Диагноз: предательство

Глава 12

Я ехала по заснеженным улицам, держа одну руку на руле, а другой периодически поглаживая Тора, который устроился на заднем сиденье. Пёс высунул морду в приоткрытое окно, наслаждаясь морозным воздухом, а я пыталась успокоить нервы, которые почему-то разыгрались не на шутку. Глупо, правда? Я врач, я каждый день сталкиваюсь со стрессовыми ситуациями, принимаю решения от которых зависит чья-то жизнь. А тут еду на детский день рождения и трясусь как перед экзаменом.

Навигатор показывал, что до нужного мне адреса осталось минут пятнадцать, когда телефон зазвонил. Я глянула на экран через держатель на торпеде — Владлен. Первым порывом было сбросить, как делала последние две недели. Но потом подумала: а может, пора поставить окончательную точку?

Нажала на кнопку громкой связи:

— Да?

— Лен, привет, — голос был примирительным, мягким, таким он становился когда хотел чего-то добиться. — Как дела? Как ты там?

— Нормально. Что тебе нужно, Владлен?

— Слушай, я тут подумал… Может, мы поторопились с разводом? А? Может, стоит ещё раз всё обдумать? Ведь есть множество пар, кто начинает заново…

Я притормозила на светофоре, посмотрела на своё отражение в зеркале заднего вида. Спокойное лицо, никаких эмоций. Странно, ещё месяц назад такой звонок выбил бы меня из колеи.

— Нет, заявление подано, осталось дождаться суда.

— Ну Лен, ты чего такая… — Владлен перешёл на другую тактику. — Давай поговорим нормально. Я понимаю, ты обиделась, имеешь право, но послушай, Света оказалась не такой, как я думал. Она… она постоянно истерит, денег требует, внимания. То одно ей подай, то другое. Я устал, честное слово. С тобой было спокойно, по-домашнему. Ты меня понимала…

Светофор переключился на зелёный. Я тронулась с места, поворачивая на нужную улицу.

— Владлен, — голос прозвучал ровно, — развод будет. Твои отношения со Светой меня не интересуют. Вообще. Ни капли.

— Но Лен…

— Кстати, как твоё сердце? — перебила я, и услышала как он замолчал, не понимая куда я клоню. — Не беспокоит?

— Нормально, — ответил настороженно. — Ты же сама сказала, что нельзя нервничать…

— Вот и не нервничай, — посоветовала, наконец-то притормаживая у нужного дома. — Разводись спокойно, береги своё драгоценное здоровье. До свидания, Владлен.

Я сбросила звонок, не дожидаясь ответа, и заглушила мотор. Села, держась за руль, и несколько секунд просто дышала. Всё. Хватит. Я не хочу быть запасным аэродромом на случай если у него что-то не сложится с любовницей.

Тор ткнулся мордой мне в плечо, и я обернулась, погладила его:

— Знаешь, мне кажется, я наконец-то поступила правильно. И знаешь что? Мне даже не больно, совсем.

Вышла из машины, достала подарки с заднего сиденья, пристегнула Тору поводок. Дом Никиты оказался небольшим с аккуратным садиком, сейчас укрытым снегом. Калитка скрипнула когда я её открыла, и сразу же входная дверь распахнулась.

Маша выбежала на крыльцо явно в отцовских ботинках, натянутых на толстые красные носки, кроме этого на ней было розовое платье принцессы, кудрявык волосы чейчас были собраны в высокий хвост. Огромные серые глаза — точная копия отцовских — округлились при виде Тора:

— Тётя Лена! Ну наконец-то! Я так вас ждала! Папа мне много рассказывал про этого обжору.

Она сорвалась с крыльца, и я едва успела присесть, чтобы оказаться с ней на одном уровне. Маша остановилась в шаге от Тора, вдруг застеснявшись:

— А можно его погладить?

— Конечно можно, но сперва тебе стоит зайти в дом, на улице холодно, а ты почти не отдета.

Маша потянула меня за руку, к дому. Как только дверь захлопнулась она протянула маленькую ручку, и Тор тут же лизнул её в ладошку. Девочка захихикала, а потом, осмелев, обняла пса за шею. Тор терпеливо стоял, виляя хвостом, а я смотрела на них и чувствовала как что-то тёплое разливается в груди.

