Хэллоуин не по плану, или Миллион золотых за голову ведьмы

Глава 2

Ещё немного раньше. Маркус

В шумном трактире сегодня было не протолкнуться, и Маркус откровенно злился, пожёвывая деревянную зубочистку, которую мог при случае всадить кому-нибудь в глаз. Кому-нибудь тому, кто бы попытался нарушить его личные границы в своём пьяном весёлом угаре лишь ради того, чтобы пообщаться с брутальным «охотником на нечисть», как их называли местные с долей уважения и благоговейного ужаса.

Маркусу это было не нужно. Он вообще по жизни был волком-одиночкой, потому как ни с кем не любил делить ни кров, ни ночлег, ни уж тем более заработок, который приносило ему его скромное ремесло. Даже столик в трактире он всегда занимал на себя одного и не позволял кому-либо подсаживаться, если тот собирался поболтать о погоде или о чём-либо ещё. Кроме дела. Только дела, настоящие, серьёзные денежные дела интересовали Маркуса, и только ради них он готов был терпеть подле себя кого бы то ни было.

Но сегодня намечалась жаркая ночка. Хэллоуин, чёрт бы его побрал! Впрочем, рогатый и учредил этот праздник, так любимый различной нечистью и обыкновенными придурками, что, принимая всё происходящее за весёлое развлечение, выряжались, как полнейшие идиоты, украшая свои дома дьявольской атрибутикой и тем самым приглашая Его Темнейшество к себе в гости.

Маркус не знал, кто в данном случае раздражал его больше: истинные нечестивцы или ряженые клоуны, нещадно косящие под них. Первых он убивал ради золотых, вторых едва не убивал, иногда принимая за первых, в эту самую ночь, которая приближалась сегодня с огромной скоростью.

Он одновременно ждал и не ждал этого действа. Конечно, как всякого охотника, его душу грел звон пока ещё эфемерных золотых, которые Маркус должен будет получить лично от короля Анцыбуса за голову каждой из убитых им тварей. Старикашка был скуп до скрипа в зубах, но в делах, касающихся охоты на нечестивцев, всегда щедро одаривал тех, кто добровольно шёл на сомнительную охоту, на которой неизвестно ещё кто был добычей.

Многие из охотников, отправляясь на задание, попросту не возвращались, и вряд ли здесь дело было в их трусости.

Нечисть… Нечисть в последнее время распоясалась знатно! Маркус это знал не понаслышке, потому как сам едва не погиб пару раз, сражаясь с её представителями то в Лесах Королевства, то на Болотах, то ещё чёрт-те где! На память ему даже осталось несколько шрамов, в том числе на лице, но женщинам это только нравилось. Впрочем, речь сейчас шла совершенно не о представительницах прекрасного пола, к которым самый знаменитый охотник Багряных Холмов относился столь же холодно, как и ко всем остальным. Надо полагать, именно поэтому интерес к его персоне с их стороны не угасал даже с годами, и даже, что скрывать, становился всё сильнее. Но ни одна, совершенно ни одна из них, так и не смогла разжечь ответный огонь в его казавшимся каменном сердце.

И причина того была известна одному только Маркусу.

Но он отвлёкся. Сегодня была та самая ночь, когда можно было хорошенько поживиться. Разгул нечисти достигал своего пика, и Маркус не собирался упустить такой шанс набить свои карманы золотишком — конечно, он уже скопил кое-какие запасы на нескорую старость, но золота много не бывало. А потому он, как и прочие, готовился сегодня к королевской охоте.

Зная дурной нрав этого человека, никто из знакомых не спешил подсаживаться к нему в кабаке, и хотя бы этому Маркус уже был рад. Но тут дверь в трактир распахнулась, и вошедший незнакомец, оглядевшись, направился прямиком к его столу, чем сразу же вызвал неприязнь со стороны Маркуса. Охотник напрягся, а незнакомец, не откидывая капюшона глухого плаща, бесцеремонно уселся напротив него и щёлкнул пальцами, подзывая подавальщицу.

Конечно, мужчину можно было понять: все остальные места в этом заведении были уже заняты, и ему просто некуда было деваться. Но, с другой стороны, он мог бы хотя бы поздороваться и спросить, можно ли присесть…

— Занято! — глухо, словно сторожевой пёс, процедил Маркус, надеясь, что это хотя бы спугнёт незнакомца, но тот продолжал сидеть, как ни в чём не бывало.

Тогда охотник, выждав паузу, слегка наклонился через стол, чтобы прорычать прямо в лицо только что пришедшему:

— Приятель, ты или глуп, или глуховат… Слышал, что я тебе сказал? Это мой стол! И за ним буду сидеть только я! Проваливай, подобру-поздорову, пока я тебе череп не проломил!

— И что же, кроме тебя, никому не позволено за ним сидеть? — неожиданно тоненько пискнул незнакомец.

— Мне и только мне! — продолжил давить морально на него Маркус, наслаждаясь своей показной кровожадностью. — Ну, разве что, ещё королю Анцыбусу, но сам понимаешь…

— Тогда… — мужчина, воровато оглядевшись по сторонам, всего на долю секунды отогнул край капюшона своего плаща, продемонстрировав охотнику своё лицо. И тут же захлопнул его обратно, вновь проверив, не заметил ли это кто ещё.

— Ваше Величество, — глухо ухнул Маркус поражённо. — Я не…

— Тсс! — при звал его к тишине король Анцыбус. — Не стоит здесь так ко мне обращаться… Я пришёл к тебе по делу, Маркус…

— И по какому же? — охотник тут же стал серьёзным и собранным. Дела короля всегда были связаны с золотом, а золото Маркус любил больше всего на свете.

— Ты же знаешь, какой сегодня День, Маркус? Да, конечно, ты не можешь этого не знать. Прости, я слишком взволнован. Понимаешь, до меня дошли слухи, что Верховная Ведьма Роксолана сегодня проводит особенный ритуал. Не простой, как обычно. Она вознамерилась захватить всю власть в Мире, и начать, по привычке, решила с Багряных Холмов. Поднакопила сил, насобирала союзников. Которые не желали ей подчиниться, попросту уничтожила… Но мы не об этом. Эта Ночь станет решающей в битве Добра и Зла! Людей и нечисти... И именно поэтому сегодня я объявляю награду за голову Верховной Ведьмы — миллион золотых! Да-да, ты не ослышался. Только есть одно условие — Роксолана должна быть живой. Но тот, кто сделает это, получит деньги из королевской казны. Я объявлю сегодня об этом за ужином… Но ты, Маркус, как самый преданный мне охотник на нечисть, узнал об этом первым! Я даю тебе фору раньше всех добраться до нечистой гадины, а уж тебе решать, воспользоваться этим шансом или нет.

Король говорил что-то ещё, но в голове Маркуса звучала лишь одна фраза: «Миллион золотых за голову ведьмы», и охотник уже знал, что добудет её, чего бы ему это не стоило! К тому же, у них с Роксоланой были свои давние счёты…