Я старалась не выпускать высокую фигуру дарта из вида, связанного крепкими путами. Вокруг нас ни одного поселка, только горы и ущелья между ними. И я всё время прикидывала, как далеко от меня дарт. И сколько времени понадобиться, чтобы пересечь с помощью холодного пламени крепкий металл. Мы могли бы с дартом дать бой этому десятку пернатых!
Я покосилась на грифона, который шел рядом со мной. Черные жидкие волосы, затянутые лентой. Грубое лицо с квадратным подбородком в шрамах. Грифон был одет в серый плащ, который протерся местами до дыр. Он держал наготове короткий арбалет, уже заряженный стальным болтом. И по тому, как он смотрел на Алекса, все явно опасались дракона. А я для них только сопливая девчонка, которая просто попалась им в лапы вместе с драконом.
Пока все козыри спрятаны. Никто не знает, что в теле хрупкой девушки большая сила и мне не терпелось её использовать.
К вечеру на горизонте показался замок, стоящий у подножия высокой горы. Огромный, мрачный из тёмно-серого камня, с многочисленными черными башнями. Замок был окружен высоким забором со сторожевыми башнями по всей длине забора. К замку перекинут мост через глубокий ров. Пристанище грифонов – неприступное место. Мы перешли мост, перекинутый через широкую реку, в тёмных водах которой отражалась Лурдас, вымощенный булыжником. Подступов к замку, кроме как со стороны моста, я не заметила.
Выбраться из замка будет сложно...
Пересекая ворота из черного дерева и кованного железа в груди болезненно заныло. Башни замка впивались острыми пиками в черное небо. Я чувствовала ауру этого места. Мрачную и тяжелую. Словно большой каменный мешок вдруг рассыпался, и каждый из этих камней обрушился на мою голову. Даже дышать стало тяжело, а ноги будто приросли к черным булыжникам, которыми замощен внутренний двор замка.
А запах… Этот стойкий запах прелости ударил в ноздри, и я поморщилась.
– Что застыла?! Топай! – больно толкнув рукояткой арбалета, громыхнул пернатый.
Я старалась запомнить каждый угол, который мы обогнули на пути к темницам грифонов. Стены замка, деревянные хозпостройки. У внешней стены приметила деревянную дверь, на которой висел большой замок. Крепость грифонов имела запасной выход. Только куда он вел? Сможет ли Алекс взмыть вверх, оборачиваясь в дракона? Уходить через мост незамеченными не получится. Не знаю как, но нам нужно бежать. Мне бы хоть парой слов перекинуться с Алексом. Знать, где мы и в какую сторону двигаться в случае удачного побега.
Предварительно сняв с рук веревки, меня затолкали в камеру с железными прутьями до потолка, Алекса, к моему счастью, в соседнюю. Я оглядела место, в которое попала на своем очередном судьбоносном вихре. Черные стены, местами в плесени. Вверху маленькое окошко, через которое внутрь тесной и холодной камеры заглядывала Лурдас. В углу стояло ведро для естественных надобностей с ужасным запахом. У стен напротив друг друга две старые деревянные скамьи, на одну из которых я опустилась без сил. Оперевшись спиной о холодную стену, обхватила голову руками.
– Алекс, что нам делать? – я удивилась своему спокойному голосу.
– Думать, Ника, – дарт натяжно вздохнул.
– Алекс, ты ранен?
– Нет, – ответил РиДэвинал после некоторого замешательства.
– Я чувствую ложь в твоих словах, Алекс, – удрученно произнесла.
– Прутья камеры железные, – негромко произнес Алекс.
– Я в курсе.
– С помощью холодной Игнис ты можешь заморозить прутья в двух местах. Железо станет хрупким, и его можно будет легко сломать. Думаю, одного будет достаточно, чтобы тебе пролезть в открывшийся проём.
– А стражник? – я бросила взгляд на длинный коридор, в конце которого на скамье сидел грифон.
– Холодное пламя. И до конца… Николь… Не жалей. Иначе они всадят стальной болт, как и обещали.
– На его крики соберутся все остальные.
– Тебе нужно добраться до двери в стене. Если идти вверх по течению реки, она выведет тебя на герольд Таргут, если вниз в герольд Таркон.
– В смысле, она выведет тебя? А ты? – сделала акцент на слове “тебя”.
– Им нужен я. Они опять открыли охоту на драконов.
– Нет, Алекс.
– Что значит "нет"? – возмутился дракон.
– Я без тебя никуда не пойду. Я смогу пережечь прутья твоей камеры.
– У меня связаны руки стальной нитью. Я не смогу обернуться и полететь.
– Пережгу прутья, потом стальную нить, – перечислила спокойным тоном. – Ну и этого на скамейке.
– Не успеем, Николь. Тебе нужно уходить одной. Обратишься в управление герольда и расскажешь, что с нами случилось.
– Ты здесь из-за меня, Алекс. Или вместе уходим, или вместе погибаем.
– Николь!
– Я всё сказала, Алекс. Они не знают, что у меня есть Игнис. Это наш козырь. Только не знаю, как этим воспользоваться.
Алекс громко выдохнул. Я следом.
Я расстелила плащ и прилегла на скамье. В камере было прохладно, а голод разъедал изнутри. За весь день грифоны дали только выпить воды из фляги.
– Голодом решили заморить, – пробурчала под нос.
Внешняя дверь в помещение тюрьмы скрипнула и внутрь вошел мужчина с железными чашками и небольшим котелком, в котором торчал половник. Я поднялась и уставилась на старика, которого принес еду для раздачи пленникам.
Кроме нас, странного вида кашу получили ещё несколько людей, которых я постаралась рассмотреть. Среди них заметила молодую светловолосую девушку. Я вспомнила, как Расана рассказывала, что в приграничных районах пропадают молодые девушки.
Они действительно украдены грифонами.
Не так уж все чудесно на Ассириусе, как показалось мне на первый взгляд. От выводов поморщилась и набрала железной ложкой желеобразную массу. Каша была совсем постной, но вполне съедобной.
Не представляю, как Алекс ест со связанными руками. Я поставила пустую чашку в небольшой проем в железной решетке и вернулась к скамье.
Ноги гудели, голова им вторила. Скамья была жесткой и чрезвычайно неудобной, но немного поерзав, чтобы выбрать позу поудобнее, я практически сразу заснула.