— Машка, сколько я говорил не бегать раздетой! Простудишься же.

— Пап, но тут собака! — Маша даже не повернула головы, продолжая обнимать Тора.

— Вижу. Привет, — Никита улыбнулся. — Проходите, пожалуйста.

Внутри пахло ванилью, корицей и чем-то ещё домашним и уютным. Прихожая была завалена детской обувью — сапожки, кроссовки, резиновые сапоги. На стенах висели детские рисунки в рамках — принцессы, цветы, какие-то фантастические существа. Игрушки громоздились повсюду — куклы, машинки, книжки.

— Извини за беспорядок, — Никита помог мне снять куртку. — Убирался утром, но Маша успела всё раскидать обратно.

— Это не беспорядок, — сказала я, оглядываясь. — Все лежит там. где ей надо, по ее особому порядку. да?

Он посмотрел на меня как-то особенно, и я почувствовала как краснеют щёки. Быстро протянула ему подарки:

— Это Маше. Я знаю, ты сказал, что не надо, — мы как-то абсолютно естесственно перешли на «ты», но я не могла прийти с пустыми руками.

— Спасибо, — он взял пакеты. — Пойдём на кухню, я там… ну, пытаюсь готовить.

Кухня была просторной и светлой, с большим окном в сад. На столе громоздилась еда — покупная пицца, фруктовая нарезка, салаты в мисках, огромный торт с принцессами. Никита сразу направился к плите, явно пытаясь что-то доделать.

— Можно помочь? — предложила, закатывая рукава свитера.

— Серьёзно? — он обернулся с надеждой. — А то я тут с этими канапе вожусь уже час, а они всё равно выглядят как… ну, как будто их делал человек с двумя левыми руками.

Я подошла, посмотрела на его творения и еле сдержала смех. Канапе действительно были кривыми, с криво воткнутыми шпажками и разваливающимся хлебом.

— Давай я, — сказала мягко, беря нож. — А с тебя салат.

Мы работали бок о бок, Никита тем временем рассказывал про Машу — как она готовилась к этому дню неделями, выбирала платье и хотела пригласить весь детский сад, но в итоге остановились на трёх подружках и бабушке.

— Бабушка — это моя мама, — пояснил он, нарезая помидоры. — Живёт в соседнем районе, заказал ей такси к четырём. Она… она очень хочет познакомиться с вами. Я ей про вас немного рассказывал.

Я замерла, держа шпажку:

— Рассказывали?

— Ну да, — он чуть смутился. — Что вы помогли с подарком выбрать, и что у вас хаски, которого я оперировал. Мама у меня любопытная, сразу начала расспрашивать кто вы, откуда, замужем ли…

— И что вы ответили?

— Что не знаю, — честно признался он. — Мы ведь почти не разговаривали о личном. Я только знаю, что вы врач и что у вас был муж. Или есть?

— Был, — коротко ответила, втыкая шпажки в канапе с ювелирной точностью. — Разводимся.

— Понятно, — он кивнул и тактично не стал расспрашивать дальше.

Гости начали приходить ближе к трём. Три девочки примерно Машиного возраста с родителями, которые поздоровались, оставили подарки и быстро ушли, явно радуясь возможности освободить пару часов. Потом пришла бабуля решившая сразу выдать самую неудобную фразу из всех: «Наконец-то Никита кого-то привёл, я уж думала он совсем от людей отвык».

Но несмотря на это, праздник получился шумным и весёлым. Дети носились по дому, визжали, играли с Тором, который терпеливо сносил все их нежности. Маша была в центре внимания, сияющая и счастливая. Когда настало время задувать свечи, все собрались вокруг стола, и Никита внёс торт — огромный, розовый, с фигурками Эльзы и Анны.

— Загадай желание, солнышко, — сказал он дочке, ставя торт перед ней.

Маша зажмурилась, сложила ручки, явно сосредотачиваясь, потом резко открыла глаза и задула все пять свечей одним выдохом. Все захлопали, а она засмеялась, довольная собой.

Подарки открывали после торта. Маша восторженно визжала над каждым — куклы, книжки, конструктор. Когда дошла очередь до моего подарка, она развернула большой набор для рисования и замерла:

— Тётя Лена, это для меня?

— Для тебя, — кивнула я.

