеюсь. — Я поняла, что ты можешь так долго.

— Так какие? — Захар ловит прядь, выбившуюся из моего хвоста, и слегка дергает за неё, заставляя меня снова приблизиться.

— Одуванчики.

— Одуванчики? — кажется, мне удалось выбить мужа из равновесия. — Серьезно?

— Ну да, — пожимаю плечами. — Это же так красиво, когда выходишь на поляну, а там ковер.

Делаю взмах рукой перед собой, пытаясь изобразить тот самый ковер.

— Какая ты… — задумчиво проговаривает супруг.

— С придурью?

— Необычная.

— Если только немного, — почти соединяю указательный и большой палец, оставляя между ними мизерное расстояние. — А так просто обычная.

Я тянусь на заднее сидение, чтобы забрать сумочку, и касаюсь плеча Захара. Непроизвольно втягиваю воздух, но тут же выдыхаю, чтобы Захар не заметил, что меня взволновало невинное прикосновение к его твердому телу.

— Ну я пойду? — неуверенно проговариваю, глядя в серые глаза.

Жду. Вот только чего?

Воскресенский кивает, не пытаясь ничего сделать. Не пытаясь напроситься в гости или обнять. Будто теряет ко мне интерес, и я быстро выхожу из машины, проглатывая разочарование.

Мог бы и проводить до квартиры, как истинный влюбленный.

И снова укол сомнений пронзает грудь.

Захар не догоняет. Он просто уезжает, оставляя меня одну возле подъездной двери. Сжимаю кулаки и, вздернув голову захожу в дом.

Ну и ладно! В конце концов, мне ведь никто не обещал любовь сразу же после первого свидания. Нужно время. Тем более, по Захару заметно, что он не тот, кто будет раскидываться своими чувствами.

Захожу в квартиру и скидываю одежду, только сейчас понимая, что на мне остался бомбер Захара.

Звук пришедшего сообщения отвлекает меня от одежды мужа. Я открываю диалог. Фейковый аккаунт. Ни фото, ни друзей, ни информации. Только имя: «Твой кошмар».

Странное какое-то.

Уже хочу удалить диалог, но имя Захара цепляет взгляд. Открываю сообщение и замираю посреди гостиной.

«Он тебя использует, девочка. Ты ему не нужна».