Бывший. (не) разведенка

Глава 55. Ульяна

— Мама, мама! А давай купим Арсюше во-о-о-о-он ту вату? — смотрела на меня хитрыми глазками моя мартышка.

Усмехнулась. И правда, ее как подменили. Мою не по годам серьезную дочку, что, как только выучила цифры, всегда спрашивала у меня цену и деловито заключала, дорого для нас это или нет.

Кто бы мог подумать, что ее так «отпустит», и она превратится в чудесного шкодливого ребенка?! Наверное, на этой мысли я и выдохнула, потому что, ну, сколько можно переживать?

Как ни странно, появление Лизы дало мне лишний повод понять, что в целом все хорошо. Что раз она так себя ведет, то эта война, хоть еще и в процессе, но все же выиграна для меня. Нас.

Наклонилась к дочери, присела на корточки, заговорщически улыбаясь:

— А давай! Но только если ты ему ее оставишь.

Дочка нахмурилась и вздернула свой носик. Она поняла, что я ее рассекретила. Ну, а как иначе, с маленькими хитрюшками только так и надо! На душе разлилось тепло.

— Ла-а-а-адно, но только при условии, что расскажешь ему свой секрет.

Настала моя очередь непонимающе хмуриться. Смотрела на свою малышку, что, кажется, снова переиграла свою тревожную мать. Надо, и правда, заканчивать с переживаниями. Теряю хватку.

— Это какой такой секрет? — спросила ее я.

Малышка, что сейчас была похожа на хитрющего ангелочка, сделала такое лицо, что сложно было не улыбнуться. Ну, просто профессорша маленькая.

С важным видом и знанием дела она подняла вверх свой пальчик и ответила мне со всей возможной в ее возрасте серьезностью:

— Что ты в него влюбилась. Я же все поняла сразу, мамочка! Ты поэтому мне папу не искала, что его ждала все это время?

Сказать, что я опешила, значило ничего не сказать. У меня выдох застрял в горле от такого заявления. Я подумала, что это что-то, к чему я не готова. Но тем не менее…

— Да, Уль. И правда, ты поэтому не искала себе никого? — неожиданно раздалось у меня прямо под ухом, а я вздрогнула.

— Арсюша! Ты вернулся! А я тебе вату купить хотела, пойдем скорее выбирать.

И моя маленькая егоза радостно бросилась к своему отцу едва ли не сквозь меня, оставляя ошарашенной сидеть на корточках. Опомнилась я не сразу.

Прокашлялась, встала и, делая вид, что ничего такого не было сказано и произнесено вслух, просто направилась за дочерью. На возникшего словно фокусник из ниоткуда Арса я смотреть не стала.

Отвечать на его провокационный вопрос тоже такое себе. Что он о себе возомнил, в конце концов?! Тем не менее его присутствие и аура окутали меня, как будто что-то бесконечно родное и важное. Можно как-то остановить все это?

Права ли была Юля? Думаю, да. За исключением одного. Я не искала ей папу не только поэтому. У меня попросту не было времени. Только вот я понимала, что она отчасти говорила правду.

Даже дай мне возможность, я бы еще не скоро смогла отпустить прошлое. Не говоря уже о том, что сейчас чувства разгорелись совершенно новым, неугасимым пожаром. Вот что со всем этим делать?

Такое ощущение, что, когда с меня пластами стали снимать угрозы для жизни и безопасности моего ребенка, открылся новый уровень переживаний. А что делать с Арсом и тем, что между нами произошло?

Мужчина сейчас шел рядом, периодически осторожно, словно прощупывая почву, брал меня под руку и касался, запуская толпы мурашек. Он как бы намекал, присваивал, приручал как одичавшего котенка.

Я не представляла, как с этим бороться, и надо ли. Довериться ему еще раз? Так он не предлагал. Такое ощущение, что между тем как он бросал мне в лицо свое «ненавижу» и сегодняшними искренними улыбками, а также вновь возникшими ночами прошло тысячелетие.

Но ведь это не так!

Я смотрела на то, как он взял на каркушки хохочущую Юлю, на то, как они счастливы, и, несмотря ни на что, продолжала чувствовать себя в этом празднике жизни лишней. Я попросту боялась на что-то решиться в плане наших отношений.

Я запуталась!

Мы еще немного погуляли. Я написала Мирославе сообщение про разговор с Лизой. Сперва хотела умолчать, но потом поняла, что и так слишком много утаила и наворотила. Достаточно.

Надо научиться доверять как минимум тем, кто играл на моей стороне. Нашей. Хотя признаюсь, ее подковерная история о том, чтобы спеться с Осиповым немного… Напрягала.

Я знала, что, по сути, надо быть полной идиоткой, чтобы из-за какой-то тупой гордости сказать, что я не нуждалась в его деньгах. Нуждалась. К сожалению. Но внутри все равно сидело это противное чувство, как будто я теперь за них обязана по гроб жизни.

За этими мыслями сама не заметила, как мы приехали к новому чудесному дому, что воспринимался уже по-родному. Только вот у входа я застыла как вкопанная.

Сзади меня обняли крепкие мужские руки со словами:

— Не бойся, вместе мы со всем справимся.