— Там столько героев! — Маша прижала коробку к груди. — Как раз в комплект к моей Эльзе, спасибо!

После того как гости разошлись, а бабушка уехала, мы остались вчетвером — я, Никита, Маша и Тор. Ей удалось уговорить Никиту выйти на улицу, и они на пару с Тором начали гонять, падать в снего и кувыркаться. Мы с Никитой стояли на террасе, держа в руках кружки с горячим чаем, и смотрели на них.

— Она обычно не так быстро открывается людям. — заметил Никита.

— Это все собачья магия, — хохотнула я. — Ты отлично справляешься с ее воспитанием. Она просто чудо.

— Стараюсь. Хотя честно говоря, понятия не имею что делаю. Просто люблю её и надеюсь, что этого достаточно.

Маша прибежала на террасу, раскрасневшаяся и счастливая, Тор трусил следом:

— Тётя Лена, можно я ещё поиграю с Тором?

— Конечно, только не убегай далеко.

Она кивнула и снова умчалась в сад. Я села на скамейку, Никита устроился рядом. Минут пять мы молчали, просто наблюдая за игрой малышки и собаки.

— Тётя Лена! — Маша вдруг прибежала обратно и без предупреждения залезла мне на колени, устраиваясь как котёнок. — А вы доктор?

— Доктор, — подтвердила, придерживая её одной рукой.

— Как папа! — восторженно воскликнула она. — Вы оба докторы! Это же так круто!

— Ну, я лечу людей, а папа — животных. Немножко разные мы.

— Но всё равно круто, — настаивала Маша. Потом, помолчав секунду, спросила с детской непосредственностью: — Тётя Лена, а у вас есть дети?

Я почувствовала как напряглось тело, как перехватило дыхание. Никита тоже напрягся рядом, явно не зная как вмешаться. Но Маша смотрела на меня просто и искренне, явно без всякого злого умысла, просто детское любопытство.

— Нет, Машенька, — ответила, стараясь чтобы голос звучал ровно. — У меня нет детей.

— А почему? — она наклонила голову, явно не понимая как это так можно — быть взрослой тётей и не иметь детей.

— Маша, это невежливый вопрос, — вмешался Никита строго. — Нельзя так спрашивать.

— Но почему? Я же просто спросила!

— Всё нормально, — я погладила её по голове, по мягким кудряшкам. — Просто не получилось пока завести. Но я не расстраиваюсь, у меня есть Тор.

— Тор классный! — согласилась Маша с жаром. — Но дети лучше, правда пап?

Никита рассмеялся, явно благодарный дочке за то что разрядила напряжённую атмосферу:

— Дети шумные, требовательные, вечно всё ломают и никогда не дают покоя. Но да, лучше.

Маша довольно кивнула, посидел с нами немножко и вновь убежала к гоняющему Тору. Я выдохнула, отпила глоток уже остывшего чая.

— Прости её, — сказал Никита тихо. — Она не хотела…

— Я знаю, всё нормально. Она просто ребёнок, дети так и спрашивают — прямо и честно.

Мы ещё посидели, наблюдая за за ними, пока Машка не устала окончательно и не уселась прямо в снег, обнимая пса. Никита пошёл забрать её, принёс на руках в дом. Девочка зевала, прижимаясь к отцовскому плечу.

— Похоже, кое кому пора спать, — сказал он мягко.

— Не хочу, — пробормотала она, но глаза уже закрывались.

Никита отнёс её в комнату, а я осталась на террасе с Тором. Минут через десять он вернулся:

— Вырубилась моментально. День был насыщенный.

— Замечательный день, — сказала я искренне. — Спасибо что пригласили. Мне было очень хорошо.

Мы вернулись в дом, на кухню.

— Лена… понимаю, мы знакомы недолго, скорее, даже почти незнакомы, но мне бы хотелось… узнать вас поближе. Если вы не против.

— Я не против, — ответила осторожно. — Но скажу честно, я не готова торопиться. Мне нужно время, чтобы разобраться в себе, в том что я чувствую. Это нормально?

— Более чем нормально, — кивнул он с облегчением. — Я тоже не хочу спешить. У меня Машка, у тебя своя жизнь, работа. Давай просто… узнавать друг друга. Без давления, обязательств. Просто видеться, разговаривать. Как получится?

— Мне подходит!